Архив Фан-арта

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив Фан-арта » ludakantl » Если любишь


Если любишь

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Название: Если любишь…
Рейтинг: PG 13
Пейринг: Катя / Денис, Катя / Андрей
Герои: Катя, Денис, Андрей и др. персонажи НРК
Жанр: вольный пересказ по мотивам НРК.

Автор просит извинить  за то, что хронология событий сериала соблюдалась весьма условно, а многие высказывания приписаны совсем иным героям. Это не издержки памяти, а причуды творческого процесса.
Выражаю глубокую благодарность автору стихов, использованных в тексте – его имя скрывается под ником «Ночная тайна»

                 Часть1. Первая любовь

                   Глава 1.     Катенька

Первая любовь… Когда она случается? Когда вообще люди начинают думать о любви? Наверное, у каждого человека по-разному. Про мальчиков не берусь судить, а девочки… Игра в куклы – разве это не о любви? А тихое перешептывание с подружками о том, о чем не знают наверняка, не представляют, и лишь догадываются, как это может быть – это тоже о ней, о загадочной, манящей, еще неизведанной любви…

Катя в куклы не играла – папа предпочитал покупать развивающие игры. И подружек у нее не было, только друг – Колька. С ним они всегда вместе: в школе за одной партой сидят, дома у Кати за одним столом уроки делают, за одним же и обедают. Мать у Кольки на двух работах пропадает – одна его растит, а Катина мама, Елена Александровна, не работает, всегда дома, всегда накормит вкусно.
Других одноклассников, если вдруг домой вместе пойдут, или на перемене вместе у окна постоят, тут же начинали дразнить: «жених и невеста, тили-тили тесто…», а их почему-то никогда не дразнили.
Кукол и подружек у Кати не было, но о любви она все равно думала. Уже начиная со сказок, которые ей читала на ночь мама, она была уверена, что любовь изменяет человека, делает его красивым. А как же: лягушка от любви Ивана-царевича превратилась в Василису Прекрасную, и лебедь обернулась царевной для Гвидона, и спящая красавица очнулась от поцелуя королевича… Да мало ли других примеров?!  Даже чудище от любви Настеньки, вернувшей ему аленький цветочек, превратилось в прекрасного юношу. Значит и она изменится от любви: станет красивой, как Лелька с первой парты или как тетя Марина - стюардесса, живущая на третьем этаже.
Надо только ее дождаться, любовь. Вот только непонятно: как ее узнать?
В девятом классе начался настоящий любовный бум: на уроках перекидывались записками, на переменах собирались кучками и шептались, бросая игривые взгляды и загадочные улыбки представителям сильного пола. А те явно отставали в своем сексуальном развитии и до этих взглядов и улыбок еще не доросли: у них на уме был футбол, у самых отчаянных – сигарета за углом школы. А чего хотят от них девчонки, к чему все эти смешки, ужимки – этого им было не понять. Понимали другие, из старших классов, у которых пробивались усы, и которые раз в неделю сбривали пушок на щеках. Они проявляли интерес к «молодняку», но им это редко удавалось – не позволяли девицы из своих классов.

Катю весь этот «гормональный всплеск» не коснулся. Девочки не брали ее в свой круг, как совершенно несведущую. Мальчики не обращали на нее внимания – увы, она и лицом не вышла, и фигура угловатая, а то, что за некрасивостью и угловатостью скрывается романтичная душа и пламенное сердце, никому и невдомек…
Она уже не читала сказки, но и другие книги были тоже о любви. И там тоже не красота была главной: Наташа Ростова вовсе не красивее Элен Куракиной, а именно с ней нашел свое счастье Пьер … И тургеневские барышни были самые обычные…

Красивой быть хотелось. И опять все надежды были на любовь – она придет и все изменит в ее жизни.

Почему некрасивые влюбляются в красавцев и красавиц? Казалось бы, чего проще, найти себе ровню? Взять хотя бы их с  Колькой – и интересы общие, и по внешности «два сапога – пара», а нет, не получается влюбиться. Он мечтает о заморских  кинодивах, и она ждет неизвестно кого…

К окончанию школы она перестала быть угловатой, фигурка у нее вырисовалась очень даже ничего, а на выпускном вечере ее и не узнали – Марина-стюардесса постаралась! Ее даже танцевать приглашали чаще, чем других одноклассниц. Это вселило в нее уверенность, надежду, но вечер закончился, все разъехались кто куда на отдых, а потом и вовсе потерялись в бурной жизни.
Они поступили с Зорькиным в университет, но попали в разные группы. Он не афишировал свое знакомство с ней, пытался понравиться очаровавшим его одногрупницам,  но обедал по-прежнему у Пушкаревых, эту традицию не нарушал - дома они дружили, как и раньше.

                    Глава2. Денис

Он появился поздней осенью, когда до сессии оставалось совсем немного времени. Катя спускалась по лестнице. Она шла в библиотеку сдавать книги. Книг было много, целая стопа. Она несла их на вытянутых руках и шла почти вслепую. Ну и, конечно, уронила их – разве могло быть по-другому с ней, Катей Пушкаревой?.. А тут еще Стас подоспел! Он на лекции ходил не чаще, чем раз в неделю, и, казалось, лишь за тем, чтобы над Катериной поприкалываться. Наверное, он таким образом заряжался энергией на оставшиеся дни недели. На этот раз он был не один  - рядом с ним стоял незнакомый юноша. «Очень красивый», - отметила про себя Катя.
- Познакомься, Денис, -  это лучшая студентка курса, Пушкарева. Если она зачет не напишет, всей группе двойки обеспечены. Она у нас одна по-настоящему учится. Ну, знакомьтесь, знакомьтесь!
- Катя... – несмело протянула руку Катерина, а Денис вдруг взял ее руку и поцеловал.
- У Вас царское имя – Екатерина!

Хорошо, что книжки все еще валялись под ногами – Стас с Денисом стали собирать их, а Катя так и стояла как соляной столб. Денис проводил ее до библиотеки, хотел подождать и проводить до дома, но она в испуге отказалась.
- Нет-нет, не стоит! Я еще позанимаюсь… в читальном зале.
Конечно, ни о каких занятиях не могло быть и речи – пальцы, которых он касался, до сих пор дрожали, а место поцелуя горело огнем!
Переждав для верности некоторое время, она помчалась домой. Отказалась от ужина и под предлогом, что завтра зачет и ей нужно заниматься, закрылась в своей «светелке».

Первым делом подошла к зеркалу и долго вглядывалась в свое отражение – никаких изменений…
Глаза блестят ярче, а больше ничего. Значит, это не ОН?
Зажмурилась и представила его: высокий, черные вьющиеся волосы до плеч, приятное лицо, смеющиеся глаза… «Над чем он смеялся? Над моей несуразностью? Или не смеялся, а просто улыбался? Настроение у него хорошее… имя мое понравилось… а вдруг…  Вдруг ему понравилась я? Не может быть. Я никому не нравлюсь. Хотя… на выпускном вечере нравилась. Может и теперь? Должно же это когда-то произойти?»

На следующий день она увидела его в читальном зале. Денис сидел позади нее и чуть левее – стоило немного повернуть голову, будто задумавшись над конспектом, и можно разглядывать его из-под очков. А он, похоже, только затем и пришел, чтобы ее смущать. Пока она ходила менять книги, Денис пересел за ее стол – договорился, видимо, с соседкой. Сидел почти вплотную, еще и руку положил на спинку ее стула. Эта рука смущала Катю: она не знала, как ей реагировать на такое его поведение. Попросить убрать? Сказать, что она не такая… А он ответит, что не имел в виду ничего фривольного, просто так удобнее сидеть, а она что подумала? И будет она выглядеть полной дурой, вообразившей о себе… Нет, лучше сделать вид, что ничего особенно не происходит…
Заниматься не получалось – мало того, что она не могла вникнуть в смысл прочитанного, Денис отвлекал ее вопросами и просто разговорами. На них стали шикать, и Кате не оставалось ничего другого, как предложить ему покинуть читальный зал и поговорить на улице. Денис обрадовался и всю дорогу до дома развлекал ее забавными историями из своей студенческой жизни. Прогулка Кате понравилась, она больше не смущалась и не каменела в присутствии Дениса, а весело смеялась. И, конечно же, не отказала ему в просьбе помочь догнать группу – ну, а как иначе?

Денис стал ухаживать за ней по-настоящему: провожал после занятий, нес ее сумку, как в школе за другими девочками носили, за красивыми. А утром встречал ее с подарками: мягкими игрушками, шоколадками, и даже цветами – все такое маленькое, легко в сумке помещается, а приятно! И каждый день – открытку со стихами. Она их потом не раз перечитывала… Ей до этого ни цветов, ни стихов, никто не дарил. Только папа в день рождения.
В один из вечеров, они забрели на детскую площадку и пытались забраться на горку. Катя, конечно же, чуть не упала. Денис подхватил ее и… поцеловал! Но поцелуй ей не понравился: какой-то ненастоящий он был, без страсти, и у нее не вызвал никакого ответного чувства. Но она отнеслась к этому как к должному: все шло как в книжках об этом писали: прогулки, подарки, поцелуй… Только он не признался ей в любви… так, как в книгах, так, как она себе напридумывала: «Катя, я люблю Вас! Станьте моей женой!»
Ничего такого он не говорил, но это как бы подразумевалось само собой.

Родители начали беспокоиться: где и с кем  проводит вечера их ненаглядная дочка, и Катя пригласила Дениса домой – пусть родители познакомятся с ним и успокоятся.
Лучше бы она этого не делала!
Мама была настроена дружелюбно – пора дочке влюбляться, самое время. Пока суд да дело – и учебу закончат,  там и внуков можно ждать…
А отец…  Не понравился ему кавалер дочкин! Смазливый слишком, и волосы длинные, не по уставу! Он не разговаривал с Денисом, а устроил ему настоящий экзамен: где родился? Как учился? Кто родители? «Ах, ушел отец! Бросил семью, - значит и ты такой же… Да и мать видимо хороша, раз отец ушел!»
Катя сидела как на иголках – боялась, что разговор зайдет про армию. Так и случилось.
- А после института, в каких войсках служить думаешь? – спросил Валерий Сергеевич.
Ну, как же Денис не догадался… И она не подсказала, не подготовила его…
- Слава Богу, в универе военная кафедра есть! А если бы и не было, я бы нашел способ откосить от армии: справку бы достал, что больной, что псих, или… или «голубой»…
- Чтоо?! Голубой? Псих? Способ нашел бы?  Вон из моего дома! Не было в нашем роду таких… Мы испокон веку служим, и позором это не считаем!
И он буквально вытолкнул потенциального жениха за дверь! И мама отца поддержала… предательница!
Неудачное знакомство с родителями не остановило их: Денис продолжал ухаживать, а Катя… Она ведь тоже Пушкарева, как и отец, и упрямства у нее не меньше! В основном их общение происходило в университете – Пушкарев-отец вздумал встречать дочь после занятий! Глупые родители… они думают, что могут предостеречь, предотвратить… Да если ребенок захочет, разве его остановишь? Разве укараулишь?
Они прекрасно проводили время: занимались – действительно занимались, - в читальном зале, целовались в укромных местах, которых в старинном здании университета было предостаточно, сбегали с некоторых занятий в кафешку перекусить… Вцелом, контроль Валерия Сергеевича их не напрягал, хотя… несколько оттягивал главное событие.
Но оно все же случилось. На День святого Валентина… Денис уже давно поговаривал, что одних поцелуев ему мало… Что раз они влюбленные, то должны быть вместе… А в такой день – непременно! Он пригласил ее в общагу – якобы там соберется вся группа, и будут праздновать день влюбленных всю ночь.
И она пошла! И родители почему-то отпустили. Караулили-караулили и отпустили… Видимо считали, что раз большая компания… раз не вдвоем…
Плохо они знали общежитскую жизнь!
Компания действительно была большая, но постепенно все «рассосались» по комнатам, по этажам, по укромным местам… Катю с Денисом оставили наедине. Он потушил свет, но было не темно – в неприкрытые ничем окна лился уличный свет: фонари… луна… реклама…
Для нее все было ужасно: чужая неприбранная комната, остатки пиршества на столе, издающие совсем не аромат роз,  чужая постель сомнительной чистоты… Она шла как на казнь. Дрожащими пальцами (не от возбуждения, а от страха!) расстегивала пуговицы на блузке… Но раз ему это так нужно, она готова! Он тоже раздевался молча. Было во всем этом что-то не так! Не должно было быть так! Она чувствовала это, но откуда же ей было знать, как это бывает…

После всего он лег на соседнюю кровать и уснул, а она, сгорая от стыда за чужую постель, пыталась навести хоть какой-то порядок,  скрыть следы этой ужасной ночи. Именно ужасной – ничего другого она не почувствовала.
Как только стали слышны шаги по коридору и хлопанье входной двери, она тихонько выскользнула из комнаты и на первом, еще пустом троллейбусе вернулась домой.
Последнее испытание – тревожный, вопрошающий взгляд матери, она выдержала неплохо, удалось даже изобразить улыбку на лице.
И вот, наконец, она в своей комнате! Подошла к зеркалу. Ужаснулась своему виду – измученный взгляд,  дрожащие губы… А где же счастливая улыбка? Светящийся взгляд где? И красота…  Ведь было уже все, все стадии любви пройдены, а ничего не изменилось…
Она давно не верила в сказки, давно поняла, что не станет красавицей, но что-то же должно было измениться?  Или… это не любовь?
В совершенном смятении  легла на свой родной диванчик, готовая к тому, что еще долго будет искать ответы на мучившие ее вопросы, решать неразрешимые задачи жизни, но неожиданно уснула - слишком большое эмоциональное напряжение переросло в физическую усталость.

На следующий день в университет шла в тревожном ожидании – как они встретятся с Денисом? Как он отнесся к случившемуся?  И что будет впереди? Он ведь так и не сказал тех главных слов, которые и были по ее мнению смыслом любви.
Но Катя зря тревожилась – Денис на занятия не пришел. И на следующий день тоже. Он вообще перестал появляться в университете.
Катя переживала, придумывала истории одна страшнее другой, которые могли случиться с Денисом, и, терзаемая сомнениями и нехорошими предчувствиями, отправилась в общежитие.
Там ее встретили кривыми усмешками и двусмысленными ухмылками
- Что, Пушкарева, охмурила парня так, что он пропал? В буквальном смысле пропал – уже две недели не появляется! Здорово ты его… Грязные намеки… скабрезные шутки… Одно она поняла: о том, что она спала с Денисом, знает весь факультет. Над ней потешаются, а его считают героем – как же, переспал с самой некрасивой девушкой, которая спит только с учебниками.
Но и это было еще не все. Нашлись доброжелательные подружки, сообщившие Кате, что Денис ухаживал за ней на спор, и выиграл спор – переспал с ней, а больше она ему и не нужна.
Вот это был настоящий удар…

Как добралась до дома, как оказалась в своей комнате – ничего этого она не помнила. Лежала окаменевшая от горя. Даже слез поначалу не было. Вокруг нее суетилась мать, причитала
- Катенька, девочка моя… Кто тебя обидел? Случилось что? Давай, я тебе чайку принесу, с мятой, как ты любишь… Ну, не молчи ты, Катя! Я уже не знаю, что и думать, сердце разрывается… А папа придет? Что ему скажем?
Упоминание об отце возымело свое действие – слезы, копившиеся внутри, наконец, хлынули …
Она рассказала матери все, без утайки, а отцу они решили не говорить подробности. Хватит с него и того, что будет  знать  -  плачет дочь из-за Дениса.
А плакала Катя сутками. Университет забросила, из комнаты не выходила, и постоянно плакала.
Если бы не Зорькин, бросила бы она учебу. Колька помог ей в это тяжкое для нее время. Он теперь не скрывал своей дружбы с Катериной, забросил своих красоток, которые, надо признать, принимали его ухаживания исключительно в целях повышения знаний, а вернее оценок, по экономическим вопросам, в которых он был непревзойденным гением.

- Теть Лен! А Катя дома?
- Дома…  Где ж ей быть… У себя…
- Плачет?
- А то… И не перестает с утра. Отец уж два раза за валерьянкой ходил в аптеку – не успеваем покупать. А ты с учебы? Садись, поешь.
- А Катька ела?
- Не выходит она. Я ей и чай, и пирожки предлагала – не выходит…
- Я потом поем, я к ней сначала.

Зайдя в комнату Кати и плотно закрыв дверь, он стал рассказывать  про учебу, не обращая внимания на ее слезы. Попутно достал из сумки пакет молока и булочку, и аппетитно жевал ее, запивая молоком. Он верно рассчитал – годный желудок заставит Катерину подумать о еде.
- Коль, а ты что ешь?
- Булочку. Хочешь? – он отломил ей небольшой кусочек и протянул пакет с молоком.
Еще пару булочек выложил на стол – через  несколько минут их не стало. А после еды и слезы высохли, и она с интересом слушала факультетские новости.
- Пушкарева, я сказал, что ты уже поправляешься,  и сессию сдавать будешь.
- Коль, я же не готова совсем. Пропустила много…
- Ничего, догонишь. Ты же умная! Я тебе конспекты принес, давай, переписывай, учи, и зачет сдавай.
- Коль… я не могу  там появляться! Все ухмыляться будут…
- Ничего! Вытерпишь! Это тебе испытание на стойкость. Назло ему ты должна закончить университет!
- А если я его увижу? Я же …
- Не увидишь. Дядя Валера постарался – отчислили его за «непосещаемость»  и неуспеваемость. Теперь загремит в армию, может даже на флот – на сколько хватит дяди Валериных знакомств.
С твоим отцом шутки плохи. Я одного не понимаю – как он допустил…
- Коль, я же в отца пошла. Сама все решила…

Университет Катя благополучно закончила, с красным дипломом, между прочим! Стажировалась год в Германии, а потом работала в престижном банке Ллойд Моррис…  После истории с Денисом она поклялась себе, что больше никогда,  ни за что на свете не влюбится! Не для нее это… Она посвятит жизнь работе, сделает карьеру, станет успешной и богатой, будет путешествовать по миру. А что, совсем неплохо так жить…
Из банка пришлось уйти.  По глупости – начальство намекнуло, что стоило бы сменить имидж, а она заупрямилась,  характер показала. А вот найти новую работу оказалось не так просто.

Сегодня ее последняя надежда – компания Зималетто откликнулась на посланное резюме и пригласила ее на собеседование.
Стараясь казаться спокойной и уверенной, она вошла в здание.

%


                           Глава 3. Андрей

Он был «крутым», «продвинутым», известным всей Москве покорителем женских сердец, хладнокровно разбивающим  и без сожаления оставляющим их на обочине своей жизни. Это был его имидж: «мачо».
На самом деле Андрей Жданов был человеком мягким, податливым на уговоры, и совершенно не умеющим отказывать женщинам.
От женщин он страдал с детства, потому что верил им и… любил их – он был очень влюбчив!
Сколько раз они подставляли его: сколько неудов по поведению, вызовов родителей к директору, а потом подзатыльников от отца и нравоучений от матери, он получал, оставаясь «крайним» в совместных шалостях! И все равно верил, и все равно влюблялся…
Но и девушки тоже в него влюблялись. Знали о его непостоянстве, и все равно влюблялись, а потом ссорились между собой, выясняли, кого он любит больше, с кем начал встречаться раньше – то есть у кого больше на него прав. И тогда он бросал обеих, или сколько их там было…

Киру Андрей знал с детства – их родители  дружили «семьями», а еще она была сестрой вечного друга-соперника Сашки. Кира Андрею нравилась. Может потому, что их с ранних лет подталкивали друг к другу родители – им очень хотелось породниться, укрепить бизнес,  сделать его по-настоящему семейным,  а других вариантов для этого не было.
Он настолько уверился, что она ему нравится, что подарил ей свой любимый бинокль! Это было в третьем классе.
Со временем горизонты его влюбчивости значительно расширились: и в классе, и в школе было столько девушек! И он готов был любить их всех! А где-то в стороне, была Кира. Всегда. Он ухаживал за ней то упорно, настойчиво, то, вдруг, отдалялся, отчаявшись завоевать ее внимание. В такие моменты она проявляла благосклонность, и все начиналось с начала. 
Когда все у них случилось?.. На выпускном? Нет, раньше, в начале весны – на даче еще не жили. Она пригласила его поехать за подснежниками… Там, на даче все и произошло. Он был счастлив, горд и самоуверен – неприступная Кира, эта снежная королева, сдалась! Однако очень скоро  понял, что одержанная победа вовсе и не победа, а поражение. Его поражение. Это не он, а Кира добилась своего. Прокручивая в памяти их отношения, он теперь ясно видел, что не он «бегал» за ней, а она умело увлекала его за собой, манила своей якобы неприступностью. Взять хотя бы эту поездку в лес: почему дача оказалась и натоплена, и прибрана? Значит, не случайно все получилось, а было подготовлено заранее…
Когда Жданов все это понял, интерес к Кире пропал, и он уже сомневался в своих прошлых чувствах: была ли это любовь, или желание познать взрослые отношения?

                                          Глава 4. Встреча

Собеседование с начальником отдела кадров прошло, как и ожидала Катя: ее вежливо поблагодарили и пообещали позвонить. Последняя надежда рухнула.
Она шла через холл к выходу и думала уже о том, что делать дальше. Холл был довольно просторный, и, тем не менее, они столкнулись: не ставшая секретаршей Катя Пушкарева и добродушная Таня Пончева, правая рука кадровика – Катя видела ее в кабинете, где шло собеседование: она приглашала очередную девушку в кабинет, читала резюме и обещала позвонить. Сейчас она несла из бара тарелку с пирожными. При столкновении часть из них оказалась на полу, и Катя судорожно стала  собирать их руками.
- Девушка! Ну что Вы… Не надо руками, я уборщицу позову, - Татьяна чувствовала себя виноватой…
Катерина подняла голову, хотела ответить, и в этот момент вошел ОН…
Она испугалась и никак не могла встать: ноги стали ватными, руки дрожали, и по всему телу разливался леденящий холод…
«Я пропала. Я обязательно влюблюсь в него. Я не смогу не влюбиться. Он такой… Еще красивее Дениса, мужественнее, взрослее. Спортивная фигура, безупречная стрижка, элегантная одежда. Волосы такие же черные, как у Дениса, но не мягкие и кудрявые, а густые и блестящие, так и хочется запустить в них пальцы...  И глаза другие: тоже карие, и тоже веселые, но не насмешливые, а лучистые, искрящиеся. А улыбка… таких улыбок она раньше не видела: добрая и в то же время лукавая… Манящая улыбка, зовущая… Нет, она не устоит, она обязательно влюбится… уже…
Бежать! Скорее бежать из этого дома! Пока не поздно… И хорошо, что ее не приняли!»

- Татьяна, вызовите уборщицу! Зачем же руками, - произнес он, и, обойдя Катерину, пошел дальше.
От его голоса (господи, какой бархатный голос!) Катя очнулась, поднялась с колен и опрометью бросилась вон!
Сердце колотилось как бешеное, пришлось какое-то время посидеть на скамье у остановки, чтобы привести чувства в норму. И только потом она отправилась домой, предварительно напомнив себе свою же клятву: не влюбляться! Делать карьеру!
Все же хорошо, что ее не приняли!

А вечером позвонили из офиса, сказали, чтобы утром приходила… на работу!

С завтрашнего дня они начнут работать вместе. А сегодня она еще не знала, что ОН будет ее начальником, иначе может и не пошла бы… Это было бы лучше? Или хуже? Кто знает…

                                         Встреча (продолжение).

Сентябрьский день с утра радовал теплом  и ясным, высоким небом. И настроение будущего президента компании было ясным и светлым: глаза сияли торжеством, а с губ не сходила добрая улыбка. Жданов ни минуты не сомневался в том, что займет президентское кресло – он сделал предложение Кире, и этим обеспечил результаты голосования в свою пользу. Теперь нет никаких препятствий для достижения заветной цели. Конечно, придется жениться на Кире, но это вряд ли изменит кардинально его жизнь. Дом, семья, жена – это с одной стороны. А с другой – увлечения, интрижки, может даже любовь…
             
В самом приятном расположении духа он вошел в здание любимой компании. И сразу увидел ЕЕ – она собирала с полу пирожное…
Он поморщился и велел позвать уборщицу.
Она подняла на него глаза…  А он не заметил ее взгляда, прошел мимо СВОЕЙ женщины…

Но судьба сжалилась и дала ему еще один шанс: кадровик принес резюме тех, кто претендовал на должность его помощника. Он отобрал для собеседования документы девушки, не приславшей фотографию – уж больно резюме было хорошее: экономический факультет МГУ с отличием, стажировка в Германии, опыт работы в престижном банке…
Спросил только:
- Георгий, она фотографию не прислала, что, совсем некрасивая?
- Не то слово, Андрей Павлович! Но ведь Вам для работы? Или…
- Конечно, для работы. НЕ для работы у нас достаточно работников.

Они стали работать вместе. Он и посадил ее рядом, почти в кабинете – в каморке, бывшей прежде  то ли кладовкой, то ли встроенным шкафом.



                                         Глава 5.Двойная жизнь

Совместная работа давала ощутимые результаты. У него было столько идей! А она умела так все обосновать цифрами…  Многие его идеи не выдерживали ее критики, но он не обижался и, наоборот, был ей благодарен – иначе фирма могла разориться.

Кира готовилась к свадьбе и всячески демонстрировала их якобы страстную любовь, а он обреченно ждал наступления этого дня. Хорошо, что у него появилась такая помощница! С ней он чувствовал себя комфортно: она понимала его с полуслова, поддерживала его начинания – если они не были слишком авантюрными, искренне радовалась, если планы удавалось осуществить. Ее некрасивости он не замечал… почти. В начале коробила ее манера одеваться и некоторая несовременность внешнего вида, но потом он привык и перестал замечать – она ведь не его девушка, а помощник, и очень толковый.

А Катя, сидя за тонкой перегородкой, страдала, не знала, как справиться со своими чувствами.
Она всегда была девушкой рассудительной, уравновешенной , немного инфантильной…  И чувства, жившие в ее светлой, незапятнанной душе, были соответствующие: главным из них был здравый смысл – он решал все! За ним следовали трудолюбие, жертвенность и доброта, желание помочь всем и всегда. С ними вполне уживались неуверенность, печаль, сомнение в себе, и в тоже время – гордость. Бывали там и обида, и разочарование, и совсем редко – злость.
Даже в те печальные времена ее отношений с Денисом, с чувствами было все в порядке – она поступала осознанно: по доброте своей помогала ему в учебе, жертвовала ради него своими принципами, потом обижалась, страдала…  Но тогда все можно было объяснить себе с точки зрения здравого смысла!
А теперь  ее чувства взбунтовались: здравый смысл говорил, что нельзя влюбляться в начальника, к тому же, почти женатого, а любовь не слушала его, она самовольно заполняла ее сердце. Неуверенность, сомнения в себе куда-то делись, а гордость держалась из последних сил…

С этим надо было что-то делать. Иначе невозможно работать бок о бок. Иначе взгляд скажет все. И как тогда быть? Ведь ее любовь ему не нужна. Она для него вообще не женщина, а что-то среднее между записной книжкой и калькулятором - всегда должна быть под рукой и приносить пользу.
Здравый смысл подсказал завести дневник – то, что написано, уже излито из души, а значит, не откроется во взгляде, не выдаст хозяйку. В душе освободится место для других чувств. Например, для трудолюбия и дружеской поддержки.
Дневник Катерина вела и раньше – в детстве и юности. Обзавестись вновь толстой тетрадкой и писать под одеялом при свете фонарика – это было слишком по-детски…
Она открыла свой блог в Интернете. По вечерам, прихватывая и ночь, писала о событиях дня, а утром, в каморке – о том, какие мысли посетили ее ночью.

                   Дневник MissMay
Запись 1.
… Сегодня меня опять провожали такими взглядами… Как же тяжело быть некрасивой! Это значит, что у тебя нет шансов ни на что, а прекрасный принц так и останется только мечтой!
И не только принц… Сделать карьеру тоже непросто – встречают по одежке…

                                                      *
Он не поехал к Кире – сегодня она «достала» его окончательно своей ревностью. Повод, конечно, был – опять приходила Ларина, но он честно не хотел иметь с ней больше никаких отношений. Если бы Кира верила ему, он не стал бы скрывать эту встречу, и бедной Кате не пришлось бы врать из-за него.
Ну, а то, что Кира  решила самовольно уволить Пушкареву, его личную помощницу – это просто в голове не укладывалось. Он кто - президент или марионетка, которую дергают за веревочки, пусть даже и собственная невеста? Он возглавил компанию не потому, что он  сын главного акционера! Он заработал эту должность, пройдя все этапы производства, все нижестоящие должности, и теперь, ВСЕ, кто работает под его руководством, должны беспрекословно исполнять ЕГО приказы, а не кого-то другого, будь тот хоть папа римский…
Приказ об увольнении Жданов немедленно отменил, Катю вызвал на работу и даже подарил ей букет, в знак благодарности за верность и охрану его интересов. И в качестве компенсации за вчерашний инцидент: Милко в его присутствии назвал Катю гусЕницей, а он не одернул его, не захотел портить отношения с «великим», но капризным дизайнером. Нехорошо вышло…
Он надеялся, что цветы реабилитируют его в глазах Кати. Тем более, что и усилий никаких прикладывать не пришлось – букет остался от показа…

Исправить плохое настроение бокалом виски не удалось. Андрей ходил из угла в угол, не зная, чем заняться: ложиться спать слишком рано, ехать в клуб в таком настроении нет смысла – пить виски можно и дома, а ни на что другое нет желания. Можно, конечно, позвонить Кире – она тут же приедет, но хочет ли он этого?
Включил компьютер, стал лазить по сайтам, нигде не задерживаясь надолго. Зашел в блоги и тут его взгляд наткнулся на запись
MissMay:
Сегодня меня опять провожали такими взглядами…Как же тяжело быть некрасивой! Это значит, что у тебя нет шансов ни на что, а прекрасный принц так и останется только мечтой!

Слова несчастной девушки зацепили. Вспомнилась вдруг Катя. И как он струсил  и не защитил ее от Милко… Захотелось ободрить, помочь хотя бы этой незнакомке – и он написал комментарий к записи.
Комментарии

Гость:
Не отчаивайся! Внешняя красота – это еще не все. Ее можно приобрести за деньги. Важнее красота внутренняя, душевная. Похоже, у тебя она есть!  Будь увереннее в себе, и принц, или просто хороший человек заметит тебя!

С чувством исполненного долга он лег в постель и моментально уснул.

                                                *

Андрей не просто привык к Кате, он не мог без нее обходиться: с ней ездил  на переговоры, с ней подписывал контракты.
Ездил-то он с ней, а вот вел себя…  скажем так: не по-джентельменски.
Взять хотя бы обед с Краевичами после футбольного матча: он назвал ее своей помощницей, и в то же время совсем не уделял  внимания за столом, будто она не равный партнер на переговорах, а обслуживающий персонал.
И на вечеринке у тех же Краевичей он, вместо того, чтобы помочь ей освоиться в новой для нее обстановке, элементарно бросил ее посреди зала, а сам сломя голову полетел завлекать красотку Нестерову. Он так увлекся, что и подписание контрактов доверил Катерине…
Правда потом, увидев ее одинокую, измученную непривычными каблуками фигуру на обочине – она никак не могла поймать такси - Жданов усовестился, пожалел столь незаменимую и забытую им помощницу и довез ее до дома.
Сначала он злился на нее за неумение быть такой как все, но потом они так разговорились, что не хотел отпускать ее из машины – все говорил, говорил…
И про то, что жена у него будет не любимая, а нужная, и про то, как мало вокруг него людей, которым он может доверять, и как важно для него, что она рядом, что она «в его команде»…
Когда она все же ушла, и он уже в одиночестве додумывал то, о чем говорил ей, ему пришла в голову мысль: «А так ли уж нужны ему Кира  и все эти модельки? Может, жениться на тихой милой женщине, не имеющей ничего общего с миром моды?»

Мысль о «тихой, милой женщине» посетила его впервые, и незаметно пустила корни в его сознании. А Катя и была такой: тихой, милой, и всегда рядом.

Даже работая в кабинете, он должен был быть уверен, что она на месте, в своей каморке, и он в любой момент может позвать ее: «Катенька…»
И она уже тут – с отчетом, с нужным документом, с чаем, наконец. Откуда она заранее знает, что он попросит?
А ночью он теперь спешил к компьютеру, чтобы побыстрее зайти в блог  незнакомой девушки. Если приходилось ехать к Кире, брал с собой ноутбук – якобы работа срочная, и когда невеста засыпала, спешил к ней, к незнакомке.

       Дневник MissMay:
Запись2.
… Я как-то незаметно стала для него важным и необходимым человеком. Он нуждается во мне и постоянно напоминает об этом. Это счастье, быть все время вместе! когда я вижу его улыбку, весь мир вокруг меня переворачивается! Но он никогда не узнает о моей любви. Я всегда буду рядом, тихо и незаметно, ничего не требуя взамен…

Комментарии

Гость:
Вот видишь, стоило тебе поверить в себя, и принц объявился .Будь смелее, и он заметит тебя
   Не знаю, какая ты внешне, но у тебя большая и прекрасная душа – я это понял, а значит и он поймет…
                                                                         
                                                         *

Присутствие Кати внесло в жизнь Жданова новые ощущения: он понял, что такое полное доверие, человеческое тепло и участие. С Катей ему было комфортно: она понимала его замыслы и придавала им форму планов со всеми необходимыми расчетами. Она чувствовала его настроение и могла поговорить на любую тему, если ему это было необходимо. И в то же время, она не выходила лишний раз из каморки, если ему хотелось подумать в одиночестве. А после бурной ночи, проведенной им в клубе, она, не спрашивая, приносила чай с лимоном, и держала наготове таблетку аспирина. Вот только женщины он в ней не видел и собирался жениться на Кире, хотя о том, как ему этого не хочется, знал весь офис.
Многие его жалели – жить с такой истеричкой! Она до свадьбы такие разборки устраивает, а что будет потом? Подумать страшно…
Утешал верный друг Ромка.
- Палыч, ну что ты так переживаешь? Ты же не собираешься менять всю свою жизнь и хранить верность Кире? Она тебя всегда прощала, и потом простит! Ну, а не простит – разведетесь. Тебе же лучше…

Жданов переживал, но не только из-за надвигающейся свадьбы. Были причины поважнее…
Зная азартный характер шефа, Катерина старалась удерживать его, отговаривать от авантюрных планов, но однажды ей это не удалось – он связался с сомнительными поставщиками, ткани оказались контрабандными, их арестовали на таможне, а компания оказалась на грани разорения.

Они нашли выход, но Жданов попал в полную зависимость от Катерины, и испугался, перестал ей доверять как раньше - безоговорочно. Роман уговорил его влюбить в себя Катерину – для большей уверенности, что она их не предаст, а еще больше для того, чтобы не влюбилась в кого другого. Тот, другой, мог позариться на их, а формально ее денежки.

Катя ни о чем не догадывалась – она любила: чисто и преданно, и ухаживания Андрея принимала как должное – она искренне верила в его просыпающиеся чувства. Она этого очень хотела и принимала желаемое за действительное.

Дневник MissMay:
Запись3
… Я чувствую, что нужна ему. Пусть не как женщина. Главное, что он без меня уже не может, а я не могу без него. Я так его люблю! Это такое счастье, любить человека и знать, что он всегда рядом… Даже если он никогда не обратит на меня внимания, я не оставлю его, я буду всегда помогать ему, делать для него все, на что хватит моих сил и моей любви…

Комментарий

Гость:
Он что, самовлюбленный идиот? Как можно не заметить, что тебя любят?

MissMay:
Иногда он проявляет ко мне внимание, но как-то странно – боязливо что ли…

                                                        *
Для Жданова началась двойная жизнь: днем он писал Кате открытки с текстом Малиновского, дарил подарки, купленные им же, а ночью читал откровения незнакомки и завидовал ее избраннику – не каждого так любят!
Да и отношение к Катерине изменилось: он уже не знал, играет ли роль влюбленного, или на самом деле влюбился?..
На первый поцелуй он долго настраивался, пришлось изрядно выпить, а потом делал это с явным удовольствием! А еще разговоры: говорили они подолгу и обо всем на свете. С самого  начала в разговорах не было фальши, а только искренность и правда. Он ей даже о детстве своем рассказал, о том, как любил рыбачить с удочкой. А она призналась, что любит собирать грибы – папа ее пристрастил к этому занятию. В забайкальском округе, где они жили, грибов было видимо-невидимо…

Андрей часто сравнивал их: Катю и незнакомку. Их мысли и рассуждения были настолько схожи…
В общем, у Жданова наблюдалось явное раздвоение личности: Катя влекла его своей непосредственностью, незнакомка завораживала силой своей любви… А еще ведь была Кира! Ей, бедняжке, доставался только секс…
Надо было что-то срочно предпринимать, менять ситуацию, но он абсолютно не знал, как это сделать. Разрыв с Кирой сулил потерю президентского кресла. Признаться во всем Кате – это убьет ее - как-то в порыве откровенности она рассказала ему историю своей неудавшейся любви.

0

2

Глава6.  Кира

Кира чувствовала скрытую угрозу своему семейному счастью. Женская интуиция подсказывала ей, что угроза эта исходит от Пушкаревой.  Но она и в страшном сне не могла представить их вместе: кто ОН, и кто она! Да разве мог он соблазниться этой серой мышью из кладовки?
А вот прикрывать его перед ней, Кирой – на это Пушкарева способна! Она же предана ему как собачонка, и влюблена в шефа, как и все секретарши. Жаль, что не удалось уволить ее вовремя…
Но это дело поправимое. Не будь она Кира Воропаева, если не добьется своего! С Пушкаревой она справится, а как быть с Андреем? Он отдаляется от нее с каждым днем. Ночевать приезжает не часто, и любит не так, как прежде – торопливо любит, будто барщину отрабатывает, а стоит ей притвориться спящей, уходит из спальни и садится за ноутбук … В то, что он работает, она не поверит никогда – на это есть рабочее время. Значит переписка. Надо непременно узнать, с кем…
Но как войти в его компьютер? Как узнать пароль?
Однажды ранним утром она попыталась это сделать: какие только слова она не пробовала… Начала со своего имени – казалось бы, что может быть более естественным, чем имя любимой женщины? Но нет, не подошло… и комбинации цифр дней его и ее рождения, даты помолвки, и те смешные слова, которыми он ее называл в минуты близости – давно, правда…  Войти не удалось – не хакера же приглашать…
Эх, Кира Юрьевна! Как же Вы не додумались набрать простое имя – Катенька!

Напряжение копилось, копилось и прорвалось! Вечером Жданов поехал в Аквамарин, без нее, но она проверила: явилась туда нежданно-негаданно - он действительно вел переговоры с Синицким, но как только она уехала, Андрей исчез! Телефоны не отвечали. И утром его не оказалось на рабочем месте. А Пушкарева волновалась, это было заметно – явно что-то знала! И это стало последней каплей – как только Жданов появился, Кира устроила ему грандиозную разборку! В качестве свидетеля был вызван Федор, Катю заставили звонить консьержке и на производство. Алиби Жданова подтверждали все: и дома он был с вечера до утра, и на работу пришел ранехонько, и на производстве был замечен. Кира готова была уже отступить, но увидела на столе листок со стихами… Признание в любви… И подпись: Лохвицкая. Разборка вступила в новую фазу…

                        Глава 7. Ссора и примирение

А бедная Катя за перегородкой умирала от стыда. Зачем она оставила эти стихи почти на виду… Как она могла так подвести Андрея… И что она вообще делает – она же разрушает его жизнь. У него свадьба на носу, а он за ней ухаживает, и она принимает его ухаживания. Нет, так нельзя. Она не должна его любить. Сегодня же она скажет ему об этом…

Жданов не сдержался, накричал на нее – разве можно вести себя так неосторожно! Потом пожалел - она же совсем неопытная, наивная девочка… А Кира нашла бы все равно к чему придраться…

Дневник MissMay:
. Запись4.
… Я люблю его любого, даже когда он не в настроении и кричит на меня, или встречается с другими женщинами…
Я люблю его и ничего не могу поделать с собой. Говорят, что любят не за что-то, а вопреки. Вот и я люблю его просто так, не смотря ни на что.. просто потому, что он есть

Комментарии

Гость:
Я завидую твоему избраннику. Меня никто так не любил: всем было что-то нужно от меня: деньги, должность, выгодное замужество…
Наверное, это здорово, когда любят просто так, за то, что ты есть…

Перечитав еще раз запись в дневнике, Жданов вдруг заволновался: он же даже не извинился перед Катей. Она, конечно, знает (должна знать!), что он не со зла, просто под горячую руку – характер у него такой! И все же извиниться надо. Еще не поздно. Он поедет к ней домой, все объяснит…

Разговор получился совсем не такой, как он ожидал. Он даже испугался, что потеряет ее навсегда.
Жданов позвонил из машины, попросил Катю спуститься.
Она вышла, но не дала ему и слова сказать, заговорила сама
- Андрей Павлович, зачем Вы приехали?
- Мне нужно поговорить с Вами… вернее, извиниться… я был несдержан…
- Я сама виновата… я подставила Вас… Эти стихи…
- Кать, надо быть осторожнее, вот и все.
- Нет, это не так… Дело не в осторожности… Мы не должны встречаться!
- Как? – опешил Жданов, - Вы хотите бросить меня? Уволиться?
- Нет, работать я буду. Я помогу Вам вывести компанию из кризиса, но наши отношения не должны выходить за рамки деловых: Вы - президент, я - Ваш  помощник! И только!
- Но… я не могу так!
- Сможете, Андрей Павлович! У вас свадьба скоро, Вам нужно невесте уделять внимание.
- Кать, это мои проблемы…
- Не только…  Это из-за меня вы постоянно ссоритесь. Я разрушаю вашу жизнь…  Я не должна…

На протяжении всего разговора Катя постоянно посматривала на окна. Глянул вверх и Жданов – за стеклом маячили фигуры Валерия Сергеевича и Зорькина.
  - Кать, сядьте в машину, отъедем 
- Зачем?
- Здесь мы под наблюдением
- Мы уже поговорили. Я сказала Вам свое решение.
-  Нет, Кать, я еще не все сказал. Ненадолго, Кать… пожалуйста…
Она опять глянула на окна и решилась
- Хорошо! Поехали.

Жданов остановился неподалеку,  возле  сквера. Сидели молча. Катя отвернулась к окну, и кусала губы, чтобы не расплакаться. Андрей до боли сжимал руль и все не мог найти нужные слова.
Все так же, не выпуская руль, держась за него как за соломинку, он заговорил глухо, глядя прямо перед собой.
- Катя, неужели Вы хотите перечеркнуть все, что между нами было? Я так не могу. Я не смогу забыть…- улыбка тронула его губы, - такого со мной никогда не было…
Глянув на нее, увидел, как по щеке скользит одинокая слеза.
- Катя, Вы плачете? Почему?
- Это со мной такого не было - как в сказке… Но не у всех сказок счастливый конец. Вот и мне такая досталась.
-  Но почему, Кать?
- Потому что нельзя любить чужого принца - это неправильно.
- Я все понимаю… Может, я и чужой тебе… и не принц вовсе…  Но я не могу без тебя!
Он дотронулся до ее плеча и слегка потянул на себя. Она будто только этого и ждала – мгновенно прижалась к его груди, прошептала обреченно.
- Я тоже не могу без Вас, Андрей Павлович…
Он заулыбался счастливо и немного самодовольно, и стал целовать ее с горчинкой от слез губы…
Она не сопротивлялась, наоборот, все теснее прижималась к нему, и, наконец, сама обняла его и поцеловала – неумело, но так искренне, что он готов был на что угодно, лишь бы не кончалось это блаженство…
Но не суждено было. Все закончилось банально: подошла ватага местных раздолбаев, стали стучать в окно и оскорбительно смеяться и над Катей (ее они давно знали), и над Ждановым, который «не нашел ничего лучшего, чем их очкастая соседка».
Разумеется, Жданов терпеть не стал, ввязался в драку, всех раскидал – приемы каратэ освоены им были не зря, но и сам получил травму: из рассеченной брови сочилась кровь, да и под глазом назревал синяк.
Катя во время драки суетилась вокруг, пыталась помочь своими кулачками, а в результате только мешала, отвлекала Жданова – он постоянно оглядывался: не зашибли бы ее ненароком.
Насмешники ретировались, признав свое поражение и по достоинству оценив мастерство Жданова.
- Катька, извини! Хорошего мужика подцепила! Хоть и новый русский, а удар держит…
Они стояли растерянные и в то же время возбужденные таким финалом свидания
- Андрей Павлович! Вам нельзя в таком состоянии ехать! Надо рану обработать, да и одежду привести в порядок
- Да ладно, Кать… Не переживайте, все ерунда, доеду…
- Нет, я не отпущу Вас! Пойдемте к нам, лед приложим, рану продезинфицируем… Я умею, меня папа научил. А мама Вам пуговицы оторванные пришьет.
Она встала на колени и подслеповато щурясь, стала шарить рукой по земле
- Кать, что Вы делаете! Встаньте немедленно!
Но она уже и сама встала и довольная протянула раскрытую ладонь
- Вот, нашла! От пальто…  А то пришлось бы все менять. А рубашечные у нас есть, мама подберет.
После такой заботы с ее стороны было бы невежливо просто уехать.

%
                             Глава 8. В гостях

Жданов шел с некоторой опаской – первый раз прийти в дом своей подчиненной в таком виде…
Опасения оказались напрасными. Никто не охал, не причитал, не приставал с расспросами.
Валерий Сергеевич осведомился только
- Чего не поделили-то? Что им надо было?
Катя испуганно посмотрела на Жданова, но он не стал ничего рассказывать
- Да так…прикурить попросили, а я не курю…
- Все не накурятся, оболтусы. Поди, Витька с компанией? – вопросительно глянул на Катю.
- Они, кто же еще…

Елена Александровна молча принесла лед, зеленку, вату и предоставила его в распоряжение дочери, а сама занялась пришиванием пуговиц. Глава семейства был отправлен ею подбирать подходящие пуговицы для рубашки.
- Валер, ты в шкатулке посмотри! Я от старых рубашек отрезаю и там храню…

Андрей сидел без рубашки, прикрыв глаза от смущения, и чтобы в свою очередь не смущать Катерину. Она делала все грамотно и так нежно, едва касаясь раны, и еще дула на нее, чтобы меньше щипало. И постоянно спрашивала:
- Сильно больно? Еще потерпите чуть-чуть…
Если он непроизвольно дергался, она отскакивала и почти со слезами говорила
- Больно, да? Я нечаянно…

Медицинская помощь была оказана, одежда приведена в идеальный порядок. Можно было уходить, а ему почему-то не хотелось и он мялся, не зная, что сказать, и как задержаться, какой повод найти для этого.
У Елены Александровны повод задержать гостя всегда был
- А теперь давайте на кухню, к столу! Мы еще не ужинали, да и Вы, наверное, тоже. Проходите, проходите! Разносолов нет, а голодными не останетесь.
На столе уже громоздилась гора пирожков, а на сковороде что-то скворчало.
- У меня сегодня сырники на ужин. Вы любите сырники? А какие: сладкие или простые?
Жданов невольно сглотнул голодную слюну, а она продолжала суетиться вокруг него, предлагая на выбор сметанку, варенье (клубничное или из яблок?), мед…
Катя сидела рядом, так близко, что иногда задевала его плечо. Не поднимая глаз от тарелки, она тоже вносила свою лепту в заботу о нем – передвигала ближе к нему неизвестно когда появляющиеся все новые и новые кушанья.
Валерий Сергеевич тоже попытался поухаживать – предложил попробовать наливку личного приготовления, но получив отказ – Жданов за рулем, интерес к гостю потерял.

Давно Жданову не было так хорошо и спокойно. Вспомнилось детство.
Как сквозь туман доносились голоса Елены Александровны, Кати, Валерия Сергеевича:
«…Давайте я Вам сметанки еще положу…»
«…Мам, ну он же с вареньем, а ты опять …»
«…Оставьте вы человека в покое… поесть спокойно не дадут…»
А он видел себя за столом в то далекое время, когда  жили они одной большой семьей с бабушкой, маминым братом Петей и его женой Олей. Дедушку он не знал – тот умер до его рождения.
Бабушка так же хлопотала у стола, и самую первую тарелку подавала его отцу – зятю. А Петя обижался: его жена Оля была беременна и немного капризничала, и он старался угодить ей во всем, и того же требовал от других членов семейства:
«…мама, Вы опять посолили салат! Сколько можно говорить, Оленька не любит, когда соленое…»!
И бедная бабушка, причитая, резала новую порцию салата, Павел, тогда еще не Олегович, недовольно крякал, но не вступал в разговор, потому что Маргарита наступала ему на ногу и сама спешила увести разговор с опасной темы.
Андрей так четко все это увидел, но у тети Оли вдруг оказалось Катино лицо, и он, уже в реальности спросил вдруг:
- Кать, тебе, наверное, ножка стола мешает, подвинь стул ближе ко мне…

                                          *

До самого своего дома он улыбался – настроение было отличное, несмотря на то, что «боевые шрамы» давали о себе знать. Хорошо, что к Кире не поехал – пришлось бы врать и изворачиваться. Придумал бы невероятную историю с подставой на дороге, и как он не захотел отдавать этим авторэкетерам деньги и подрался…  Кира поверит, хотя должна бы знать его  - он никогда не связывается. Обычно они не выставляют слишком больших требований. Проще отдать деньги и уехать. Но Кира поверит. И не потому, что глупая, а потому, что ей все равно, главное, чтобы он приехал.
А он не поехал! И теперь спокойно улыбается, не пряча своего настроения. А дома еще можно зайти в блоги, почитать записи незнакомки. С тех пор, как он рванул к Кате, прошло много времени. Наверняка появилась новая запись…

К его удивлению записи не было. Ну что ж, видимо у нее были другие дела…

Запись появилась утром. Вернее, он прочитал ее утром, а она писала ночью.

Дневник MissMay:
Запись 5
… Он всегда со мной, каждый час, каждую минуту, секунду… На работе, дома, везде…
Он не отпускает меня никогда. Даже если я одна, мне не одиноко, потому что он рядом, он в моем сердце. Стоит мне прикрыть веки, и передо мной возникает его образ
Я люблю его каждой клеточкой, я дышу им, я живу только мыслями о нем.
Я не знаю, как могла жить без него раньше. Неужели я вообще жила?

Комментарии

Гость:
Я рад, что в твоей жизни появилось такое большое чувство. А помнишь свою первую запись? Тогда ты не верила, что с тобой может  произойти такое

MissMay:
Это все благодаря тебе. Это ты внушил мне уверенность, дал надежду…

Гость:
Ты тоже многое изменила во мне. Читая твои записи, я понял, что в мире существуют совсем другие девушки, не такие, которые окружали меня всегда. Ты и тебе подобные каким-то образом сохранились в нашей неромантичной жизни со времен пушкинской Татьяны ,тургеневских барышень, Наташи Ростовой. Спасибо тебе, что ты есть, что встретилась на моем пути, хотя и не в реальной жизни. Как я жил раньше? И жил ли я вообще?

                           Глава 9. День рождения

Приближался Новый год. Приближалась свадьба с Кирой. Приближался Совет Директоров. А у Жданова в голове царил полный хаос. И это не на шутку беспокоило его друга и соратника Романа Малиновского.
- Палыч, ну что ты мечешься? Все будет отлично! Катя тебя любит, и сделает такой отчет, какой нужно – комар носа не подточит!
Кира тоже тебя любит, и согласна принять тебя любого, со всеми твоими изменами и прочими недостатками. Она проголосует за любой твой план и за тебя лично. Так что беспокоиться совершенно не о чем
- Мы подлецы, Ромка. Так нельзя поступать… Жестоко это…Я обманываю Катю, и Киру, и акционеров…
- Ну и что? Кому от этого плохо? Катя счастлива, думая, что ты ее любишь. Эта любовь останется лучшим воспоминанием в е жизни.
Кира тоже счастлива – ты же не отказываешься от свадьбы?
И акционеры довольны – они получают свои дивиденды, а это главное.
Скоро рассчитаемся с долгами, компания выйдет из кризиса, и мы с тобой тоже будем счастливы. Надо просто потерпеть…
- Сейчас потерпеть одно, потом появится другое… так жить неправильно, но как жить правильно я тоже не знаю, поэтому придется принять твой совет. До нового года ничего менять не буду – пусть все идет своим чередом. Махнем куда-нибудь вечером?
- Ты же знаешь, ради тебя я готов пойти куда угодно. Но не сегодня
- Ты занят?
- Я – нет, занят ты.
- Это как же я занят?
- Ты идешь в ресторан с Катенькой.
- Это еще почему? Мы только вчера были в ресторанчике…
- Серьезно? Ну и как впечатление?
- Отличное! Ты даже не представляешь, как мило все было…
От воспоминаний о вчерашнем вечере лицо Жданова непроизвольно осветилось мечтательной  улыбкой, что заинтересовало Малиовского чрезвычайно.
- Ну, рассказывай, рассказывай, - он нетерпеливо подался вперед, - как все было? Она тебя зацеловала? Потащила знакомить с родителями?
- Никуда она меня не тащила, просто держала за руку…
- И все? – Малиновский был явно разочарован, - и это ты называешь милым?
- Отстань, Малина! Не буду я тебе ничего рассказывать – все равно не поймешь.

Ну, как передать ему то чувство, которое охватило его, когда Катя взяла его руку, и спросила виновато: «Можно я подержусь?  Мы так редко видимся…», а потом прижала ее к своей щеке и поцеловала… В груди у него стало щекотно и нежно, и он посадил ее к себе на колени и стал теребить бантик на блузке… она смущалась, а он знал наверняка, что она думает: развяжет или не развяжет… Вот только не знал, чего она хочет: чтобы развязал или нет?
А по дороге домой она была такая веселая, раскованная. Открыла верх машины и ловила ртом снежинки. И не боялась позднего возвращения – была уверена, что отец ее не будет ругать.
«Сегодня меня никто ругать не будет!» - радостно сообщила она ему, увидев на часах, что полночь миновала.

Жданов так увлекся воспоминаниями, что забыл о присутствии Малиновского. И увидев, что он все еще в кабинете, очень удивился.
- Ты еще здесь?
- Конечно здесь. Я же еще не сообщил тебе, по какому поводу ты идешь сегодня в ресторан с Катенькой.
- Ну и…? Ну сообщай!
- Сообщаю: Сегодня у Катюши день рождения! Ты разве не слышишь шум на весь офис? Поют даже!
- Надо же… Она мне ничего не сказала.
- А что, она должна была подать тебе докладную? Мог бы и сам поинтересоваться.
- Что, прямо так и спросить: «А когда у Вас, Катенька, День рождения?»
- Зачем же у нее спрашивать, есть отдел кадров – в личном деле все указано.
- Хорошо, в ресторан я ее приглашу, но нужен еще подарок.
- Эх! Что бы ты делал без меня! Все предусмотрено: подарок куплен – посмотри, какая эксклюзивная кукла, а вот и открытка, и текст  прилагается. Перепиши, сделай милость.
И еще: сегодня самый удобный момент перейти на новую ступень отношений – ты понял, о чем я говорю?
- А вот это решать не тебе, - огрызнулся Жданов. Он и сам давно хотел этих новых отношений, и в тоже время страшился их – это обязывает ко многому, Катя - не обычная моделька.
И еще одно останавливало его: он не хотел, чтобы их серьезные отношения основывались на лжи. Он должен рассказать  Кате всю правду, а уж потом…  Если она поймет… Если простит… Она должна понять, ведь не может же она не видеть, не чувствовать, что он не играет, что он сам влюбился в нее.
Боже мой! Он влюбился в Катю Пушкареву! Сказать кому, да тому же Малиновскому, - поднимут на смех. Он ведь самый выгодный жених московского бомонда. А она…

                                           *

Катя ждала этот день рождения как никогда – чувствовала, что произойдет что-то важное в ее жизни, необыкновенное.
Когда Андрей пригласил ее в ресторан, она была на седьмом небе от счастья! Правда, на пути к заветной цели пришлось преодолеть много препятствий: не хотелось обижать родителей, устроивших дома праздник для дочери, и перед подругами было неудобно – их Елена Александровна пригласила – для дочки старалась, не знала, что у той другие планы. Она же, мать, и помогла обойти препятствие в лице отца, Валерия Сергеевича, который ни за что  не отпустил бы Катерину в ресторан, да еще так поздно. Хотя… со Ждановым мог и отпустить – понравился ему Андрей еще со времен драки в сквере.

В ресторане  чувствовали себя неловко: оба понимали, что нужно сделать следующий шаг, и хотели его сделать, но не решались. У каждого на это была своя причина …
И все-таки Андрей решился.
- Катюш… А давайте поедем туда, где тихо, где нам никто не помешает… Как Вы?
Она ничего не ответила, молча встала из-за стола и пошла к выходу.
Катя была уверена, что они едут к нему домой, и внутренне настроилась на то, что сегодня ВСЕ случится, но машина остановилась у гостиницы…
- Гостиница? Мы приехали в гостиницу? – удивленно спросила она, - Зачем?
К этому она была не готова. Гостиница… номер… и она… очередная…  Нет! Этому не бывать! Она не будет его очередной любовницей или «девушкой на час»!
- Мы приехали в гостиницу? Зачем?
- Извини, Катя, я поторопился. Я отвезу тебя домой.
- Да, пожалуйста…

                                    *
Они подъехали к дому уже несколько минут назад, а Катя вроде и не заметила этого. Андрей не торопил ее. Наконец, она решительно повернулась к нему
- Андрей! Я хочу сказать тебе, - только закрой глаза, иначе я не смогу ничего сказать!  - Я очень ценю твое отношение ко мне.  Ты вот пришел на мой день рождения – это такой подарок для меня!
Ты очень хороший, добрый. Ты не можешь сказать мне все, боишься обидеть…
Я все понимаю и не обижаюсь.  Правда не обижаюсь.
А любовь… она не всегда бывает взаимна. Ты не обязан меня любить просто потому, что я очень этого хочу… Потому, что… Я люблю тебя! Но я не буду твоей любовницей, хотя очень-очень хочу быть с тобой! Я не могу любить тебя в чужих стенах гостиничного номера, не могу таиться и обманывать. Наверное, я не умею любить…

%

                                         Глава 10. Сомнения

Она ушла, а он долго не мог прийти в себя после ее слов. Она его любит! Она ничего не ждет от него взамен – даже его любви.
Отказалась от свидания в гостинице…  А он даже рад этому – она еще раз доказала, что не такая, как все. Конечно, это не для нее, как он мог предложить ей такое? Она не станет его очередной пассией,  и постоянной любовницей не будет.
И что? Расстаться? Нет, это не возможно!
Отменить свадьбу с Кирой, рассказать правду о положении дел в компании акционерам, и начать новую жизнь без компании (отец не простит, лишит его должности), но с Катей…
Страшно ломать все, что сложилось и казалось незыблемым. Пока он не готов к этому. Он возьмет тайм-аут. Поедет на новогодние праздники в Лондон, к родителям. С Кирой поедет. Может быть, Катя заслонила Киру, потому что все время рядом? Две недели он не будет видеть ее, вместо нее рядом будет Кира. Две недели – срок достаточный, чтобы подумать и определиться, кто ему нужен – Катя или все же Кира…
Решено! Перерыв две недели!
Но прежде надо посоветоваться  с незнакомкой. Давненько он не был в  ее  блоге…

Дневник MissMay:
Запись 6
… Я часто думаю, найдется ли в этом мире человек, для которого я стану важнее всего: всего, что его окружает: друзей, работы, родных…
В моей жизни есть человек, которого я люблю всем сердцем. Такой красивый, чистый ,светлый, нежный… И он любит меня, я это чувствую! Но сможет ли он преодолеть все предрассудки и обстоятельства? Хватит ли у него смелости сделать первый  шаг?  Если он его не сделает, все будет иначе. Я даже не знаю, как, но все будет без него, а я не могу без него…

Комментарии

Гость:
Ссегодня наши мысли совпадают. В моей жизни тоже появился человек, девушка, которая любит меня. МЕНЯ, а не мою должность, не мои капиталы! Я так хотел этого, а теперь испугался – смогу ли я быть таким же искренним и бескорыстным? Я не знаю, как назвать мое чувство к ней. Если это любовь, то что связывало меня с другими женщинами? И насколько важно оно? Может, я могу прожить и без него? Это было бы проще и привычней… Я на распутье…

MissMay:
Я тоже не смогла перешагнуть через свои принципы, хотя думала, что ради него пойду на все, а теперь страдаю. А если он не может иначе? Как же я буду без него?

Гость
Наверно, и тебе, и мне нужно на какое-то время расстаться с любимым, побыть вдали, тогда все станет яснее

MissMay:
Ты прав, но я не смогу не видеть его… пока не могу…

Гость
А я попробую…

MissMay:
Удачи тебе!

Гость
  И тебе удачи!

                          Глава 11. Лондон

Лондон встретил их на удивление хорошей погодой. Слегка подморозило, но снега не было – на земле не было. То, что временами сыпалось с неба, тут же сметалось и вывозилось уборочными машинами. они будто следили из укрытия, ждали появления своей добычи – их можно понять,  не так часто им достается работа.
Англичане отсутствия снега не замечали, он им и не нужен – порадуются, пока он падает то мелкой крупой, то тяжелыми, сырыми хлопьями, а чтобы был под ногами… Зачем?
А русской душе снега не хватало. Хотелось, чтобы он скрипел под ногами от мороза, чтобы можно было сгребать его варежкой с перил, или стряхнуть из озорства с ветки заснеженного дерева… Увидеть искрящиеся, слепящие глаза на ярком солнце сугробы, или скатать снеговика с носом-морковкой и черными угольками глаз… На худой конец – слепить крепкий снежок и запустить им… Нет, здесь этого делать нельзя.  Могут оштрафовать или в полицию забрать – не понять им, чопорным, наших задорных шуток.

Андрей честно старался не думать о Кате, уделять больше внимания Кире, радовать родителей разговорами о скорой свадьбе. Но хватило его ненадолго.
Собственно, праздничные дни с шампанским, фейерверками и застольем на всю ночь как бы выпали из отведенного на отдых времени.  Здесь, конечно, не дома - салатики тазиками не готовили и отмечали праздник в ресторане, но спать все же не ложились – положено в новогоднюю ночь не спать! Пили вино, закусывали свежей клубникой, ловили русский канал по телевизору…
И еще несколько дней он старался: гуляли с Кирой по городу, покупали всякие безделушки – сувенирчики для друзей, мелочи для будущей совместной жизни.  Но когда Кира захотела зайти в ювелирный магазин присмотреть кольца, он искренне обрадовался тому, что магазин оказался закрыт!
В тот день он впервые разрешил себе подумать о Кате. Не пошел на ночь к Кире, сославшись на недомогание – магнитные бури, нездоровый климат, и до полуночи вспоминал их с Катей дни.
« Собираю наши встречи, наши дни, как на нитку…» - так, кажется, поется в модной в этом сезоне песенке…
Их было немного, настоящих свиданий, чаще он отвозил ее домой и по пути они разговаривали, а на прощанье он целовал ее дежурным поцелуем. Но иногда… иногда он останавливался не у подъезда, подальше от родительских глаз, и тогда целовал по-настоящему – уже не по плану Малиновского, а по собственному желанию. Сейчас, вспоминая эти моменты, удивлялся себе: почему не делал этого чаще? Ведь она была совсем  рядом, только руку протяни. А теперь, когда она далеко, отдал бы все, чтобы оказаться с ней. Теперь бы он вел себя по-другому: не отпускал бы ее из объятий, целовал бы ее, говорил о своей любви. Да, любви! Он больше не сомневается в этом! Нестерпимо захотелось услышать ее голос, сказать ей, что он чувствует… Но не по телефону же объясняться в любви. Вот приедет, и все скажет, тем более, в Москве уже глубокая ночь. А с незнакомкой поговорить можно, самое время для Интернета.

Дневник MissMay:
Запись7:
Не знаю, как люди расстаются на годы, когда даже две минуты кажутся вечностью?
Его нет рядом со мной, и я считаю дни, часы, минуты… Каждая секунда, прожитая без него, прожита зря.

Комментарии

Гость:
Вы тоже расстались? Надеюсь, не навсегда?

MissMay:
Он скоро вернется, а вот будем ли мы вместе… А ты? Ты все же уехал? Помогло?

Гость:
Да, теперь я точно знаю, что мне нужна только она, и что я люблю ЕЕ, а все, что было раньше – это другое. Скоро я увижу ее и все ей скажу. Надеюсь, она не осудит меня за сомнения.
Но прежде мне нужно кое-что рассказать ей, и решить некоторые проблемы.

MissMay:
Я уверена, что у тебя все получится!

                                            Глава 12. Трудный разговор

На вечер было запланировано посещение оперы. Кира считала, что она любит оперу, а Жданов предполагал, что любит она не саму оперу, а себя в ней: аристократичная  публика, изящные наряды, утонченный манеры, изысканные беседы…
Сразу после завтрака она ушла в салон создавать эту изысканность, а Андрей остался дома – ему создавать ничего не нужно, он оперу не любит, и скрывать это не считает нужным.
Представился удобный случай поговорить с родителями. Он не первый день прокручивал в голове это разговор, не знал, с чего лучше начать: с дел в компании, или с предстоящей свадьбы.
Вопрос решился сам собой  - Маргарита опередила сына, начала разговор сама, и, разумеется, со свадьбы.
- Андрей! Ты ничего не хочешь мне сказать?
- О чем, мамуль?
- Андрюш, я – мать! Неужели ты думаешь, что меня может обмануть твое примерно-показательное поведение? Что у вас с Кирой?
- Ничего…
- Это как понимать? Все хорошо, или…
- Или, мама, или…Я полюбил девушку.
- Не в первый раз! Такое было не единожды.
- Такого не было. Я полюбил первый раз… Я даже усомнился: любовь ли это? Специально поехал к вам с Кирой. Думал, не буду ее видеть,  и все пройдет. С Кирой мы давно вместе. Я хотел, чтобы у нас все наладилось, но, приехав сюда, окончательно понял, что мне нужна не Кира.
Сегодня я поговорю с ней. А свадьбы не будет.
- Ну, что ж… Это твоя жизнь, мы с отцом не будем настаивать. А эта девушка… Она тебя любит?
- Любит. Как никто другой…
- Но почему в твоем голосе нет радости?
- Я не уверен, что мы будем вместе. Когда она все  узнает…
- Андрей, ты пугаешь меня! Что такого она может узнать о тебе? Что ты волочишься за каждой юбкой? Вряд ли это секрет для нее
- Ах, мама-мама! Если бы ты знала,  сколько глупостей я натворил…
Она обняла его, прижала буйную головушку к своему плечу, ласково погладила по волосам…
- Расскажи мне. Тебе станет легче. Я помогу,… постараюсь…
Он вдохнул родной, знакомый запах детства, и слова полились сами…  Обо всем  - о трудностях в компании, о плане Малиновского, о своих чувствах к Кате…
- Сынок…  Вот что я тебе скажу – если она действительно тебя любит, то поймет, почувствует, что ты больше не играешь. Кстати, а ты ей говорил о своих чувствах?
- Нет…  Еще нет… Я не хотел, чтобы между нами была ложь. Сначала я должен все рассказать ей.
И потом… я должен прежде объясниться с Кирой. Катя очень щепетильна в таких вопросах, она не будет делить меня с кем-либо.
А еще я должен рассказать отцу правду о положении компании, иначе, если все откроется, он может обрушить свой гнев на Катю – отчеты составляла она, а она ни в чем не виновата, это я  заставлял ее. Пусть выгоняет меня!
- С отцом я поговорю… после тебя. Думаю, мне удастся усмирить его гнев. И Киру постараюсь утешить… Ей, наверное, лучше побыть здесь, в Москве она будет мешать тебе? А про Катю… Про то, как ты поступил… я думаю не стоит знать никому, даже отцу. Это ваша тайна…
- Мам, ты просто чудо! Разложила все по полочкам,  и вроде все не так сложно, как казалось.
Ты прости меня, я не оправдал твоих надежд, оказался вовсе несильным,  неудачливым, да просто недостаточно умным.
- Что ты говоришь, Андрюша! Ты думаешь, если бы ты был суперменом, я любила бы тебя больше? Ты мой, и для меня ты самый лучший сын. И не вздумай сомневаться в себе! Ты добрый, сильный, и умный… Ошибся – с кем не бывает. Просто удача повернулась к тебе спиной, но не навечно же это. Все у тебя будет хорошо, вот увидишь.

                                     *

Кира, как он и ожидал, устроила истерику: рыдала, «умирала», кричала в его адрес ужасные слова, снова рыдала, цеплялась за него, обнимала стоя на коленях, умоляла, угрожала покончить с собой, а потом вдруг сказала совершенно спокойным голосом:
- Уйди, Жданов, с глаз моих…
 

Павел Олегович от слов сына на какое-то время оцепенел, затем побагровел и, заикаясь от ненависти, стал надвигаться на него со сжатыми кулаками.
- Как ты мог, щенок… дело всей моей жизни… Да я тебя…
- Я знаю, папа… Я заслужил, я уйду.
Но отец уже взял себя в руки. Говорил почти спокойно, только губы посинели, и пальцы рук свело судорогой – он никак не мог разжать кулаки   – признаки того, что сердце не справляется и ему нужно немедленно лечь.
- Па, прости! Ты не волнуйся, все не так плохо. Мы составили антикризисный план, он работает, компания потихоньку выходит из кризиса. Все наладится, па… Ты только убеди нового президента не отказываться от плана.
- Какого нового? Ты ошибок наделал, а кто-то будет исправлять? Сам и исправишь, а потом посмотрим…
- Па…Ты мне доверяешь?!
- А кому же мне доверять? У меня один сын…
- Я еще не все сказал…
- ?
- Я не женюсь на Кире.
- Это я слышал…  Она так кричала.
- Ты осуждаешь меня?
- Конечно, ты поступил некрасиво. Но портить жизнь только ради того, чтобы все было тихо и прилично, пожалуй, тоже не стоит. Заставить себя полюбить невозможно. Хорошо, что понял это вовремя.
- Пап, вы с мамой не обидитесь, если я раньше уеду?
- Когда?
- Я завтра хотел
- Не терпится… Понимаю тебя. Езжай, конечно. А Киру я попрошу здесь остаться – мне помощник нужен. Да и тебе так будет легче…

Андрей не ожидал от родителей такого понимания, особенно от отца – всегда считал, что он недоволен им, считает его легкомысленным и не способным руководить компанией – не зря же он на выборах президента  голосовал не за него, своего сына, а за Александра Воропаева. А оказывается, они его любят, и понимают, и не осуждают, а стараются помочь.
В порыве душевной близости он обнял отца за поникшие плечи
- Па, ты самый лучший отец на свете!

Окрыленный результатами разговоров – у него словно гора с плеч свалилась, Жданов в мыслях был уже дома, а там и Катю можно увидеть, и поговорить. На фоне разговора с родителями, ему все виделось в радужном цвете: поймет его Катенька, и простит за прошлое, и не разлюбит.
И когда вечером позвонил Малиновский, и слезно умолял разрешить ему задержаться после каникул, Жданов не стал противиться, тем более Роман все праздники работал и только недавно улетел к теплому морю. « Наверное, русалку встретил», - усмехнулся Андрей.

К ужину он не стал спускаться – его присутствие вместе с Кирой создало бы напряженную атмосферу. Заранее взял кружку молока и кусок бисквита, приготовленного к вечернему чаю,  закрылся в своей спальне и попросил его не беспокоить, сославшись на головную боль. День был напряженный, и причина выглядела правдоподобной.
Усевшись по удобнее за монитор, привычно открыл блог и сразу попал на новую запись незнакомки.

Дневник. MissMay:
Запись 8.

…Я умерла сегодня днем… Оказалось, что вся его любовь –это фарс, игра…  Когда-то такое уже было в моей жизни… так почему я опять наступила на эти грабли? Почему не распознала фальшь в его словах и поступках? Только потому, что была ослеплена своей любовью? Или он великий актер? А может…
Нет! Ничего не может! И не надо убеждать себя, что его чувства были настоящие, не надо  надеяться  на это. Надо просто перевернуть страницу и жить дальше без него. Только не получается без него… Я злюсь на НЕГО, ненавижу ЕГО, стараюсь не думать о НЕМ – везде ОН, он не отпускает меня. Я не могу вырваться на свободу… А я хочу этого?
Пусть предал, пусть посмеялся, пусть все было игрой, но Я БЫЛА СЧАСТЛИВА, и это останется со мной навсегда.
Рука не поднимается написать «Прощай, любимый»…

Он не смог написать комментарий. Слишком глубоко взволновали его слова девушки, слишком много личных струн задели…
Он  тут же он подумал о Кате – а если она узнает о их с Малиновским играх? Ну, вдруг, нечаянно, каким-то образом… И почему он раньше не признался ей! Схватил телефон, стал судорожно набирать ее номер – абонент недоступен…

0

3

Глава 13. Прозрение

Жданов вылетел в Москву первым рейсом, не попрощавшись с родителями.
Сразу из аэропорта хотел поехать к Кате, но постеснялся – было слишком рано - что подумают ее родители… Ехать к себе - совсем в другую сторону, а Зималетто по пути, тоже дом родной

                         
Его шаги гулко отдавались в пустых коридорах – рабочие дни начнутся  еще через два дня, все отдыхают. На посту только Потапкин, да и он изрядно «попраздновал» ночью – еле узнал своего президента
- Андрей Павлович?.. Это Вы? А зачем Вы…разве уже…
- Соскучился я, Потапкин, вот и зашел,- с этими словами Жданов скрылся за дверью лифта.
- Вот и Катерина Валерьевна так сказала, когда заходила на днях… - но Жданов этих слов уже не слышал.

                           
Первое, что он увидел, зайдя в кабинет – большой розовый пакет в ужасных розочках, сердечках и бантиках. И поперек надпись: «Спасти рядового Жданова!».
Тревожное предчувствие закралось в душу: что еще придумал его неутомимый друг?
Внутри пакета Андрей обнаружил мягкие игрушки, шоколадки, открытки и два листа, исписанных убористым подчерком Романа – это была инструкция ему, Жданову, по дальнейшему совращению  своей помощницы. Но в каких выражениях?! Такого цинизма Жданов не ожидал даже от Малиновского! Он что, был пьян? Зачем вообще он это сделал? Ах, да! Он же не знает, что игра давно закончилась, уступив место обыкновенному человеческому чувству под названием «любовь».
Одно радовало Жданова – что он прилетел раньше, и Катя не увидела всей этой мерзости. Он разорвал инструкцию на мелкие кусочки, хотел выбросить в урну, но передумал. Зашел в туалет и спустил их в унитаз – для верности. Глянул на часы – вполне приличное время, и отправился к Пушкаревым.

Ему и в голову не пришло, что Катя тоже могла зайти в офис по какой-либо  причине, и увидеть пакет раньше его - не услышал он слов Потапкина…
А причина у Кати была банальная: она забыла в каморке мобильник. Не то чтобы он был ей очень нужен – есть ведь домашний телефон. Все друзья-товарищи со школьных времен и новые подруги- женсоветчицы успешно поздравили ее с Новым годом, только Жданов… Но он домашний номер не знает, только сотовый. Вот она и пошла за телефоном…
Лучше бы она не приходила! Такого удара она никак не ожидала…
Хорошо, что родители уехали на праздники. Никто ей не мешал нареветься вволю, и она плакала уже третий день…

                            *
Звонок в дверь застал Катю в постели. Все три дня она не покидала ее. Не ела, не переодевалась, а только обнимала свою любимую подушку, мочила ее слезами, да изредка вставала попить.
Ничуть не заботясь о своем виде, она открыла дверь.
- Андрей… Павлович? Вы, почему здесь? А Лондон? Кира Юрьевна? И вообще… Вы… Вы…
- Кать! Мне надо поговорить с тобой! Срочно! Я поэтому прилетел.
Он был так взволнован, так спешил поделиться с ней своими чувствами, что не замечал ее вида. Да и свет в прихожей не был включен, и говорили они в полутьме.
- Кать, я должен тебе многое рассказать, объяснить. Я не знаю, как ты будешь потом относиться ко мне, не уверен, что захочешь видеть. Прежде, чем я расскажу, я хочу, чтобы ты знала: «Я люблю тебя! Кроме тебя мне никто не нужен. Я понял это. Я не могу без тебя…»
Говоря со страстью и напором, он непроизвольно наступал на Катю, а она пятилась, до тех пор, пока не уперлась спиной в компьютерный стол…
Монитор мерцал голубым цветом, и Жданов, скользнув по нему взглядом, обмер… Знакомая запись:
…Я умерла сегодня днем …

В голове прояснилось. Все стало понятно. Как же он раньше не догадался?.. И она знает…
- Это ты – MissMay?
- Я… А ты – гость?
- Да… Ты все знаешь?
- Я прочла, - и она протянула ему мятые копии того, что он уничтожил, казалось навечно.
Он представил, как она вновь и вновь читает этот пасквиль, сминает, хочет выбросить, но снова расправляет и читает…
Так плохо ему еще никогда не было. Чувствовал себя монстром, чудовищем, растоптавшим распростертое девичье тело. Он опустился на корточки и закрыл лицо руками. Голос его звучал глухо и безжизненно.
- Я подлец… мерзавец и… и глупец! Я все испортил…  Я хотел сам тебе обо всем рассказать…
Теперь ты не поверишь… не простишь…

Это было невероятно, в это невозможно было поверить, но она дотронулась до его рук, попыталась оторвать их от лица. Он был сильнее и он не мог посмотреть ей в глаза. Тогда она встала рядом с ним на колени, поцеловала в висок и стала говорить сквозь слезы.
- Я люблю тебя, подлый, мерзкий, глупый мой человек…Я хотела бы разлюбить и даже ненавидеть тебя, но  ничего не могу с собой поделать…
Он, наконец, оторвал руки от лица и обнял ее вздрагивающие плечи. Оба находились в неудобной позе, но боялись даже пошевелиться – так хрупко было их единение.
Он нарушил молчание словами
- Кать… ты сможешь поверить мне? Я, правда, люблю тебя.
- Я только не пойму, как ты смог влюбиться в такую уродину.
- Не говори так! Никогда не называй себя этим словом! Ты красивая! Ты сама не знаешь, какая ты красивая…
Он встал сам и поднял ее, снял с нее очки, с силой провел по волосам – заколки и шпильки полетели на пол, а волосы рассыпались по плечам, обрамляя лебединую шейку и прикрывая обнаженную грудь – когда только он успел расстегнуть ее детскую пижамку с зайцами?  Не выпуская ее из своих рук, подвел к зеркалу.
- Смотри! Разве не красавица?
Близоруко щурясь, она смотрела в зеркало. Как сквозь туман проступали припухшие от слез глаза, потрескавшиеся, покусанные губы, а она видела себя счастливую, с яркими сочными губами, готовыми открыться навстречу другим губам – сухим и горячим. И глаза сияли как два солнца…

То, что произошло дальше, было ему непонятно: она обхватила его голову и стала покрывать лицо быстрыми поцелуями, приговаривая при этом
- Значит правда… Значит настоящая… не понарошку…
- О чем ты, Кать?
- Еще в детстве… И став взрослой… Я верила, что настоящая любовь меняет человека, делает его красивым. Как царевну-лягушку, помнишь? Ты разглядел мою красоту, значит, любишь… по-настоящему…
Застеснявшись своего порыва, она спрятала лицо на его груди, а он гладил ее и счастливо улыбался.
Сколько они так простояли, неизвестно, пока Катерина не опомнилась
- Андрей… ты даже не снял пальто. Жарко же, раздевайся!
- Кать… Я… Ты меня…
- Давай пальто, я повешу.
Она протянула руки, но пальто уже было брошено им на стул, и он подхватил ее, и протянутые руки замкнулись в кольцо на его шее …

…Иногда полезно не заправлять постель…

Слишком много было эмоций, и слишком быстро они сменялись: от полного отчаяния, до безграничной радости. Мозг не успевал осмысливать их, ему требовалась передышка. Услышав ее благодарное «Мой Андрей…», он счастливо вздохнул, откинулся на подушку и тут же уснул.
А она уснуть не могла, хотя до этого провела две бессонные ночи. Сердце громыхало в груди так, что она боялась, что Андрей услышит и проснется. Лежала, стараясь не шевелиться  . Она бы и не дышала, если бы это было возможно. Глупое девичье сердце… Только что оно страдало и умирало, а стоило услышать любимый голос, как оно тут же поверило и трепетало уже от счастья.
Она мысленно перебирала слова, которые он ей шептал в порыве нежности. Сердце замирало…на щеках появлялся стыдливый румянец – разве можно такое говорить… А ведь несколько минут назад ей не было стыдно… было приятно… И она в ответ шептала…о, боже! Она такое говорила? Неужели правда, неужели она настолько хороша собой, что смогла понравиться ему?
Катя не выдержала,  откинула одеяло, осторожно высвободилась из его рук, и, не одеваясь, тихонько пробралась к большому зеркалу – обычно перед ним она стояла, оценивая сшитые мамой наряды. А теперь она оценивала себя: поворачивалась то одним боком, то другим. Конечно, на современную модель с узкими бедрами, прямыми плечами и плоской грудью она не тянет, а вот по меркам прошлого века… Покатые плечи, плавный изгиб  шеи, тонкая талия и высокая, немного полноватая (на любителя!) грудь… Провела рукой по бедрам – бедра как бедра, а Андрюше понравились, оторваться не мог… и от груди тоже… очередной раз повернувшись, она заметила его взгляд – оказывается он и не спит вовсе, а она…В смятении, не знала куда бежать: то ли одеваться, то ли опять под одеяло…
Он разрешил ее сомнения. В мгновение ока оказался рядом, обнял. поцеловал в ушко
- Ну, что? Убедилась, какая ты красавица?
- Не знаю… Недостатков много… но если тебе…
- Мне, только мне! Все мое! Никому не отдам… Только я… только моя…  - эти обрывочные слова она слышала между поцелуями, пока он нес ее до постели, а потом и этих слов не стало слышно – только громкое дыхание и глубокие вздохи…

За обедом (или это был уже ужин?) он вдруг спросил
- Кать, а тебе хочется нравиться не только мне, но и другим тоже?
Она испуганно уставилась на него, не зная, что ответить
- Нет, ты скажи! В этом же нет ничего зазорного…
- Конечно, хочется… Что же я, не женщина что ли? Это же приятно… наверное…
- Тогда завтра и начнем…
- Что начнем?
- Завтра узнаешь. А сегодня давай куда-нибудь махнем? В ресторан, в клуб – куда хочешь?
- Я… в караоке-бар хочу. Машка рассказывала, там хорошо, просто. А в клубе твои знакомые - мне будет не по себе…
- Ну, хорошо, поедем в караоке, но ты не должна бояться моих друзей. Я же буду с тобой.
- Я привыкну…в другой раз пойдем, а пока…
- Договорились! Я поеду домой, а вечером заеду за тобой
- Не надо за мной заезжать, это совсем в другую сторону. Договоримся о времени, я приеду сама, подожду тебя, если что.
- Уговорила. Тогда я буду тебя ждать в «Омеге», в семь.
- Я не опоздаю.

                                  Глава 14 …пою тебе…

Часы показывали уже восемь, а Кати все не было. Жданов начал беспокоиться. Как назло он забыл мобильник – пиджак надел другой, а телефон не переложил… Теперь вот гадай, что случилось, придет ли она.
Это состояние было для Жданова необычным, он никогда и никого не ждал, ждали его. Официант уже дважды подходил, уточнял, когда подавать заказ, а Кати все не было. Наконец, когда он уже совсем отчаялся, она вошла в зал и стала растерянно озираться. Он, конечно, узнал ее и сразу бросился навстречу, хотя было в ней что-то другое, выглядела она не как всегда, но он не стал  думать об этом. Главное – она пришла! Обнял, прижал к себе, и, казалось, никакие силы не заставят его разжать кольцо обнимающих ее рук.
- Я думал, ты никогда не придешь. Почему так долго?
- Я к стоматологу ходила и в оптику, а потом автобуса долго не было.
- Кать, а на такси ты не могла?
- Я даже не подумала - я  не привыкла, тут же не далеко. Я долго, да? Я без часов…
Немного придя в себя и успокоившись, он разглядел перемены в ней – очки были другие, современные и зубки белые и ровные, без брекетов. Хотя он к ним давно привык, без них было явно лучше. Вместо старушечьего пучка, она заплела девчоночьи косички и уложила их корзиночкой сзади, а ленточки были почему-то разные: одна красная, другая -  синяя. Наверное, так модно…
И костюмчик на ней был очень даже симпатичный… Только вот блузку под него одевать было не обязательно, но ей, наверное, вырез показался глубоким.
- А я хотел заняться этим завтра. Ты как всегда опередила меня. Ты читаешь мои мысли?
- О чем ты, Андрюш?
- Об этом, - он обвел рукой в воздухе вокруг нее, - очки, брекеты…
- Да я давно собиралась… все откладывала. К стоматологу идти всегда страшно
- Больно было?
Она кивнула в ответ, и тогда он перегнулся через стол и поцеловал ее.
- Спасибо… Ты ведь ради меня пошла на это… Но завтрашнее мероприятие не отменяется!
- Какое еще мероприятие?
- Магазины. Одежду я беру на себя! Я все-таки президент модного дома, - добавил в ответ на ее удивленный и одновременно вопросительный взгляд.

Они пили вино – на брудершафт и просто так, он держал ее за руку, смотрел в глаза, вздыхал и повторял в который уж раз.
- Кать, ты со мной… Не могу поверить…  Я так счастлив!
А она была печальна, не поднимала глаз от тарелки. Иногда откладывала вилку, выпрямлялась, собиралась сказать ему что-то и не решалась -  опять опускала взгляд.
- Каать… Ну говори!  Я же вижу…
- Андрей… Все неправильно, Андрей! Так нельзя!
- Что нельзя, Кать? Любить нельзя?
- А как же Кира Юрьевна? Свадьба?
Он хлопнул себя по лбу
- Я же не сказал тебе, не успел, забыл даже. Свадьба отменяется. С Кирой я поговорил. Мы расстались
- Она плакала?
- Да, Кать, плакала. Но как же быть? Как иначе? Если я остался бы с ней, больно было бы тебе. Да и мне тоже. Не получается, чтобы без боли.
- А родители?
- Ты знаешь, они меня поняли! И не только в этом вопросе. Я отцу рассказал правду о положении в компании.
- Зачем, Андрей?! Компания уже почти вышла из кризиса! Еще один фиктивный отчет, и можно будет не скрывать цифры. Зачем ты это сделал?
- Я побоялся, что отец узнает и обрушит весь гнев на тебя.
- Ну и пусть! Пусть бы уволил меня, а так он тебя снимет с должности президента! Для тебя это так важно…
- Я думал, будет хуже: не только снимет, но и вообще выгонит из компании
Катя  чуть не плакала, глядя на него с любовью и жалостью
- Не выгнал, Кать!  Хотя ругался! Очень гневался…  И президентом оставил!  Я не ожидал даже…Оказывается, я совсем не знал своих родителей. Я ведь как думал – для них главное, чтобы я поступал так, как им кажется правильным, а они, оказывается, на все согласны, лишь бы мне было хорошо. Хотя сами, наверное, страдают.
- И я тут еще… Они так хотели, чтобы ты женился на Кире.
- Они примут тебя. Может, не совсем искренне – в душе будут жалеть о Кире, но виду не покажут.  Ты на них не обижайся - это пока, временно. Потом они тебя полюбят, когда узнают ближе.
- Я понимаю. И не обижаюсь. Честно-честно! А ты такой смелый… сильный… Я бы, наверное, не смогла так, побоялась…
- Это я только с тобой такой, ради тебя… А на самом деле я вовсе не герой. Часто сомневаюсь, да и строгости не хватает. Особенно в обращении с женским персоналом – Тропинкина одна чего стоит, а Милко? Он же из меня веревки вьет.
- Не правда! Зря ты так думаешь. В компании тебя уважают и любят! И та же Машка сколько раз тебя спасала от гнева Киры? Да и Милко только хорохорится, а распоряжения твои выполняет, и идеи твои поддерживает.
- Ты серьезно?
- Еще как серьезно!

                                                   *

Андрей никогда не был в этом баре, слышал о нем от Малиновского, и теперь был доволен, что тот оказался прав.
Приятная музыка, желающие поют, кто-то танцует. Столики отгорожены друг от друга высокими перегородками, мягкий свет настенного бра – все создает уютную обстановку для душевной беседы.
Неожиданно музыка умолкла. Появился ведущий. Его, видимо, хорошо знали и ждали. Раздались приветственные аплодисменты.
- А сейчас гвоздь нашей программы: «Час любви!». Кто желает первым признаться в любви?
Ведущий быстро двигался от столика к столику и, заканчивая свою речь, остановился возле Жданова. Катя замерла в ужасе, а он и не думал смущаться! Переговорил шепотом с ведущим, тот согласно закивал, перелистал свои бумаги и протянул Андрею текст. Включили музыку и Андрей  запел.
У него был необыкновенный голос: даже когда он просто разговаривал, бархатные звуки обволакивали приятной негой, а когда запел… Приятный баритон с хрипотцой, наполненный чувством, буквально покорил зал. А уж Катю… И ведь песню выбрал не абы какую, а ей посвященную. Не отрывая от него влюбленного взгляда, она поднялась из-за стола и как завороженная пошла к нему, своему факиру, и стала подпевать, помогая вести мелодию.

                              …  Кружатся, кружатся, кружатся
                                 Листья над головой,
                                 С кем тебе, милая, дружится,
                                 С кем ходишь ты домой? …

                                …Только обратной дороги нет,
                                И я к тебе приду,
                                Помнишь, как тихо шептала мне -
                                Верю, люблю и жду…
                               
                                …Стынут обиды за прошлое,
                                Сможешь ли ты простить?,
                                Ты расскажи мне, хорошая,
                                Как без тебя мне жить…

                                               … Катя-Катерина, маков цвет,
                                                Без тебя мне сказки в жизни нет,
                                                В омут головою, если не с тобою…

Катя  тоже была в этом баре  первый раз, и не знала правил конкурса. Она никак не предполагала, что ей придется делать ответное признание. К тому же она не умела так легко, как Андрей, общаться с незнакомыми людьми  вообще, с ведущим в частности. Поэтому, когда он объявил, что теперь ее очередь петь, она растерялась, песню подбирать  не было времени, и она остановилась на той, что была хитом сезона и звучала на всех каналах.
Еще вчера эта песня как нельзя лучше отражала ее мысли и чувства. А сегодня… Сегодня Катя выбрала бы что-то более оптимистичное. Но времени не было, зал ждал, и она запела. От волнения голос дрожал, она сбивалась , но вкладывала в слова столько души, собственного чувства, что этим компенсировала вокальные погрешности.

… Собираю наши встречи, наши дни
     Как на нитку - это так долго…
     Я пытаюсь позабыть,
      Но новая попытка, колет иголкой.
      Расставляю все мечты по местам,
      Крепче нервы, меньше веры
      День за днем, да гори оно огнем.
      Только мысли все о нем и о нем,
      О нем и о нем …
                            …. Я к нему поднимусь в небо
                                  Я за ним упаду в пропасть
                                  Я за ним... извини, гордость...
                                  Я за ним одним,
                                  Я к нему одному…

Андрей  мог ей помочь  только своим присутствием, своим участием.  Смотрел на нее глаза в глаза, держал ее своим взглядом, ни на секунду не отпуская  от себя…
И она пела  только ему, ему одному, не зависимо от того, что слушал весь зал. И всему залу понятно было, что на сцене разыгрывается не шоу, а что–то настоящее, важное для этой пары, и так необходимое  и для остальных слушателей.
Их поцелуй после окончания песни был органичным ее завершением и вызвал бурю восторга. Кто-то даже крикнул: «Горько! Еще! Еще!», но они уже покинули заведение, бежали, взявшись за руки, к машине, и только в ее тесном пространстве почувствовали себя защищенными. Перед тем как тронуться, долго и самозабвенно целовались, будто встретились после продолжительной разлуки.

Сначала ехали молча, потом Катя спросила
- Андрей Павлович, а мы едем ко мне домой?
- Нет.
- А куда?
- Мы едем домой ко мне. И, пожалуйста, не называй меня Павловичем, здесь я тебе не начальник. И не забывай – мы пили на брудершафт.
- Хорошо, Андрей Па… просто Андрей… А может, я домой поеду?
- Ты не хочешь быть со мной?
- Хочу, но… я не знаю, вдруг родители приедут… а я… а меня…
- Кать, вот поэтому мы не поедем к тебе, - Жданов сделал вид, что не понял ее основных опасений. – Кать, ведь это наша  последняя ночь. Я больше чем уверен, что Валерий Сергеевич не разрешит тебе жить до свадьбы у меня
- Какой свадьбы? Ты же сказал, что свадьбы не будет?
- С Кирой не будет, а вообще, я не против семейной жизни
Видя ее замешательство, улыбнулся ласково
- Кать… Ну ты что,  не понимаешь что ли?
- Нет. То есть я предполагаю, что ты думаешь, но не могу поверить. Ой, ты меня совсем запутал… Лучше я ничего думать не буду.
- Катюш, послушай, я обязательно сделаю тебе предложение, но не сейчас же, не в машине, а как положено, в соответствующей обстановке: приду к вам домой, с цветами и шампанским, встану на колено, и буду просить твоей руки взамен на мое сердце… Я правильно говорю? В книгах так пишут?
- Зачем ты смеешься?
- Я не смеюсь, Кать. Я не знаю, как это делается по правилам. Я знаю только, что хочу, чтобы мы были вместе, чтобы у нас была семья. Но придется подождать, чтобы утрясти все формальности – официально, я еще жених Киры.
- Ну, что? Ты идешь ко мне, или отвезти тебя домой? – они остановились у его дома
- Не надо отвозить…

%                                    Глава 15 Волшебная ночь

Ночь была волшебная! Андрей не был робким и виноватым, как утром. Теперь Катя смогла почувствовать всю его страсть, любовь и нежность. Заснули под утро, когда в окнах забрезжил рассвет, и проспали почти весь день – успокоенная душа и расслабленное тело восстанавливали силы.
Проснувшись, Катя первым делом глянула на часы, потом на окна и ужаснулась
- Андрей! Уже не утро, уже сумерки!
Он блаженно потянулся, никакого ужаса не увидел, и предложил вполне серьезно
- Кать, а давай вставать не будем? Отдохнем…
- Знаю я твой отдых! Вставай, будем завтракать!
- Завтракать положено в постели! Лежи, я все принесу!
Она и не предполагала, как это приятно, когда тебе приносят завтрак в постель! После кофе и хрустящих тостов он принес целую корзинку мандаринов, припасенных еще к Новому году, и они кормили друг друга дольками, и запивали красным терпким вином, а потом укрывались с головой одеялом и наслаждались этим маленьким мирком. Пока только там им было уютно и спокойно. Там они все знали и понимали о самих себе, и друг о друге. Там не было проблем, а была только радость обладания и наслаждение, и восторг, и то, что не выразить словами…

Жданов оказался прав в своих предположениях – Пушкаревы действительно вернулись и стали звонить Кате на сотовый, недоумевая, где она может быть в выходной день, и ей пришлось сочинять на ходу.
- Пап, у нас в компании возникли проблемы. Андрей Павлович даже из Лондона вернулся раньше срока. Он попросил меня… мы с ним работаем… Я скоро приеду… Он довезет меня до подъезда, не волнуйся!

Жданов довез, и не только до подъезда, а и в гости зашел – Валерий Сергеевич кричал в форточку, чтобы он и не вздумал отказываться – целый день на работе, голодный, поди, как волк, а они гостинцев привезли от родственников – на целую роту хватит!
Родителям Андрей понравился. Обаял он их: Елену Александровну – отменным аппетитом, а Валерия Сергеевича – тем, что охотно слушал его армейские байки. Не выпил, конечно, фирменной наливочки, поскольку за рулем, но слушал внимательно, и смеялся от души – нормальный мужик, хоть и в армии не был.
Отец на Катю мало внимания обращал, радовался мужскому общению, а мать поглядывала на дочку, и заметила ее необычно возбужденное состояние, и вовсе не печальные глаза – не походила она на уставшую и озабоченную неприятностями на работе… То же можно было сказать и о ее начальнике.
«Ну и ладно! Ну и хорошо! - радовалась проницательная мамаша, - пора доченьке свою личную жизнь устраивать, а им с отцом – внуков нянчить».

Прощаясь, Жданов напомнил:
- Катюш, ты не забыла? Мы завтра с утра собирались… в банк. Я заеду за тобой.
- Я буду готова.

                                                 *
Вернувшись домой, он решил отправить родителям письмо по электронной почте. А потом по привычке зашел в  блог. Не ожидал увидеть ничего нового – она же была с ним, захотел перечитать старые записи более внимательно – теперь наверняка удивится, что не узнал в них Катю. Но удивился другому – уже появилась новая запись

Дневник MissMay
Запись .
                    Мои чувства кричат,
                    Словно птицы летят-
                    Так о многом сказать
                    мечтают.
                    Не находят ответ,
                    Не встречают рассвет,
                    И в потёмках без света
                    блуждают...
                    Словно колотый лёд
                    Крылья режет - о,чёрт!.
                    Прерван в пропасть полёт
                    на грани..
                   Взмахом черных  ресниц,
                   Трелью утренних птиц,
                   Яркой вспышкой зарниц
                   бескрайних.

                        Так внезапен вираж,
                        Может это мираж?
                       Или Ангел, мой страж?
                       Не знаю…
                       Только чувствую вновь:
                       Согревается кровь!
                       Я Тебе всё, Любовь,
                       Прощаю…

Комментарий.
Гость: Спасибо тебе, Катенька, за прощение и за  любовь!
MissMay:
Ты здесь?
Гость:
Да.
MissMay
Почему?
Гость:
Хотел прочитать старые записи, почувствовать тебя рядом.
MissMay
А новую ?
Гость:
Стихи замечательные! Ты – замечательная! И ночь была замечательная! Сказочная! В эту ночь я пережил  нечто неведомое мне раньше – я любил женщину. которая безгранично мне доверяет, любит меня искренне и беззаветно… МЕНЯ, просто меня, такого, какой я есть, со всеми моими грехами…И  прощает мне то, что я сам себе простить не могу…
Рядом с тобой я ощущаю себя решительным и сильным! Ты наполняешь меня не только теплом, но и уверенностью в том, что я все смогу: я выведу компанию на новую высоту, а самое главное – я сделаю тебя счастливой! Ты – моя первая любовь! На всю жизнь!  Ведь ты веришь мне…
MissMay
Я тебе верю. Я всегда тебе верила больше, чем кому-либо. И я уже счастлива!
После всех насмешек, обид, я почувствовала себя женщиной…любимой, желанной…
Даже если бы ты не говорил, что любишь меня, я  все равно  чувствовала ее, твою любовь… Твоя нежность, твоя забота, твои ласковые слова… Это такое счастье! Это-любовь! Моя первая любовь! Спасибо, что ты есть в моей жизни!
Гость: Катя…
MissMay
Андрей…
Гость:
До завтра?
MissMay
До утра! Осталось несколько часов…

                                             *
А в это время в Лондоне, Кира зашла в комнату Андрея. Днем она держалась, старалась не подавать виду, а ночью… Ночью было невыносимо: тоска и обида заполняли душу до краев, и нужно было куда-то излить их, чтобы с утра пять начать жить.
А куда же излить? Не Маргарите же. Была бы жива мама… Бедная подушка! Лишь она понимала и принимала в себя ее горе…
В предыдущие ночи она не заходила, не позволяла себе видеть его вещи – боялась саму себя, своих действий. А сегодня зашла, потому что почувствовала в себе силу, и желание уже не разорвать на куски, а просто прикоснуться к тому, что было его частью, вдохнуть  родной запах.
Не включая свет, на ощупь дошла до постели, положила голову на ЕГО подушку, взяла со стула брошенную второпях футболку и прижала ее к лицу. Почувствовала на пальцах влагу – оказывается, она безмолвно плачет, и слезы скатываются с подбородка на прижатую ткань, растворяя в себе признаки его тела…
Ее отвлек посторонний шум. Она включила бра – шум исходил от не выключенного ноутбука. Неосознанно, подчиняясь какому-то внутреннему чувству, щелкнула мышкой.
На экране появилась последняя страничка. Почитала ее, потом отыскала начало дневника и стала читать записи и комментарии.
В отличие от Жданова, она сразу узнала авторов и дневника, и  комментариев…

Так вот кто отнял у нее Андрея! Серая мышь из кладовки, которую она так и не уволила…
Знать бы наперед… Она-то думала, что Пушкарева – прикрытие, а она сама… Сама украла его сердце!
А какие слова он ей пишет! Ей, своей невесте, он не говорил таких слов… Значит, не любил…
Может и к лучшему, что они не поженились?

                                Глава 16 Долгожданный день

Казалось,  не будет конца ожиданию, но он настает, этот долгожданный день.  Завтра свадьба – событие, о котором мечтает каждая девушка, и на которое даже не надеялась Катя Пушкарева.
Она больше не была невзрачной секретаршей. Теперь она помощник президента по экономическим вопросам – звучит солидно! Жданов хотел, чтобы его жена стала финансовым директором, но она категорически отказалась.
- Андрей, на эту должность нужно человека постоянного, а я… через пару месяцев после свадьбы буду беременна. Потом декретный отпуск…

Разговор происходил в доме Пушкаревых, и Елена Александровна, присутствовавшая при нем, только ахнула и закрыла в ужасе рот рукой
- Катенька! Разве можно так говорить! Детей не планируют, они богом даются… В награду или в наказание… как ОН решит, и когда ОН сочтет нужным…
- Мам, что за ерунду ты говоришь. Сейчас не пятнадцатый век, все можно планировать, есть способы…
- Замолчи, Катя! Не гневи… Господи, прости ее, сама не ведает, что творит…
Взяв с полки молитвенник, мать удалилась – замаливать дочкин грех, суть которого та пока не осознала…

Итак, Катя осталась помощником, но сидела уже не в каморке, а в просторном кабинете.
Андрей не допускал мысли, что его жена будет сидеть почти в кладовке, и, в то же время, не хотел отпускать ее от себя. Проблема казалась неразрешимой, но на то и существуют такие люди, как Георгий Юрьевич Урядов. Им очень важно угодить начальству, а уж найти способы для этого они умеют. Поняв мысли и чувства президента, он тут же все организовал: из коморки сделали выход в приемную, ее расширили за счет холла, в результате чего в ней появилось окно. Отличный кабинет получился! Но дверь в президентский кабинет, понимающий жизнь Урядов, велел оставить…
Изменились не только условия работы Катеньки, но и ее внешний вид.
Осуществлять задуманное Жданов начал в первый же день после каникул. Как и обещал накануне, он заехал за Катей рано утром. Ни в какой банк они, естественно, не поехали, а отправились в бутики женской одежды. Катерина пыталась возражать.
- Андрей, ну к чему такая срочность? Я и так нормально выгляжу – очки сменила, брекетов нет. Я даже волосы распустила. Я тебе не нравлюсь?
- Мне ты нравишься любая, но ты же сама хотела нравиться всем
- Когда это было… Поехали на работу! Нас потеряют.
- Не потеряют, мы сейчас предупредим.

- Алло! Мария? Скажи Клочковой, что я буду позже… Нет, Кате передавать не надо, Катя сама будет позже. Мария, ты задаешь лишние вопросы. Если что срочное… Вот и хорошо, что знаешь. Так и действуй.

Они появились после обеда: улыбающийся Жданов и смущающаяся своего нового имиджа, элегантная красавица, в которой женсовет с трудом узнал свою подругу – Катю Пушкареву. Но без всякого труда они поняли, что сменит она не только внешность, но и  фамилию - станет Ждановой.

А на должность финансового директора  Катя убедительно посоветовала Жданову взять Николая Зорькина – если она чудо-экономист, то он - гений в области финансов.
Андрей совет учел, Зорькина на работу принял, и был им весьма доволен. Николай Антонович к деньгам относился трепетно. Своих денег у него много никогда не было, поэтому он всю свою нерастраченную любовь к ним направил на финансы компании. Приумножал их, оберегал от любителей тратить не всегда обоснованно – в первую очередь это относилось к Милко с его неуемными потребностями, но и другим было не так просто убедить его в необходимости тех  или иных затрат. Сам президент побаивался его, и всегда с опаской  ждал,  как оценит Зорькин очередной бизнес-план, хотя они и подружились ради Кати.
Николай в душе не очень доверял Жданову, не верил, что такой ловелас сможет долго хранить верность Катерине, а ее Колька жалел, и готов был отстаивать ее интересы любым способом. Сейчас он ради ее блага приумножает капиталы компании, а если потребуется, то… Обычно его мысль обрывалась на этом месте, и на что он решится, если… И что это за «если» оставалось неясным и ему самому.
Жданов Николаю тоже не совсем доверял, и тоже как мужчине – он в душе все равно ревновал к нему Катю. Соглашался с ней, что Колька просто друг детства, что доверяет ей и ни в чем никогда не подозревает, а в душе ревновал ко всем мужчинам, которые приближались к ней ближе, чем на метр, а уж если разговаривали… А тем более, если она улыбалась им, или того хуже смеялась их шуткам… А с Зорькиным она вообще откровенничала – как тут удержаться от ревности?

                                       *
Когда после Лондона Жданов говорил, что придется немного подождать – вернется Кира, они объявят о разрыве помолвки, заберут заявление из ЗАГСа, и тогда можно официально  говорить уже о их с Катей отношениях, готовить их свадьбу. Думали, на это уйдет месяц-два, но процесс затянулся: еще ведь и работа отнимала много времени. Компанию надо было выводить из кризиса, и делать это не абы как, а хорошо – чтобы оправдать доверие отца и доказать все, а прежде всего самому себе, что он достоин должности президента компании.
Как Жданов и предполагал, Валерий Сергеевич ни о каком совместном проживании слышать не хотел. Более того, он ужесточил контроль за дочерью, требуя поминутного отчета. Им приходилось идти на всяческие ухищрения, чтобы обмануть его бдительность. Ездили вместо обеда к Жданову домой, сбегали раньше времени с вечеринок и презентаций, но все это было не то – наспех, с оглядкой на время, а хотелось никуда не спешить, знать, что впереди целая ночь, и утро тоже принадлежит им, и только им – как хотят, так и распорядятся им. Хотят – встают и завтракают, а не хотят, так и не встают, и занимаются тем, чем их душе угодно.
Елена Александровна – спасибо ей, как могла, помогала влюбленным. То отправит мужа на рыбалку на два дня («…Ой, Валер, так ушицы хочется, из окуньков…»), а сама подругу пойдет навещать, да заночует там…. Бывали случаи, что звонила дочери поздно вечером:
- Катенька, папа с дядей Володей встречался – они служили вместе, ты не помнишь, маленькая была. Он уснул уже. А утром скажу, что ты пораньше ушла… Да не благодари, что я не понимаю что ли… Андрей спасибо говорит? Ну, а он пусть запомнит, потом отблагодарит… Шучу я, дай Бог вам счастья…
Когда вроде все вопросы утрясли, оказалось, что заявление в ЗАГСе принимают на май месяц – тут Катя взбунтовалась: выходить замуж в мае – век маяться… Жданов поднапрягся, задействовал и свои связи, и Малиновского, договорился на конец апреля – а там, оказывается страстная неделя перед пасхой. Теща грозилась лечь на порог, но не допустить такого богохульства. Так и получилось, что свадьба будет завтра, первого июня.

Дневник MissMay
Запись 10.
Завтра самый счастливый день в моей жизни .Происходит то, о чем мне было страшно даже мечтать. Я выхожу замуж за самого любимого, самого красивого, самого близкого человека!.. За самого лучшего на свете! Он тоже очень любит меня, я знаю, я чувствую, что это правда. И сделаю все, чтобы это оставалось правдой еще много-много лет. Всю мою жизнь!!!
Завтра… Утром я еще раз загляну в тебя, мой дневник, и закрою навсегда, потому что у меня будет совсем другая жизнь…

А утром она обнаружила комментарий Андрея.
Комментарий:
Гость:
Катюш, не закрывай дневник! Он помог нам, и может быть поможет еще кому-нибудь.
Мы будем перечитывать его, и вспоминать, как все было… А если вдруг нам придется расставаться на какое-то время - командировки, будь они не ладны!, мы опять будем встречаться здесь. Пусть он будет!

А сегодня у нас особенный день. Сегодня у нас СВАДЬБА!
                       
    Мы этой ночью празднуем любовь,
   Сердца соединяем поцелуем.
   И в круге света лунный вальс танцуем
   Над вереницей звуков, нот и слов.
   
   Мы этой ночью кубок пьем до дна,
   Друг в друге растворяясь без остатка,
   И поцелуй наш будет терпко-сладким
   Букетом вечно юного вина.
   
   Мы этой ночью празднуем мечту.
   Пусть между нами будет только нежность.
   Она наполнит цветом белоснежным
   Изысканных мгновений красоту.
   
   Мы этой ночью будем жить всегда!
   Мы никогда друг друга не забудем.
   И в хороводе повседневных буден
   Мы в нашу нежность обмакнем года.
   
   Мы этой ночью празднуем себя,
   Ломая глупых предрассудков рамки,
   И мы друг в друге будем строить замки
   Простым признаньем "я люблю тебя".

Катя читала и перечитывала стихи – неужели он сам написал? А какая собственно разница… Найти такие, что полностью соответствуют моменту, настрою, может даже труднее, чем самому сочинить. Глаза наполнились слезами от переполнявшей ее благодарности к человеку, ради нее изменившему себя, свои привычки, саму свою жизнь.
Сможет ли она быть достойной заменой? Должна смочь… Иначе зачем все?
Она очень постарается! Она будет ему и женой, и любовницей, и матерью его детей, и верным помощником. Нянькой, кухаркой, сиделкой – кем угодно, но всегда с ним. Только она. Она одна. И никто другой!

0

4

Часть 2. Тревожный месяц «вересень»

Прошло больше года со дня их свадьбы. Первую годовщину, свою «ситцевую свадьбу» они отметили в том же отеле, в котором проходил их медовый месяц. Кате там очень понравилось! Возможно потому, что она очень любит море, а видела его до этого всего два раза: в школьные годы  родители возили ее на море поправлять здоровье. Но все это было в далеком  детстве…

Почему Она выбрала Испанию местом проведения их медового месяца, Катя толком объяснить не могла. Само слово Испания ассоциировалось у нее с романтикой и любовью.
Она любила «Кармен» – и оперу, и балет, она зачитывалась стихами Гарсиа Лорки – там тоже была Кармен, там тоже была любовь, там была Испания…
                         
                      …Танцует в Севилье Кармен
                           У стен, голубых от мела,
                          И жарки зрачки у Кармен,
                         А волосы снежно-белы…

… Я люблю, я люблю, я люблю,
   я люблю тебя там, на луне,
   и с увядшею книгой в окне,
   и в укромном гнезде маргаритки,
   и в том танце, что снится улитке...

Жданов был почти везде, уж в Европейских странах -  точно, и он повез свою ненаглядную Катерину Валерьевну к синему морю, туда, где теплые волны омывают песчаные пляжи, где звучит музыка, и ноги сами просятся в пляс вслед за черноокими, гибкими как лоза, испанками, все как одна похожими на Кармен, а трибуны амфитеатров взрываются от рева быков и зрителей.

Пятизвездочный отель поразил Катерину, но не великолепием убранства, не изысканной кухней – хотя и это все поражало ее , непритязательную к быту. Больше всего ее поразило обслуживание. Войдя в двухкомнатный номер, она ахнула от восторга, но тут же серьезно поинтересовалась:
- Андрюш, а зачем нам две комнаты?
- Ну, как зачем, - решил пошутить Жданов, - в одной будешь жить ты, а в другой…
Катины глаза удивленно посмотрели на него, губы дрогнули …
- Так принято, да? А я не знала…
Видя, что она вот-вот заплачет, Андрей поспешил ее успокоить – он уже не рад был своей шутке.
- Катя, Катенька… Ну почему ты всему веришь? Я пошутил… Шутки у меня такие дурацкие…
Мы будем жить вместе – спать в одной спальне, на одной постели, а  гостиной будем просто отдыхать: пить вино, есть фрукты… Честно говоря, я не знаю, зачем нам вторая комната но так положено… по статусу.
Особенно Катю удивило, что не нужно, заправлять постель, прибирать в комнате. Когда Андрей остановил ее в первое утро, она даже растерялась
- Андрюш…неудобно…
- Кать, если ты будешь делать это сама, ты обидишь горничных – это их работа, а ты хочешь их лишить ее.
Катя подчинилась, но удивляться не переставала: каждый вечер в номере свежие полотенца, шампуни и другая косметика, в гостиной – ваза с фруктами, сухое вино, и тапочки… Ее поражали тапочки, аккуратно поставленные возле постели – с одной стороны женские, с другой – мужские.
Откуда им известно, кто с какой стороны спит? Вечером постель была уже расправлена, уголок одеяла откинут в приглашающем жесте, включен мягкий свет.
-Андрей, а зачем они утром заправляют постель, если вечером опять расправляют? Могли бы с утра приготовить вечерний вариант.
- А если мы днем захотим побыть в номере и пожалуемся?
Здесь люди дорожат своей работой…Посмотри лучше, какой вид из окна.

Да, вид был потрясающий: широкая  песчаная полоса берега, а за ней без конца и края лазурное море и белые яхты, как большие птицы проплывают вдоль горизонта. До моря рукой подать, но если вдруг захочется искупаться немедленно, или море штормит – прямо из номера, с балкона, лестница ведет к бассейну. Андрей плавал в нем по утрам вместо душа. А Катя бассейн не любила, ей главное на берегу, на песочке пожариться, а потом  в воду. Купались они только рано утром и вечером, почти ночью, а весь день посвящали экскурсиям и осмотру достопримечательностей – тоже Катино желание. Без нее Жданов ограничился бы морем и баром, а с ней узнал столько нового и интересного!

Они поселились в маленьком прибрежном городке Пинеда-де-Мар, основанном римлянами в 1 веке нашей эры. Об этом напоминают четыре арки акведука, сохранившиеся до сих пор. Это всего в 57-ми километрах от столицы Каталонии – Барселоны  Курортные городки расположены так близко друг от друга, что гуляя по набережной можно попасть в Калелья или Санта-Сусанна. Но основной интерес представляет, конечно, Барселона. Туда они отправились на другой же день после прибытия.

Экскурсию начали с прогулки по Готическому кварталу. Осмотрели жемчужину старого города – Кафедральный собор, а потом неожиданно оказались на бульваре La Rambla, будто вынырнув на него  с Готического квартала.
На всем протяжении бульвара находятся многочисленные торговые палатки, с экзотическими птицами и цветами, а также "живые" скульптуры, неподвижно стоящие люди, выкрашенные под гипс или бронзу. Вдоль самой оживленной его части расставлены обыкновенные домашние стулья, но посидеть на них можно только за деньги.
Прогулка по La Rambla вывела их к акватории старого порта, перед которой возвышается 60-метровая памятная колонна с Христофором Колумбом, каталонцом по происхождению

На одном из причалов Старого порта стоит здание океанического аквариума, осмотреть который стремятся все туристы. Это  80-метровый стеклянный туннель, проложенный внутри подводного мира. Довольно узкий проход для посетителей,  по обе стороны стены из стекла, а за ними – море, толщи воды и обитатели подводного мира – представители флоры и фауны всех морей и океанов мира. Особый трепет вызывают акулы, гигантские скаты, проплывающие всего в нескольких сантиметрах.  Кажется – протяни руку, и ее тут же откусит хищная пасть.  Красиво до жути, и в тоже время страшно – вдруг стена обрушится,  и ты окажешься под толщей воды, внутри непознанного, загадочного и  враждебного тебе мира.
Катя держала руку Жданова мертвой хваткой, но уходить не хотела – было так интересно!

Барселона славится творениями великого архитектора Антонио Гауди. Среди них выделяется величественный собор Святого Семейства (Sagrada Familia). Собор был  задуман, как гигантская евангельская энциклопедия - собрание сюжетов и образов Нового Завета. Он имеет три фасада - Рождества, Страстей Господних и Воскресение Христова, увенчанных 12 башнями - по числу апостолов. Еще 6 башен возведены над центральным нефом: 4 - в честь евангелистов, одна, посвященная Богородице и самая высокая, 170-метровая - Христу. На внутренних дверях изображены десять заповедей, на капителях колонн - добрые дела, на основаниях - грехи.
Отделке собора архитектор уделял особое внимание. Легенда рассказывает, что, когда Гауди спросили, зачем он так тщательно отделывает башни собора, все равно эту филигранную работу никто не сумеет разглядеть, он серьезно ответил: "А ангелы?"

В парк Гуэль они попали уже изрядно уставшими. Чтобы осмотреть его основательно, нужно потратить целый день, но они все же обрались до верхней галереи - ведь по поверью, если влюбленные поцелуются на верхней галерее, они всегда будут вместе. Разве они могли упустить такую возможность?

А вечером их ждали «Поющие фонтаны» - одно из рукотворных чудес Барселоны
Неподалеку от площади Испании, у подножия Национального дворца – величественного сооружения на горе Монкуик, возвышается большой фонтан. Фонтаны поменьше спускаются по обе стороны широкой аллеи, мимо выставочных павильонов – до самой площади.
Днем здесь спокойно и малолюдно. Единичные туристы фотографируют дворец и спящий до поры фонтан.
Представление начинается в восемь часов вечера. К этому времени сюда стекаются тысячи людей. Хорошо, что Катя уговорила Андрея прийти пораньше – удалось занять хорошие места на дворцовой лестнице, откуда было все видно.
На город  опускается сладкая каталонская ночь. Зажигаются жёлтые фонари и он становится немного таинственным. Вот небо стало пронзительно синим. Вот и солнышка уже не видно. Ещё чуть-чуть, и станет совсем темно, и тогда начнется …

Огромная толпа переминается с ноги на ногу, ожидая обещанное чудо

И вдруг, неожиданно – как к тому ни готовься – мощный поток воды, прямо в небо. И – а-а-ах!!!!» Величественная музыка… И мороз по коже…
Фонтан видоизменяется, меняет окраску. Вот алый столб воды, а вокруг персиковый нимб. А потом – зелёный водяной шар, переходящий в плоские синие струи. И не повторяется ни разу, взмывает, взмывает – в такт мощных аккордов.
Гимн Барселоне сменяет музыка Чайковского. Вальс цветов

Фонтан раскрывает великолепный изумрудный цветок. Секунда, и цветок увядает, гаснет. И на его месте вырастает целый букет. Цвета постоянно меняются. Боже, как это уловить? Как запомнить? Как?!
Огромный водяной бутон взрывается и распадается на множество фрагментов. И снова воссоединяется - сходящимися лепестками волшебного неземного растения. Секунда, всего секунда. И… возникает иная волнующая картина.
Бесконечно прекрасная водная феерия воплощенная в свете и музыке. Рукотворное чудо света.

Единый вздох восхищения. Почти рыдание. Щёлкают фотоаппараты, сверкают вспышки… Люди хотят унести с собой эти неописуемые мгновения, чтобы потом, глядя на них раз за разом вспоминать эту необыкновенную красоту, и то ощущение неземного бытия рядом с любимым человеком под бездонным черно-синим испанским небом…

Испытанные чувства были столь велики, что грудь распирало от скопившихся вздохов восхищения, и лишь долетевшие брызги опадающих фонтанов охладили их, позволили выдохнуть одновременно: «Люблю!»

                               *
Экскурсия в Барселону была не единственным запоминающимся событием. Очень необыкновенным было путешествие на катамаране « Наутилус» с прозрачными стенами трюма. Спустившись туда,  они наблюдали подводный мир: причудливые растения, стайки экзотических рыб и косяки вполне узнаваемых сардин и анчоусов.
Побывали в водном парке Water World, в парке аттракционов «Порт Авентура» - втором, после парижского Диснейленда. Весь парк разделен на зоны, где воссоздана растительность и животный мир определенного уголка земли. Там же выступают национальные ансамбли в красочных одеждах местных (воссозданного места) жителей. Все зоны парка обойти  физически невозможно – они любовались Полинезией.

Катя так живо всем интересовалась, так восторгалась, что он просто не мог лишить ее этого. Случалось, промотавшись с раннего утра до позднего вечера, они, зайдя в номер, валились от усталости и засыпали, едва успев пожелать друг другу спокойной ночи. Сказал бы кто Жданову раньше, что в свой медовый месяц он будет лазить по древним развалинам, а не нежиться в постели с молодой женой…
С ним было как бы две Кати: ночью – нежная жена и страстная любовница, а днем – ребенок. И надо сказать, что роль отца этого ребенка Жданову очень даже была по душе.
Катя не очень уверенно чувствовала себя в воде. С удовольствием резвилась на мелководье у берега (с малышами!), а когда Андрей уводил ее на более глубокое место, она терялась не чувствуя дна, в глазах появлялся страх, и он спешил подхватить ее на руки. Она тут же забывала про свой страх, про то, что до дна не достать – с ним она ничего не боялась!
На прогулках он обычно покупал ей всякие мелочи – все, на чем задерживался ее взгляд.
И тогда она вела себя как избалованное дите – просила мороженое, а когда он приносил ей его, оказывалось, что она хотела не такое, и он снова шел и окупал другое. Ей нравилась эта игра – слишком строгим было ее воспитание. Она недополучила это в детстве и теперь восполняла пробел. Жданов это понимал и не противился.
В один из дней, а правильнее сказать в одну из ночей, в порыве нежности и страсти, он пообещал ей:
- Кать… я для тебя готов сделать все, что пожелаешь… Проси что хочешь…
- Картошки жареной хочу!
- Будет тебе завтра картошка.
- Я сейчас хочу, - она притворно надула губы
Он встал, оделся и вышел, а она испугалась по настоящему: куда он в такое время? И корила  себя, и готова была бежать вслед за ним…
Его не было довольно долго. Наконец, дверь открылась, и официант в высоком белом колпаке – скорее не официант, а повар, вкатил тележку, на которой на огромном блюде красовалась румяная картошка, рядом соленый огурец и рюмка водки.
Видя ее изумление, Жданов пояснил
- У них это называется «водка по-русски»…
Официант-повар ушел, получив щедрые чаевые. Он помахал ей от двери, произнес непонятное «О-ля-ля!» и послал воздушный поцелуй.
Катерина медленно подошла к мужу, положила голову ему на плечо.
- Прости, Андрей… Я, кажется, заигралась. Я больше не буду маленькой капризулей… Никогда не думала, что мне этого захочется.
- Понравилось?
- Ты знаешь – да! Оказывается, это так приятно…
- Тогда будем играть и дальше. Только картошку ночью не проси.
- А как тебе удалось раздобыть ее?
- А это секрет.
- Андрюш! Ну, скажи!
- А что я буду иметь?
- Все, что захочешь!
- Все-все?! Честно?
- Честно-честно!
На следующий день экскурсии отменили – отдыхали, но вовсе не от них…
Вечером, гуляя по городу, набрели на винный погребок, где посетителям давали пробовать вина прямо из бочек, причем посетительницам женского пола, пришедшим с мужчиной, - бесплатно.
Хозяева правильно рассчитали, что мужчина в этом случае выпьет столько, что покроет с лихвой бесплатное угощение.
Хотя Катя и обещала быть в дальнейшем  взрослой дамой, как и подобает жене, Жданов все же повез  ее в Маринеленд, в морской зоопарк. Среди посетителей были только родители с детьми, и он с Катей. Но уже через пару минут после начала представления их пара ничем не отличалась от других. Он и сам впал в детство. Дельфины показывали высший класс, выделывали такое!.. И через горящее кольцо прыгали, и гонялись друг за другом, изображая полицейских и преступников, и прыгали высоко вверх за рыбой, которую им кидала дрессировщица. Она и сама была как дельфин – вместе с ними выполняла все трюки. А потом каталась на их спинах как заправский наездник.

Они почувствовали себя детьми. Было весело и беззаботно.
- Кать, а знаешь, я Зорькину так завидую…
- Раньше ревновал, а теперь еще и завидуешь? Это почему же?
- Ревновал по глупости, а завидую потому, что он знает тебя с детства, а для меня эти годы потеряны безвозвратно. А как было бы хорошо: ходили бы в один садик, в одну школу…
- И никогда бы не влюбились друг в друга! Ты этого хочешь?
- А почему бы не влюбились?
- Но ведь не влюбились мы с Колькой…
- Тогда и завидовать нечему. Пусть он мне завидует!

Последний прощальный вечер провели в старинном замке города Тордера – там был организован рыцарский турнир, а они были его гостями.
В полутемном зале, освещенном только факелами, их рассадили за грубо сколоченные столы,  расположенные амфитеатром  вокруг арены. Еда и напитки в духе четырнадцатого века: каждому подали по целой, запеченной на углях, курице на деревянном подносе, суп в глиняной чашке и серебряный (по виду) кубок вина. И никаких ложек-вилок! Только нож, больше похожий на клинок. Поначалу они растерялись, но потом вполне справились.
Отрезали куски мяса и брали их руками, запивали вином. А суп тоже пили, прямо из чаши.
Хорошо, что у Кати в сумочке нашлись салфетки – было чем руки вытереть.
Пока они трапезничали, на арене шел бой. Рыцари в доспехах и шлемах носились на лошадях с копьями наперевес навстречу своим противникам.
Звон металла, ржание лошадей, гортанные крики, дым от факелов и запах конского пота, гул и рев многотысячной аудитории – да, развлекались наши предки шумно, куда до них нашим самым громким дискотекам…
Всю обратную дорогу Ждановы приходили в себя, а потом еще и на набережной долго сидели – наслаждались ночной прохладой и тишиной. Прощались с морем…
                                                 *
Это было в прошлом году, а в этом смогли вырваться только на три дня – работа!
Поселились в том же отеле, прошлись по особо полюбившимся местам, заглянули в винный погребок «Бодега Рамиро», а потом до полуночи сидели в местном ресторанчике. Служащие ресторана каким-то образом узнали, что у них первая годовщина свадьбы и сделали им подарок – сам шеф-повар принес им необыкновенный десерт: торт-мороженое в виде белого лебедя на озере из взбитых сливок.
- Кать… ты моя царевна-лебедь… лебедушка…

%

                   *
Все это было, но сегодня другая годовщина. Сегодня ровно два года, как она, Катя Пушкарева, а ныне Жданова, пришла работать в компанию Зималетто.
Хорошо, что день воскресный, не нужно идти на работу, иначе женсовет опять устроил бы
«торжественный прием» в честь такого судьбоносного события. В прошлом году они постарались… Жданов полночи развозил их по домам! А Шурочка так крепко уснула на их диване, что разбудить ее не смогли – так и спала до утра. Впрочем, у нее была своя причина не считать бокалы и рюмки – Шурик, красавец-мужчина Шурик, покинул свою тезку Шурочку ради какой-то малявки, а она даже ребенка заиметь не успела. О чем больше всего и печалилась …
                                              *
Сегодняшний завтрак ничем не отличался от других воскресных завтраков.
По воскресеньям, когда не надо никуда торопиться, Катя делала сырники. Андрей их обожал, но в обычные дни по утрам не хватало времени, а в выходные она старалась порадовать его. Завтракали не спеша, с телевизором. Телевизор они смотрели мало, но передачу «Пока все дома» с Тимуром Кизяковым любили и смотрели регулярно. Еще и потому, что ее время совпадало с их завтраком. С любопытством взирали на то, как живут знаменитости, как обставлены их квартиры, что подают гостям к чаю. В то время, когда А.Бахметьев «изобретал колесо», Катя обычно уже мыла посуду, а потом телевизор выключали… Дальше было время жены Кизякова, которая знакомила зрителей с детдомовскими детьми, ждавшими усыновления. Эту часть они не смотрели – во-первых, завтрак заканчивался, а во-вторых, Андрей не хотел лишний раз тревожить Катю.  Она и так очень переживала, что до сих пор нет и намеков на рождение ребенка.
Теперь-то она понимала, почему всполошилась мама, когда она так категорично распланировала свою жизнь до декретного отпуска и после него.
Действительно, «не говори гоп, пока не перепрыгнешь!». Вроде и причин никаких нет: оба молоды, здоровы, оба хотят иметь детей и делают все, чтобы это произошло, но… увы! Не происходит…

Бахметьев уже заканчивал превращение очередной пластиковой бутылки в нечто полезное и нужное, когда раздался телефонный звонок. Катя вышла в коридор и стала говорить с матерью – это она позвонила, а когда вернулась на кухню, все было не так, как должно быть, как было в прежние дни.
В телевизоре надрывалась реклама, Андрей стоял у окна, опершись руками о подоконник, и прислонив лоб к оконному стеклу.
- Андрюш, что случилось? Ты не доел… Творог кисловат? Я заметила… Надо было сахару побольше положить…
- Да нет, Кать, все нормально. Сырники вкусные, спасибо.
- Как же нормально? На тебе лица нет! Может, таблетку дать?
- Давай таблетку. Голова что-то разболелась…
- Так магнитные бури сегодня! Ты давление померяй, и ложись. Никуда сегодня не пойдем!
- А что у нас запланировано было?
- Да ничего особенного – погулять мы хотели в парке, покататься  на речном трамвае, а на ужин мама пригласила. Ты до ужина полежи, а я пока стиркой займусь, белье переглажу…
- Никакой стирки! Планы менять не будем. Мне уже лучше, а на воздухе будет совсем  хорошо.
                                                      *
На следующей неделе у Кати появилась маленькая тайна – она заметила некоторые признаки беременности, позволяющие надеяться на рождение ребенка. Андрею решила пока не говорить – вдруг ее надежды опять напрасны? Вот пройдет еще месяц, сходит  к врачу, и тогда можно будет говорить и уверенностью, а пока лучше помолчать, чтобы не сглазить. А поделиться так хотелось! Но сразу вспоминался первый месяц после свадьбы. Тогда ей тоже показалось… Андрей так радовался, гордый ходил до невозможности
- Я никогда и не сомневался, что у нас сразу будут дети!
Оказалось, что это просто гормональные нарушения, связанные с переменой климата, с перестройкой  организма после замужества. Андрей очень переживал…
Решено! Она скажет через месяц!

Занятая собой, своей тайной и необходимостью ее сохранения, Катя не сразу заметила, что и Андрей что-то скрывает от нее.
Еще в начале месяца она как-то зашла к нему с документами, а его не оказалось в кабинете
- Виктория, а Андрей Павлович где?
- Так он… это… уехал он! Сказал: на пару часов.
Катя удивилась – обычно он говорил ей, куда едет… И запланировано ничего не было…
Тогда она не придала этому значения, но ситуация повторилась еще, и еще раз… А потом он стал уезжать регулярно – в пятницу, в два часа. А к концу рабочего дня возвращался. Катя старалась не подавать виду – он президент, и может не докладывать сотрудникам (а Катя и была сотрудником) когда и куда он отлучается. Она, конечно, не  простой сотрудник, а еще и его жена, и раньше она все знала о его делах и планах. Значит…
Неужели его верности хватило только на год? Неужели завел интрижку на стороне?
Если до этого она мучилась от желания скорее рассказать ему свою тайну, то теперь говорить о ней не хотелось совсем – зачем? Чтобы привязать его ребенком? Это унизительно! На это она не пойдет…
И все же куда он исчезает? Она гнала подозрения. Убеждала себя, что Андрей не может ей изменить… она бы почувствовала… Они же  каждую ночь вместе, и он как всегда воспламеняется от самого незначительного проявления нежности с ее стороны. И сам  он нежен и ласков. И страсть его не уменьшилась.… Ну не может же он так играть? Или он великий актер?
Подозрения усилились, когда на прошлой неделе она обнаружила на заднем сиденье машины пакет, а внутри него – крошки от пирожного. Он сам ей этот пакет дал, когда она решила забежать по пути домой в булочную за хлебом. И еще: утром в бардачке она видела большую шоколадку, подумала, что это ей, а вечером не обнаружила ее… Почему он так неосторожен?

За прошедший месяц она вся извелась. Ей казалось, что все обо  всем знают, и перешептываются за ее спиной, жалеют ее или злорадствуют.

Сегодня опять пятница. Она с утра не находила себе места, не могла сосредоточиться на работе – постоянно смотрела на часы и, по мере того, как время приближалось к часу икс, ее напряжение нарастало.
В половине второго она буквально выскочила из кабинета, чтобы не видеть и не слышать, как Жданов будет уходить. Выскочить-то выскочила, а где скрыться от любопытных глаз? Адрес прежний – Колька. Зашла к нему в кабинет и выдержка покинула ее. Слезы лились градом, она всхлипывала, скулила как побитая собачонка и не могла вымолвить ни слова.
У Зорькина хватило ума закрыть дверь на ключ и уже после этого начать разговор
- Так, Пушкарева! Прекращаем увлажнять помещение и рассказываем четко и внятно. Что произошло?
- Я не знаю… Он уезжает… каждую пятницу… на два-три часа… Еще пирожные… и шоколадка…
- Ты у него спрашивала?
- Нет… Зачем? Раньше он мне  сам говорил… обо всех встречах…Кооооляяя… Он мне изменяет… - и новые безудержные рыдания наполнили кабинет…
- Во сколько, говоришь, он уезжает?
- В двааа…
Зорькин быстро глянул на часы и заторопился.
- Слушай меня, Пушкарева!
- Я Ждановаааа…
- Для меня ты была и останешься навсегда Пушкаревой. Значит так! Мне нужно сейчас уехать. Срочно. Ты в таком виде из кабинета не выходи – пожалуй, я тебя закрою на ключ. Если что  - позвонишь Светлане, у нее есть запасной. Дождешься меня, а потом решим. Все поняла?
- Поняла. Я у тебя на диванчике полежу… устала я…

Зорькин торопился в гараж. Он не думал, что и как он скажет Жданову, главное перехватить его.
Но когда он появился в гараже, ждановская машина уже выруливала со стоянки. Не оставалось ничего другого, как тоже сесть в машину и поехать за ним. Лишь бы только не заметил!
Но Жданов ехал спокойно, не нервничал, не оглядывался, и Николай успокоился. Ехал за ним почти вплотную. Они миновали центр города. На окраине поток машин стал реже. Увеличился риск быть раскрытым, но Николай не отступал. Жданов остановился всего один раз – возле супермаркета. Вышел с пакетом, в котором угадывалась коробка. Почему-то Зорькин сразу подумал о пирожных – или Катькин рассказ был еще в памяти, или голод давал знать о себе. Проехали еще немного, и Жданов остановился возле небольшого здания, возле которого было много детей. Одни входили в него с портфелями и сумками, другие выходили и торопливо пересекали улицу – школа, что ли?
Вывеску прочитать не удавалось – написано мелко, и зрение у него неважное.
Жданов уверенно (сразу видно, что не в первый раз) вошел в здание. И пакет был в руке.
Зорькин заметил, что кроме Жданова, к зданию подходят и другие люди, в основном пожилые, и тоже с пакетами. Одна такая старушка остановилась возле его машины передохнуть. Она тяжело дышала и поминутно вытирала с лица пот.
- Вам помочь? – обратился к ней Николай,  выйдя из машины.
- Нет… я сейчас… передохну… близко уже…
- А куда вы направляетесь?
- К внуку, в детдом. Внучек у меня там, – она показала рукой на здание, - а сегодня пятница, приемный день. Вот я ему и несу гостинец. Можно и в другие дни, но я часто не могу, ноги не ходят… А по пятницам ко всем приходят… почти… ну и я тоже…
Она засеменила к зданию, а Зорькин развернулся и на полной скорости поспешил назад.

Состояние Катерины за время его отсутствия не изменилось. Видно было, что без него она опять плакала.
- Все, Катька! Не реви, нет у твоего Жданова никакой любовницы!
- Откуда ты знаешь?
- Я его выследил – он в детдом ездит. Там по пятницам приемный день, с двух до пяти.
- В детдом?! Ты не ошибся, Коля?
- Нет, не ошибся. По дороге он гостинец купил – похоже, те самые пирожные..
- Господи! Что он там делает?
- Ну… может… усыновить хочет.  Ты же не рожаешь, а он, наверное, детей любит…
- Коля, я рожу… скоро… Только он не знает еще…
- Опять мудришь! И все-то у тебя, Пушкарева, не как у людей! Давай-ка я тебя домой отвезу – негоже жене президента по офису заплаканной ходить.
- Я Андрея подожду…
- А вот этого не надо! Ты, конечно, не Кира, но кто тебя знает… Ты ведь в Кириной ситуации и не была еще – может тоже истерику устроишь. Нет, поедем домой, там и жди его, там и разбирайтесь…
- Я тогда скажу Клочковой…
- Я сам все скажу! Жданову, а не Клочковой. Поехали!

                                               *

Жданов вышел из машины, глянул на часы  - Ого! Задержался он сегодня… И торопливо взбежал по ступенькам. У входа его ждал Малиновский.
- Погоди, Палыч! Переговорить надо…
- Пошли, в кабинете поговорим.
- Да нет, там стены уши имеют. Я специально вышел…
- Говори, что там у тебя случилось?
- Не у меня. У тебя.
- ?
- Признайся, Андрюха, у тебя появилась пассия?
- Ты с ума сошел! С чего ты взял?
- Ладно бы я один… По углам шушукаются – ты же не маскируешься, ездишь регулярно. В одно и тоже время…
- Да у меня совсем другие дела!
- И какие же?
- Долго объяснять…, я потом тебе все расскажу
- А Катя о них знает?
- Нет, не знает…
- И что она должна думать? С твоей-то репутацией…
Жданов смешался, снял очки, стал крутить их за дужку.
- Нехорошо получилось, надо было сразу ей рассказать… А может она и не заметила?
- Заметила, и выводы похоже сделала
- Ты думаешь?
- Видел я, как она к Зорькину в кабинет вбежала – вот-вот слезы брызнут… Кстати, я ее потом не видел больше.
В это время подъехал Зорькин, увидел Жданова и направился к нему.
- Андрей Павлович! Я тут несколько превысил свои полномочия – отпустил Катю домой…
- Что с ней? – встревожился Андрей.
- Это вы с ней сами разбирайтесь! – так и не посмотрев Жданову в глаза, он направился в здание.

                                                         *
В квартире было темно и тихо. Ничто не указывало на присутствие человека.
Не раздеваясь, Андрей прошел в гостиную. В полумраке – шторы со вчерашнего вечера никто не раздвинул, он увидел Катин силуэт. Она сидела в неудобной позе, на краешке стула и держалась за столешницу. Тоже в плаще, только берет держала в руке – он служил ей и носовым платком, и жилеткой, в которую можно поплакать.
Андрей сел рядом, обнял сразу задрожавшие плечи, прижал к себе. Она с готовностью, будто только этого и ждала с того момента, как ее оставил здесь Колька, уткнулась ему в грудь и судорожно вздохнула.
- Катюша… родная моя…
- Почему ты… разве я… мы же… - слезы не давали ей говорить, она судорожно всхлипывала, безуспешно пытаясь подавить рыдания.
- Кать, ты все придумала, неправильно поняла. У меня никого нет кроме тебя! И не нужен мне никто – я тебя люблю. Тебя одну.
- Я знаю. Ты не к женщине, ты в детдом ездил.
Он отстранился и удивленно посмотрел на нее
- Откуда ты знаешь?
- Колька… он проследил за тобой. Я не просила! И он не собирался! Так получилось… Прости его!
- Я сам виноват… Не рассказал вовремя…
- Андрей, ты хочешь усыновить ребенка? Не надеешься, что я смогу родить?
- Кать… Катенька… Ну что ты! У нас обязательно будут дети! Я не сомневаюсь.
- Зачем тогда ты ездил туда? Почему один, без меня?
- Кать, послушай… Это мое прошлое меня догнало…
Помнишь, мы завтракали, и позвонила твоя мама… Ты с ней разговаривала, а в это время по телевизору  показали мальчика из детдома. Он… Кать! Он похож на меня, как две капли воды! Вылитый я в детстве. Я был поражен. Ты же знаешь, какую жизнь я вел до тебя. Хотя детей не допускал, а вдруг, думаю, это мой ребенок?  На следующий день поехал туда, чтобы узнать. Не знаю, случайно это произошло, или сердобольная нянечка постаралась – я у нее спрашивал, как к заведующей пройти, но только когда мы вышли из кабинета, он стоял в коридоре. Подошел ко мне, и сказал: «Папа, ты гостинец принес?» И смотрит… Так смотрит, Кать… У меня в груди защемило.
Его конечно тут же увели. Заведующая пояснила мне, что его никто не навещает – мать погибла, попала под машину, родителей у нее не было,  жила с бабушкой. Она  очень старая, поэтому и сдала  правнука в детдом. Потом и она умерла.
- Ты совсем не помнишь эту женщину?
- Если бы хоть фотография была… А так…
- Ты хочешь усыновить его?
- Не думал об этом… Пока только гостинцы возил. Он шоколад любит и пирожные. Может это и не мой ребенок…
- А как его зовут?
- Андреем, как и меня.
- Наверное, она любила тебя… Поэтому так и назвала. Я бы тоже так сделала… Поедем завтра вместе!  Я хочу познакомиться с ним. Если я ему понравлюсь, мы его возьмем.
- Заведующая говорит, что надо сделать анализ ДНК, тогда будет ясно.
- И что? Если анализ будет отрицательный, он так и останется один-одинешенек? Так нельзя! Жестоко это!  Он же тебе поверил, он надеется…
- А если у нас свои дети появятся? Сможем мы любить одинаково и своих, и его?
- Одинаково и своих не любят. Всех по-разному. Ему сколько лет?
- Три с половиной.
- Значит, будет старшим. Разница в четыре года самая удачная, все так говорят.
- Почему в четыре? Если даже…
- Не если, и не даже, а уже…
- Что… уже, Кать?
Он смотрел так заискивающе, будто умолял не отказывать ему, сказать то, на что он надеется.
Она как-то сразу успокоилась, стала серьезной.
- У нас будет ребенок, Андрюш. Он уже есть, ему восемь недель.
Голос у нее был совсем не похожий на прежний – материнский был голос. И тут же, не давая ему возможности расспросить ее подробно, расцеловать, закружить на руках – она знала, была уверена, что так все и будет, стала деловито обсуждать детали предстоящего усыновления.
- Надо все оформить быстрее, чтобы Андрюшка тоже ждал братика или сестренку вместе с нами – так он быстрее почувствует, что мы единая семья.
  - Кать, скажи, только честно: зачем ТЕБЕ это? Тем более теперь…
Она задумалась на минуту, потом ласково погладила его лицо, убрала упавшие на лоб пряди волос, поцеловала
- Я же знаю тебя. Душа у тебя добрая. Ты всегда остро чувствуешь вину, и переживаешь. Вспомни, как ты прилетел из Лондона, и как долго тебя не покидало чувство вины, хотя я тебя простила сразу. Если мы не возьмем Андрюшку, это чувство будет тревожить тебя всю жизнь, а значит и меня тоже.
- Я восхищаюсь тобой! Таких жен больше нет на свете.
- Не перехвали! Я вовсе не такая хорошая – я целый месяц тебя подозревала, плохо о тебе думала… Прости меня!
- Это ты меня прости! Не думал, что ты поймешь… Пойдем мириться? И ты мне все-все расскажешь… Как он там… Что ты чувствуешь…

Эта ночь была явно не предназначена для сна. Они говорили и говорили: о том, как прожили этот месяц, какие тревоги испытывали, какие сомнения… Оказывается, иногда разговор, возможность раскрыться друг другу, значат не меньше физической близости. Теперь они вместе, а весь месяц, получается, жили отдельно, хотя и в одной постели, хотя и любили друг друга…

Ночь была особенная, и любовь в эту ночь была другая: не страстная, а спокойная и нежная
- Кать…хорошо?
- Хорошо… так бы и лежать до утра… Давай уснем ТАК?
- Давай, если хочешь…
Короткий смешок, поцелуй
- Ты не сможешь… не вытерпишь…
- Для тебя я все смогу…
- Ни к чему такие жертвы… пусть будет как обычно…
И через некоторое время
- Ну, чего же ты? Андрюш?
- Ты же хотела…
- Забудь…я больше…
- Я тоже… сейчас…Катенька моя…

Проснувшись утром и не увидев мужа рядом с собой, Катя пошла искать его по комнатам. Нашла возле монитора.
-  Андрей, у тебя что, работа срочная?  Давай я помогу!
- Нет, это не работа. Я твой дневник читаю – проснулся рано, не спалось.
- Я целый год в него не заглядывала
- А там столько комментариев! Очень интересные, идем, почитаем вместе.

Дневник MissMay

Комментарии:

… MissMay, ты ведь Катя? Я тоже Катя – Кэтрин. Читала твой дневник и плакала… Ты молодец, смогла простить, твоей любви хватило на прощение… А я… У меня была похожая ситуация, но я решила быть гордой и независимой, я даже не выслушала его оправданий .В душе-то я его простила, но было неудобно перед родителями, перед подругами. Да, я стала независимой, успешной и гордой. Только счастливой не смогла стать без него… А жизнь прошла…
… MissMay, привет! Спасибо, что написала такой дневник! Я собралась замуж – я его не люблю, но мама настаивает, говорит, что буду с ним, как за каменной стеной, и я согласилась…
А теперь решила: подожду! Вдруг и в моей жизни будет сказка? Вдруг он придет, мой принц…
… May! Ты классная девчонка! Если бы моя подружка была такой...

… MissMay, ты больше не появляешься в блоге. Боюсь даже спрашивать… У тебя все хорошо? Вы вместе?  Жаль, если разбежались – такая красивая была сказка о любви!  Хотелось верить, что так бывает…

- Надо же… Читают, и даже беспокоятся о нас…
- Ответь им, Кать. Пусть все знают, что так бывает. И любовь – это не сказка, а жизнь, только ее надо распознать, а потом – сберечь. Пиши, Кать, пиши!

Запись 14
MissMay :Мы не разбежались! Мы уже год вместе. И любовь наша не прошла, она стала еще крепче и сильнее. А скоро у нас будет ребенок, и не один, а сразу двое. Я очень счастлива.

Закончив писать, Катя поставила жирную точку. Но потом, подумав секунду, заменила «Я» на «Мы», а точку – на восклицательный знак. И не на  один, а на целых три…

…  Мы очень счастливы!!!

Сегодня первое октября. Сентябрь закончился. Прошел тревожный месяц вересень. Новый день будет счастливым, и все остальные – тоже! Пусть будет так.
Сказка о любви не заканчивается, если в нее верить…

Конец.

0

5

ludakantl, дорогая Людочка!  :flag:  Спасибо за интересный и восхитительный рассказ.  :flag:  Легко читается, т.к. написан от души и с любовью к главным героям Катеньке и Андрею.  :flag:  :flag:  Желаю вам творческих успехов.  :flag:  Пишите по НРК.  :flag:  У вас замечательно получается.  :flag:  :flag:  :flag:

0

6

Спасибо РусаК за теплые слова! Желание писать по НРК все еще не пропало, но... Быт заедает, а писать ночью, как раньше, не позволяет здоровье, увы... Но я надеюсь!

0

7

Людмила, спасибо за трогательную, сказочную историю! У вас получились очень милые Андрюша и Катюша, а уж какая нежность прочувствовалась, когда он назвал её своей лебёдушкой... романтика!
Особенно зацепило, тронуло и ценно отношение к сироте, к маленькому Андрейке, и вообще ситуация с детским домом, до слёз... это такая редкость. Восхитительно, чувственно, ярко и восторженно описаны достопримечательности и красоты Испании.
Браво автор, браво!

http://s0.uploads.ru/t/0eUlD.jpg

Отредактировано Мадам - МАСКА (2016-10-18 04:21:00)

0

8

Мадам Маска! Спасибо, что прочитали. И такой приятный отзыв- повышает настроение!

0

9

Дорогая Людочка!  :flag:  Перечитала ещё раз твой восхитительный, нежный и трогательный рассказ о любви.  :flag:  Восхищаюсь вашим талантом. Пишите рассказы по НРК, у вас они великолепно получаются.  :writing:  :flag: 
Поздравляю вас с Наступившим Новым 2017 годом и прошедшим Рождеством Христовым! http://sd.uploads.ru/t/4lq0B.gif  http://s5.uploads.ru/t/Jxymv.gif
Желаю вам здоровья, счастья, благополучия, удачи и успехов в вашем творчестве.
   http://sf.uploads.ru/t/tLYJ0.gif
                                                                http://s6.uploads.ru/t/zfVTB.gif

Отредактировано РусаК (2017-07-12 00:43:00)

0

10

Спасибо Русак, за поздравление, за чтение, за любовь к моим фанфикам!

0

11

Ещё раз с большим наслаждением перечитала эту историю! Вновь переживала за Катюшу и Андрея, радовалась их примирению. Здорово, что Елена Санна с пониманием отнеслась к тайным встречам влюблённых, после их примирения и всячески им способствовала. Доброе у мамы сердце и она радовалась счастью дочери!

http://sa.uploads.ru/t/VN0sv.png
Спасибо Людмила! Мне нравятся ваши работы, интересные сюжеты, легко читаемые тексты и любимая пара А+К!

Отредактировано Мадам - МАСКА (2017-07-11 23:43:01)

0


Вы здесь » Архив Фан-арта » ludakantl » Если любишь