Архив Фан-арта

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив Фан-арта » jedilady » Звездочка


Звездочка

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Автор: jedilady
Название: Звёздочка

Рейтинг: PG-13

Пейринг: Катя/Миша, Кира/Андрей, Катя/Андрей
Жанр: сказка

Дата: 16.10.2011 – 13.12.2011

От автора: Привет всем!!! Поздравьте аффтора, аффтор заболел ветрянкой. Той самой, которой нормальные люди успевают переболеть в детстве. Теперь у аффтора температура, аффтор постепенно покрывается красными пятнышками, всерьёз задумывается, чтобы красить их не только зелёнкой, но и ещё чем-нибудь (говорят, есть чего-то красного и чего-то синего цвета). Так вот под действием температуры в и без того больную голову аффтора пришла идея. Причём пришла как-то не до конца, забежала и побежала дальше. Но надо же бороться с руками, чтобы они не чесали чего не попадя. Так что принимайте температурное творение аффтора, но сразу предупреждаю, что могу сие творение и не закончить.



* * *

Жила была на небе маленькая Звёздочка. Она была почти невидима с Земли невооружённым глазом. Но даже вооружённые глаза астрономов очень редко смотрели на неё. Она была маленькой, ничем не примечательной. Не было у неё своих планет, и была она похожа на тысячи других таких же звёзд. Даже имени у неё не было. Дали только какой-то номер, занесли в каталоги, на карте звёздного неба отметили, вот и всё. Но Звёздочка не обижалась. За что? Она просто светила по ночам и наблюдала за людьми. Любила с ними разговаривать. Точнее это они разговаривали с ней, смотрели на небо и мечтали, каждый о чём-то о своём, делились с ней, пусть даже и не зная об этом, своими радостями и печалями. 
Были у Звёздочки и любимцы. Те, кто заглядывал к ней часто. Вот одна такая девушка смотрела на неё почти каждый вечер, улыбалась ей, грустила, делилась своими мечтами и надеждами. У этой девушки были очень красивые глаза, только вот в последнее время стали они очень грустные, и мечтать она почему-то перестала, только смотрела и плакала. А Звёздочка никак не могла понять почему. 
А началось всё чуть больше полугода назад. У девушки появились новые мечты, связанные с каким-то темноволосым молодым человеком, но, правда, когда девушка рассказывала о нём Звёздочке, всегда повторяла, что её мечтам, связанным с ним, не суждено сбыться. Но всё же мечта сбылась, и девушка была очень счастлива. Звёздочке удалось однажды рассмотреть этого мужчину, когда он клялся девушке в любви Луной. Что-то показалось Звёздочке в этом странным, непонятным. Но что именно, Звёздочка не знала. Да и откуда ей было знать, ведь про ложь она только слышала от людей, её же саму они никогда не обманывали, не было в этом никакой необходимости. Видела его Звёздочка ещё несколько раз, чаще всего он просто смотрел в небо, не думая ни о чём, иногда был чем-то напуган, иногда раздражён. А однажды… а однажды он думал о ней, о той самой девушке, и мысли его были удивительно светлые, он вспоминал о ней с такой нежностью, что Звёздочка тут же забыла обо всех своих подозрениях относительного этого мужчины. 
А потом в какой-то момент всё закончилось. Тот мужчина больше не появлялся, а девушка всё чаще стала плакать.

1



Она сегодня совершила очередную подлость. И можно сколько угодно раз повторять Кольке, что это правильно, что это было необходимо. Но на самом-то деле всё совсем не так. Она не могла его видеть. Она боялась его увидеть. Она хотела его увидеть. Она мечтала об этом, и за это ненавидела себя. Она смогла его простить? Она совсем в этом не уверена, как и не уверена в том, чего ей больше бы захотелось, увидев его сегодня, залепить ещё одну пощёчину, за то что он наговорил её родителям, или… Ну, почему же несмотря ни на что, она продолжает мечтать о нём? Ведь понимает, что не должна, что он никогда её не любил, и не полюбит, что он будет с Кирой, а всё равно… Ведь насколько бы всё было проще, если бы она смогла его разлюбить. Тогда бы она сегодня не подписала доверенность на Воропаева. Во всяком случае не испугалась бы прийти на Совет, чтобы доказать им всем, что она не преступница, и что их драгоценная компания ей не нужна. Но она не смогла. Из-за него не смогла. Из-за любви своей, глупой и никому не нужной любви. Она ведь, когда с Мишей целовалась, чувствовала себя виноватой. Она на самом деле почувствовала себя виноватой перед Андреем. Что же это если не глупость? В чём она может быть виновата перед ним? Перед тем, кто врал и обманывал, кто её просто использовал? Она должна его ненавидеть, не получается. Она должна его разлюбить, не получается. Подняла глаза к небу. «Зачем мне эта любовь? Как бы я хотела, чтобы её никогда не было!»



2



Он сидел на полу у окна в уже не своём президентском кабинете и смотрел на ночной город. Со стороны, наверное, могло показаться, что он абсолютно спокоен, но это только казалось. В душе бушевала буря. Он ведь простил её, за то что подставила его тогда на Совете, показав всем настоящий отчёт. Он понимал, что это был просто ответный ход. Да, наверное, он был неправ, явившись к её родителям, но как ещё ему было до них достучаться? Его вымотали эти постоянные телефонные разговоры с её матерью, когда она ему откровенно врала, этот вечно ничего якобы незнающий и непонимающий Зорькин, который словно постоянно повторял «Получайте, Андрей Палыч, что заслужили». Он не спорил, он заслужил, но остальные-то при чём? Вот он и пошёл… А ведь помогло, чёрт, как же помогло. Она вернулась уже на следующий день. И что сделала? Нет, он смирился уже с тем, что потерял её навсегда, тут был полностью согласен с НиколЯ, он это заслужил, но отдать президентское кресло Воропаеву? Ведь когда подписывала доверенность на управление НикаМодой, прекрасно понимала, что отдаёт Воропаеву и должность президента. Она не просто его уничтожила, она его ещё и добила. Милая маленькая Катенька! Чёрт дёрнул его в неё влюбиться. Ведь столько вокруг женщин, да даже Кира. Вот не любил бы он Катю, и насколько проще было бы сегодня убедить бывшую невесту проголосовать за него. И тогда даже доверенность Воропаеву… Ну почему? Почему? Да, он знает, что виноват перед ней, но как бы он хотел, чтобы не было в его жизни этой мучительной любви. Посмотрел в ночное небо «Чтобы этого никогда не произошло!»


Звёздочка была удивлена и поражена, услышав от них одновременно такое. Но раз они так хотят, так мечтают об этом оба…

3



– Катька, привет! – ворвался в комнату Зорькин.

Развалился на диване и затараторил о том, как он «совершил» несколько удачных сделок и о том, сколько денег он успел «заработать». На самом деле он ничего не зарабатывал, хоть и совершал. Просто Колька недавно зарегистрировался на сайте, где можно было потренироваться в игре на бирже, и там он вовсю ворочал виртуальными миллионами. Катя считала всё это лишь игрой, но всё-таки слушала его обычно с интересом. Сегодня же она была чем-то сильно занята, потому что на все свои высказывания Колька получал в ответ лишь «да», «ага» и «конечно, Коля».

– Катька, что ты там делаешь? Я тут, между прочим… 

– Коль, не обижайся, я резюме составляю. 

– Очередное… 

– Коля!

– Да, ладно, я молчу. И куда на сей раз? 

– В ЗимаЛетто. 

– Они что занимаются погодными катаклизмами?

– Нет. Это компания по производству модной одежды.

– А… А ты при чём?

– Коля! 

– Ну что Коля? Я просто хочу понять, где связь между тобой и модной одеждой? 

– Экономисты нужны везде. 

– Это понятно, но… 

– Катюх, подойди к телефону! – раздался на всю квартиру громкий голос Валерия Сергеевича, а когда Пушкарёва вышла в коридор, то добавил уже шёпотом: – Сказал Вячеслав Семенович. Это ж с твоей бывшей работы?

Катя неуверенно кивнула. Хотя если честно была удивлена: что могло от неё понадобиться её бывшему начальнику? Но всё оказалось даже лучше, чем Катя могла себе представить. В банке создавался новый отдел, и ей предлагали там место. И не просто, а с перспективами, всё, как она когда-то мечтала. 

– Колька! Ты представляешь? 

– Представляю, – кивнул Николай, поглядывая на незаконченное Катино резюме, – Пушкарёва, а ты не будешь против, если я его возьму?

– Что возьмёшь? 

– Ну, резюме твоё. Тебе же оно больше не нужно. А я там подправлю кое-что, ну и фотографию поменяю. 

– Менять не надо.

– В смысле? 

– Я подумала, что может без фотографии шансов больше будет...

– Ну, так тем более, даже фотографироваться не придётся. Так ты не против? 

– Нет, конечно, Коль. Не против. Бери.

4

Через несколько дней в Катину комнату ворвался Зорькин. Причём ворвался он стремительно не только в комнату, но и в квартиру Пушкарёвых, забыв при этом привычно заглянуть сначала на кухню. 

– Пушкарёва, ты куда меня отправила?! 

– Коля, что ты так кричишь? Будешь так орать, Марь Иванна снизу прибежит! 

– Не прибежит, она ж плохо слышит. 

– А будешь ТАК кричать, услышит. Так что у тебя случилось?

– Что у меня случилось? Ты меня куда отправила?

– Насколько я помню, никуда я тебя не отправляла. 

– А с резюме этим, с ЗимаЛеттом?

– Во-первых, я не отправляла, ты сам его у меня взял и с ним пошёл. А что случилось в ЗимаЛетто? 

– Им нужен секретарь! Понимаешь? Секретарь! 

– И? 

– Что «и»? Как ты меня в этой роли представляешь? 

– Ну знаешь, что… Между прочим это модно. В европейских фирмах там часто… Да, и вообще Коля я не знала, что им был нужен именно секретарь. В объявлении, по этому поводу ничего не было написано. Так что… И не надо на меня обижаться, я тут не при чём. 

– Да, я и не обижаюсь, просто… Хотя, Катька, там была такая девушка! 

– Коля, прошу тебя без подробностей. 

– Кать! Не женщина! Мечта! 

– Что, лучше Бритни Спирс? 

– Гораздо! 

– Что ж, Коль, сочувствую. 

– Чему? 

– Из вас двоих возьмут скорее её, чем тебя. 

– Ну, спасибо тебе, Пушкарёва! Умеешь ты поддержать в трудную минуту! 

– Коленька, тебя к телефону, – заглянула в комнату Елена Александровна. 

– Мам, Колю? 

– Да. Спросили Николая Антоновича. Звонят из какой-то Зимолеты. 

– Коль, ты там что, мой номер оставил? – возмутилась Катерина. 

– Катька, не шуми. 

Разговаривал Коля недолго, вернулся в комнату меньше чем через минуту.

– Завтра в одиннадцать! Они меня ждут! – светился от радости Зорькин.

5



– Андрюх, поздравляю! Предстоящая женитьба лишила-таки тебя рассудка.

– Спасибо, Ромка. Спасибо! А с чего такие выводы?

– Как с чего? Ты взял себе в секретари парня! А между тем это… Жданов, секретарь это… Понимаешь, в ней всё должно быть прекрасно. – Ромка даже с кресла встал чтобы наглядно показать что именно, где и как должно быть у идеального секретаря. 

– Ром, такая у меня тоже будет. Спасибо Кире. А паренёк для работы нужен. Главное, чтоб он справился.

– Так у тебя теперь что секретарь и секретарша?

– Да, – усмехнулся Жданов. 

– А Кира уже знает? 

– Пока нет.

– Она будет в бешенстве! 

Андрей в ответ лишь улыбнулся и пожал плечами.

– Ладно, Жданов, раз ты лишил меня права выбора, придётся знакомиться поближе с Викторией. 

– Права выбора? 

– Ну, конечно! Взял бы вторую красавицу и у меня бы был выбор: кто будет первой, кто второй.

6



Право выбора у акционеров компании никто отобрать не мог. И они свой выбор сделали. Всё было так, как и должно было быть: Кира проголосовала за Андрея, чем и решила судьбу компании – кому достанется президентское кресло. Проголосовала, несмотря на то, что за пару дней до этого практически застала его на месте преступления. В ЗимаЛетто заявилась Наталья Ларина – любовница Андрея, но Жданову повезло, он смог убедить свою невесту, что она действительно бывшая любовница, а приходила, потому что ей очень уж нужна работа. 
Но праздновать победу Андрею пришлось недолго, выяснилось, что в его бизнес-плане, есть просчёты. В результате была бессонная ночь у Коли и Кати, когда они вместе пытались найти ошибку в этом самом плане. Не могла же Катя бросить друга в беде, вот и сидела вместе с ним, несмотря на то что на следующий день ей надо было идти на новую работу. Ошибку они нашли, и Колька представил новый бизнес-план Жданову с Малиновским. Конечно, он их предупредил о возможных последствиях, но особого выбора у Колькиного начальства не было и им пришлось пойти на риск. 
«Кто не рискует, тот не пьёт шампанское». Так то оно так, но только не каждый риск приводит к победе. Вот и Жданову не повезло – коллекция провалилась. 

– Андрюх, не глупи. Да, положение, конечно, незавидное, но… 

– Ром, если всё рухнет окончательно, это будет единственный шанс спасти ЗимаЛетто. 

– И кто встанет во главу этой фирмы?

– Ни ты, ни я не можем, значит остаётся Зорькин. 

– Кто? Жданов, ты рехнулся?!

– Послушай, я ему доверяю… 

– Настолько?

– Он мне рассказал про взятку, которую ему предлагали IT-Коллекшн. А мог бы спокойно взять и… 

– Да. Но сколько ему предлагали тогда, и сколько будет здесь. 

– У тебя есть кандидатура получше? 

– Нет, но… 

– Значит, решено.

Конечно, Коля понимал, что узнай кто-нибудь из акционеров об их афере с подставной фирмой, его по головке не погладят, да и корректировка (подделка) отчётов для Совета Директоров, тоже, мягко говоря, не совсем законна, но работа ему уж очень была нужна, да, и что греха таить, очень нравилась. Особенно Зорькину нравилась Виктория. Он был в неё влюблён и строил планы по её завоеванию, причем то, что её уже успел завоевать Малиновский, Колю абсолютно не смущало, как не смущало и то, что Викуси от мужчин требовались деньги и только деньги. Когда Зорькину в IT-Коллекшн предложили комиссионные, он на секунду задумался именно из-за Вики, но потом тут же понял, что её такие мелочи не устроят. Ей надо что-то большее. А вот владелец собственной преуспевающей компании вполне может подойти. И в этом смысле предложение Жданова с Малиновским были для Коли идеальным. После того как ЗимаЛетто расплатится с долгами и необходимость в НикаМоде для ЗимаЛетто пропадёт, он оставит её себе и вот тогда он развернётся, вот тогда он сможет заработать столько, что… 
Но с воплощением своих грандиозных планов в жизнь Коли пришлось повременить. Проблемы у ЗимаЛетто не заканчивались, старые не решались, зато успешно появлялись новые. Ткани, купленные на только что с огромным трудом взятый кредит, были задержаны таможней, из-за того, что были ввезены нелегально. Теперь у компании не оказалось ни тканей, ни денег, чтобы купить новые. 

– Кать, я тебя прошу. 

– Коля, я же сказала «нет».

– Кать, это очень для нас важно. Мы без этого кредита…

– А отдавать вы этот кредит чем будете? Ты же сам сказал, что у компании куча долгов. 

– Да. Но новая коллекция, она всё покроет. И мы сможем…

– А если нет… Коль, если нет? Кроме того для получения кредита банк в любом случае запросит информацию о финансовом состоянии ЗимаЛетто и убедится, что фирма практически банкрот… 

– А мы возьмём кредит не на ЗимаЛетто. 

– Как это ни на ЗимаЛетто? Коля ты сейчас о чём? 

– Кать, ты только не волнуйся, хорошо? Есть ещё одна фирма НикаМода. Знаешь, Богиня была такая Ника – победа и Виктория тоже…

– Коль, про богинь мне не интересно… А вот во что ты ввязался?

– Да ни во что! Мы возьмём кредит на НикаМоду, а потом… 

– А потом вас троих посадят и меня заодно. 

– Пушкарёва, ну почему ты такая пессимистка! Никто никого никуда не посадит. Тем более тебя. Я же не прошу тебя отдать деньги неизвестно кому, чтоб потом этот неизвестно кто с ними сбежал. Я тебе обещаю, мы расплатимся по кредиту. 

– Коль, ты же понимаешь, я такие вопросы не решаю, да, даже если бы и решала… 

– Я знаю, Кать, я знаю. Просто поговори с Вячеслав Семеновичем. НикаМода – фирма, созданная несколько месяцев назад, и просто так ей получить кредит будет сложно. Кать, ну ты же… Просто попробуй. Большего я от тебя не прошу. Только попробуй. 

– Хорошо. 

– Спасибо, – выдохнул с облегчением Зорькин. 

Он очень рассчитывал на Катину помощь, потому что надеяться им по большому счету было уже не на что. 

– А как твои дела? Что у тебя новенького? А то я со всеми этими делами и… 

– Просто тебе, Зорькин, в последнее время не до меня. Ты к нам если и заходишь, то только на кухню. 

– Кать… 

Катя на Кольку на самом деле не сердилась, всё понимала, конечно, новая работа. Сама была вся в работе и не только. Она недавно познакомилась с удивительной женщиной – Юлианой Виноградовой, она была клиенткой их банка, и Катя помогала ей в проведении нескольких операций, они как-то сразу нашли общий язык и за довольно короткое время успели подружиться. Юлиана была деятельной, не любила сидеть на месте, и у неё в голове всегда была куча разных идей. Так вот одной из новых её идей стало преображение Кати. Точнее, она предложила Пушкарёвой попробовать поменять стиль. Ничего кардинального, ничего сверхъестественного – просто попробовать, понравится – хорошо, нет, так нет. И Катя согласилась. Она давно хотела поделиться этими новостями с Колькой, а ему как назло вечно было не до неё, так что если Катя на него и злилась, то только чуть-чуть. Но сейчас она ему всё расскажет, а завтра… А завтра она так и быть поговорит с Вячеславом Семеновичем. Конечно, она не знает ни этого Жданова, ни Малиновского, но Зорькину она верит, и если Коля говорит, что они кредит вернут, значит вернут.

7



– Андрюх, ты где?

– В машине. 

– Какая точность! Тут Кира тебя уже обыскалась. 

– А ты что ей помочь решил? 

– Я не ей, я себе. Вы с Зорькиным в банк съездили? 

– Вот я как раз его и жду.

– В смысле, он, что вошёл в банк и не вернулся? Так он может его ограбить решил? Понял, что по-хорошему они нам деньги не дадут… 

– Не знаю. 

– Так пойди, узнай, помоги если что… 

– Посмотрим…

Смотрел Жданов на двери банка уже полчаса, как за ними скрылся его личный помощник. Зорькин, действительно, возвращаться не спешил, а вот хорошо это или плохо? Андрей тяжело вздохнул и посмотрел на часы, тридцать одна минута. Снова поднял глаза. По ступенька поднималась девушка в коричневом пальто и в сереньком берете. Андрею почему-то очень захотелось, чтобы она обернулась, и он смог увидеть её лицо, но девушка уверенной походкой вошла в банк. А ещё через несколько минут вернулся Зорькин с хорошими, да что там, прекрасными новостями: им дали кредит! 
Но фактически на этом хорошие новости и закончились. Проблем было выше крыши, и их как-то надо было решать. И помощи ждать неоткуда. Нет, есть, конечно Малиновский, этот точно никогда не бросит, но… Но не умеет он серьёзно к проблемам относиться. Может это и хорошо, конечно, только вот... Зорькин. Зорькин, конечно, молодец. Без него им бы совсем туго пришлось, да, что там совсем. Его бы уже давно с поста президента сняли, если бы не Николай, который так замечательно умеет обращаться с цифрами. Но всё же… Да, он с ними в одной лодке, и Андрей ему доверяет, но… Хочется чьего-то участия что ли, поддержки. Просто чтобы кто-нибудь сказал «всё будет хорошо». А вместо этого получает только фурию Киру, которая в очередной раз подозревает его в изменах. Ну, да, было один раз с Изотовой. Но это ж так несерьёзно. Остался с ней в кабинете, выгнал Зорькина с работы пораньше, и на целый вечер забыл о делах и проблемах, расслабился. И почему с Кирой так не получается? Почему она считает своим долгом ездить ему по мозгам? Почему считает своим долгом, вместо помощи ему в решении проблем, добавить ему ещё десяток новых. Да, и Изотова главное чтоб теперь ничего не выкинула. 



8



– Слушай, Андрюх, ты видел, как твой секретарь на твою секретаршу смотрит?

– Ромка, ты не поверишь, но у меня есть дела поважнее. У нас показ на днях, если ты забыл.

– Андрюх, да у него же слюнки текут. Я просто ни разу не замечал. А сейчас… 

– Ты ревнуешь?

– Нет, Жданов, я, между прочим, о нас с тобой думаю. Благодаря тебе у нашего Коленьки есть все возможности заполучить Вику. А у Викуси есть способности спустить любую сумму денег в рекордно короткие сроки. 

– И что ты предлагаешь? 

– Может, я за ним присмотрю? Ну, смотри. Он парень молодой, зелёный. Такой девушке, как Вика, ничего не стоит задурить ему голову. А уж если он не дай Бог проболтается, что он теперь мужчина состоятельный… Так вот я и возьмусь за его обучение. 

– Обучение? 

– Обучение, – кивнул Ромка.

– Ну, учи, учи. Только, пожалуйста, так чтобы он после твоих уроков был в состоянии заниматься финансами фирмы. И со знакомствами там поосторожнее, а то среди твоих знакомых есть такие, по сравнению с которыми наша Вика покажется сестрой милосердия. 

– Не боись, Жданов! Всё сделаю в лучшем виде! 

– Мать родная не узнает? 

– Что ж ты злой такой? 


9

За последующие несколько месяцев в жизни Кати происходило много чего. В умелых руках Юлианы она постепенно из гадкого утёнка превратилась, может, и не в прекрасного лебедя, но смотрела на себя в зеркало теперь практически всегда с удовольствием. Кроме того Юлиана таскала её на всевозможные мероприятия. Хотя, точнее, пыталась затащить, удавалось ей это редко, потому что, как ни крути, но работа в банке не способствует наличию свободного времени. Тем не менее Катя побывала на некоторых мероприятиях, в частности, на показе ювелирной коллекции «Анастасия», куда ходила с Зорькиным. Колька исчез на несколько минут, она всё оглядывала зал, пытаясь его найти, а потом заметила, что он разговаривает с каким-то мужчиной. Тот стоял к Кате спиной, и так и не обернулся, а Колька, поговорив с ним, вернулся к Катерине. 

– Кто это был? 

– Жданов. 

Тут к ним подошла Юлиана: 

– Ну, что, Катюш, не жалеешь, что пришла?

– Нет, что Вы, – ответила Пушкарёва, сама не зная, зачем выискивая Жданова, почему-то так хотелось посмотреть на этого Колькиного начальника, о котором она знала только из рассказов друга.

– А я хотела вас кое с кем познакомить. Михаил Борщёв – мой новый проект.

10



Миша оказался очень милым молодым человеком. Он занимался ресторанным бизнесом. Собирался открывать свой ресторан в Москве, и Катя согласилась по мере сил и возможностей помогать ему и Юлиане. То, что она ему понравилась, Катя поняла почти сразу. Миша был галантен, вежлив, дарил цветы. В общем, чуть ли ни впервые в жизни у Кати появился молодой человек, который за ней по-настоящему ухаживал. Конечно, его внимание ей было очень приятно, но было что-то не так, и не в самом Мише, а в Кате. Просто, наверно, это был не её человек. Она видела в нём друга и только. Юлиана, с которой она поделилась своими переживаниями, предложила не спешить с выводами, а вместе съездить в Египет. Мише необходимо развивать связи в деловом мире, а Юлиане пригодится Катина помощь в организации конкурса красоты. Пушкарёва согласилась, взяла в банке отпуск и вперёд в солнечный Египет. 
Но поездка ничего не изменила, только ещё больше убедила Катю в истинном отношении к Мише. Он её поцеловал. А она ничего не почувствовала, ну вот совсем ничего. Сердечко ни ёкнуло, как вроде должно. А может и не должно? Может такое только в книжках и фильмах бывает? А на самом деле и нет такого. Ураган чувств, буря эмоций. Всё это лишь красивые слова и не более того? Ведь не может она сказать, чем Миша её не устраивает, что ей в нём не нравится. Так может так и должно быть? Надёжный парень, да, и замуж ведь не зовёт, пока. 



11



Все страхи Андрея Жданова закончились в один миг. Он так боялся этого Совета Директоров, что измучил перед ним и Зорькина и Малиновского. Кончилось тем, что Ромка попросил оставить Николая в покое, иначе тот точно не успеет сделать отчёт. Отчёт. Последний фальшивый отчёт. Андрей очень надеялся на то, что он действительно станет последним поддельным. А он и стал последним, причём не только поддельным, а вообще последним отчётом, который Андрей представлял акционерам. Хотя и этот Сашка представить ему не дал. Сразу заявил, что предпочитает читать сказки на ночь, а не на собраниях такого уровня, и выложил документы, подтверждающие, что ЗимаЛетто находится в залоге у НикаМоды, то есть, у Зорькина. 
Они не успели собраться, им бы подготовиться заранее, но кто ж знал. Эти заявления Воропаева как гром среди ясного неба. Конечно, Андрей пытался оправдываться, конечно, что-то пытался сказать Роман, и даже Зорькин пару раз порывался… Но только Павла Олеговича их объяснения уже не интересовали. Таким разгневанным он не видел отца, наверное, ни разу. Он не обижался, понимал, что так, наверно, и должно быть, но всё же хотелось, чтобы ему дали хоть слово сказать, объяснить, что у них есть антикризисный план, что план работает, что надо просто подождать. Отец был немногословен, слушать ничего не пожелал. Зато Кира кричала так, что её слышала, наверное, вся Москва, ну полстолицы точно. И про то, что он её обманул, и про то, что должен был ей обо всём рассказать. За последующие несколько дней он много раз пытался достучаться до отца. Безрезультатно. 
Две недели потребовалось Павлу Олеговичу, чтобы обсудить со специалистами сложившуюся ситуацию. Эксперты пришли к следующему заключению – судебные разбирательства НикаМоды против ЗимаЛетто надо продолжать и, по возможности, затягивать. Антикризисную программу Андрея Жданов-старший рассматривать не пожелал, вынес вопрос на голосование на Совете Директоров. Всё снова зависело от голоса Киры. И разобиженная невеста (потому что за это время Андрей был занят делами фирмы и никак не хотел просить у неё прощения, если честно, плохо представляя за что именно), проголосовала за своего брата, и президентом стал Александр Воропаев.

12



Она проснулась рано утром. За окном всё ещё было темно. Несколько минут лежала в постели, пытаясь понять, кто она и где находится. Это был сон? Всего лишь сон? Так странным образом похожий на правду? Её работа в банке. Коля вместо неё в каморке. Миша. И там в её сне не было Андрея. А разве не об этом она мечтала вчера вечером? И во сне его не было. Она с ним не была знакома. Ни разу его не видела. Он ни разу не посмотрел на неё, ни разу не улыбнулся, не было абсолютно ничего. Нет, она так не хочет. Она действительно этого не хочет, она рада, что… Что всё это у неё случилось однажды. Что он был в её жизни. Да, там было много плохого, но и хорошее ведь тоже было. И пусть в их истории была ложь, но эта история была. И сердце у неё на самом деле замирало, и счастлива она на самом деле была. Была счастлива с ним. Она рядом с ним узнала, что это такое чувствовать себя любимой, чувствовать его тепло, его силу, его нежность. Он был с ней. Да, врал, но он был. И она рада этому, она действительно этому рада. А его ложь. Ну, так ведь она ему отомстила по полной программе и даже больше, чем была должна. Сейчас снова вспомнилось, как он переживал, как мучился из-за ситуации в компании, как хотел всё исправить. И она, она ведь лишила его этого шанса. Шанса хоть как-то влиять на дела в фирме. Не должна она была вчера подписывать доверенность на имя Александра. Не должна. Не хотела видеть Андрея? Могла подписать на имя Пал Олегыча, ну уж точно не на Воропаева. Не хотела ему мстить, а так получилось, что снова отомстила.

13

Сначала удивился, что проснулся дома. Когда и как успел добраться? Потом вспомнилось долгое путешествие по ночному городу и попытки «подработать» таксистом. Приехал домой, лёг и заснул, стараясь не думать о ней. Вот ему и приснилась жизнь без неё. Хотя даже там она мелькала где-то на периферии, «по краюшку его судьбы». Даже там помогала ему в получении кредита, а он всё пытался её увидеть и не мог. Неужели он, действительно, этого хотел ещё вчера? Не видеть её никогда, не услышать её «Андрей Палыч», не почувствовать прикосновения её рук, её присутствие. Просто её присутствие в его жизни, в соседнем кабинете, в этом городе, на этой планете. Насколько все проблемы казались меньше просто от того, что она есть. Просто от того, что она рядом. Он безумно счастлив, что она на самом деле существует, и он может её увидеть, на самом деле может. В любой момент, когда захочет. За что он там на неё обижался, злился? Что она отчёт реальный предоставила, ну так Воропаев ведь уже и так всё знал. Вчера доверенность на его имя подписала… Но ведь право имеет. Он ей сам доверил когда-то распоряжаться фирмой. И уж если его отец считает, что Александр справится лучше, то почему так не может думать Катя? А он идиот! Она уже два дня в Москве, а он до сих пор её не увидел, до сих прощения у неё не попросил. Чтобы она не натворила, он виноват перед ней гораздо больше. Что он там себе в оправдание в очередной раз придумал? Киру расстраивать не хотел? А вот его невестушка над его чувствами ни на секунду не задумалась, когда вчера за братца своего проголосовала. А ведь дело было не в Кире, правда, Жданов? А в тебе самом. Ты боишься, ты просто боишься взглянуть Кате в глаза, потому что за все эти недели без неё, так и не смог придумать себе ни одного оправдания. Ну, так можешь и дальше продолжать бояться, и этот жуткий сон станет твоей реальностью. Ты один и Катя где-то там, а её даже увидеть нельзя. Пока ещё можно. Так чего ты ждёшь?

14



– Здравствуйте Катя! Вас подвести? 

Вчера Воропаев, сегодня он. Конечно, о доверенности поговорить хочет. Но как же хорошо, что он здесь.

– Андрей Палыч! Доброе утро! 

«Палыч»? Чёрт, как же хорошо от этого твоего «Палыч». На большее, к сожалению, рассчитывать не приходится. Но всё же, как это здорово убедиться в том, что ты существуешь, а ночью был всего лишь сон, только сон.

– Мне… Нам надо поговорить, Катя. Но если Вы спешите, я могу Вас подвести. 

– Спасибо.

Значит, поговорить. Прям как в старые добрые времена, снова его машина и они едут куда-то. Хотя с ним она готова ехать куда угодно. Похоже, действительно, смогла его простить, за всё простить.

– …Так значит, Вы теперь у Юлианы работаете? 

– Да, у неё. 

– И уезжали из Москвы с ней?

– Да. Мы в Египте были. Занимались организацией конкурса…

Можно долго разговаривать на отвлечённые темы, но только ты же не за этим пришёл, правда, Жданов? Вот они уже и до офиса Виноградовой доехали. 

– Андрей Палыч, по поводу доверенности…

– Я не хочу об этом говорить, Катя. Вы сделали то, что посчитали нужным. Время покажет. В конце концов, Сашка, действительно более опытный руководитель, чем я… 

– Андрей Палыч… 

– Я не об этом хотел поговорить. Я ждал тебя всё это время. Очень ждал, чтобы у тебя… Прости меня!

– Андрей… 

– Подожди. Я знаю, ты мне не веришь, и не поверишь, наверное, но я… Я, правда, тебя люблю. Влюбился, представляешь, впервые в жизни влюбился в девушку, и при этом умудрился натворить такого, что она мне теперь никогда не поверит. Ведь не поверишь? 

– Андрей…

– Не поверишь. Но ты знаешь, это неважно. Правда, неважно. Важно то, что я тебя люблю. И не отступлюсь от тебя. Мне сегодня сон приснился, Кать. В том сне, там тебя не было… 

Она удивлённо взглянула на него: 

– Что?

– Не было тебя. И я… Я так не хочу, Кать. И как бы то ни было, но я очень рад, что всё случилось так, как случилось. Я хочу, чтобы ты это знала. 

– Мне тоже приснился такой сон.

– Правда? 

– И я тоже. Я… Несмотря ни на что… Но… 

– Я знаю. Поверить ты мне пока не можешь, да, Катюш? Но я сделаю всё, чтобы ты мне поверила. Я обещаю. 

– А доверенность… 

– Чёрт с ней. Не хочу о ней говорить. 

Она сидит слишком близко, её губы слишком… 

– Я люблю тебя, – ну не может он сдержаться, а кто бы на его месте смог?

Она продержалась целых пять секунд, а дальше? Она и так слишком долго жила без него. А когда он так целует… 



***

Жила была на небе маленькая Звёздочка. Она была маленькой и совсем даже не падающей, она была не властна над пространством и временем. А уж над человеческими душами и чувствами тем более. Но, кажется, этим двоим она помогла. А Вы как думаете?

0

2

«Спасибо за написанное, но, jedilady, может, еще и альтернативку, а? Ну, будто бы это был не сон, а самая реальная реальность». (Синара)
И так альтернатива, так альтернатива. Кто не хочет, может дальше не читать. Кто прочтёт и поймёт, что аффтора понесло не в ту степь, аффтору скажите, пожалуйста. 
Ну, что допустим, что всё-таки всё было не во сне…

12



Главной мечтой в жизни Коли была Вика. И Коленька чувствовал себя уже практически в полушаге от победы. А всё благодаря Жданову и Малиновскому, причём последнему в большей степени. Неизвестно из каких соображений, но великий плейбой всея ЗимаЛетто и её многочисленных окрестностей, взял Коленьку под своё крыло. И Коля расцвёл. Ромка заставил его сменить гардероб, научил общаться с барышнями, и придирчиво наблюдал за своим учеником, дабы ученик не наделал каких-нибудь глупостей. Конечно, Колю такая чрезмерная забота и внимание несколько напрягали, с другой стороны он прекрасно понимал, что опыта у Романа Дмитрича гораздо больше, чем у него самого, и пренебрегать этим самым опытом не стоит. 
От счастливого момента покорения Викиного сердца Колю отделял один Совет Директоров и ещё пара тройка месяцев напряжённой работы, максимум полгода, именно таков был срок выхода компании ЗимаЛетто из кризиса. А потом… Коленька будет владельцем НикаМоды, набравшимся опыта прожжённым мачо, и Викуся не сможет устоять. Коля был в этом уверен. 
Все мечты Зорькина разбились в один момент, на том самом Совете Директоров. Его такой тщательно нарисованный отчёт, на который Коля потратил целую кучу времени, старательно приводя цифры в соответствие с желаниями и пожеланиями Жданова, никто даже смотреть не стал. А Павел Олегович... А Павел Олегович обвинил Колю в попытке присвоить себе фирму и стал грозить судом. Заступничество Андрея Павловича на главного акционера особого впечатления не произвело. И всё же Жданову-младшему удалось убедить отца, что работать с банками со стороны НикаМоды должен продолжать Зорькин, только пожалуй это и помогло Коле сохранить хоть какую-то работу. Чтобы доказать, что он ни на что не претендует, он по настоятельной просьбе Павла Олеговича подписал доверенность на управление НикаМодой на имя вновь избранного президента ЗимаЛетто, Александра Воропаева. Теперь Коля должен был еженедельно отчитывать перед ним о делах НикаМоды и процессе выплаты кредитов. Причём за Воропаевым оставалось право проверять подлинность предоставленных отчётов. 
Такая красивая картинка счастливого будущего канула в Лету. Правда, подумав, Коля пришёл к выводу, что ему, работающему теперь в офисе НикаМоды, квартире Пушкарёвых, ещё сравнительно относительно повезло, а вот Жданову с Малиновским и так обожаемой Колей Виктории пришлось ещё хуже, их новый президент сослал на -2 этаж.

– Представляешь, Пушкарёва? – горестно вздохнул Колька. 

Похоже, его настроение не могло поднять ничто, даже новое экспериментальное блюдо Михаила, в пока ещё неоткрытом ресторане которого Коленька и жаловался Кате на свою тяжёлую жизнь.
– А я… – Катя уж очень хотелось сказать «тебя предупреждала», но, видя страдания друга, она всё-таки решила его поддержать. – А я уверена, всё наладится. Конечно, Павел Олегович на вас злится, но согласись, что вы это заслужили, особенно, Жданов. Но он остынет и всё-таки прислушается к сыну.

– Сомневаюсь. Ты бы видела… 

– Даже если и так. ЗимаЛетто расплатится с долгами, и ты получишь свою НикаМоду обратно, как ты и хотел. 

– Катюш, попробуй вот ещё этот соус, – появился, по мнению Коли, как всегда не вовремя великий кулинар. – Ну, как пойдёт? Или ещё чуть посолить? 

– Всё замечательно, Миш. 

– А порции могли бы быть и побольше, – решил охладить хоть немного пыл Борщёва Коля.

– Это стандарт, Николай. Так принято. 

– Вот поэтому я и предпочитаю обедать у Елены Александровны.

Миша кивнул:

– Елена Александровна прекрасно готовит. Но…

– Миш, всё замечательно. У Коли просто возникли некоторые трудности, вот и настроение у него плохое. 

– А у тебя бы не было плохого настроения на моём месте, Пушкарёва? 
В этот момент зазвонил телефон Зорькина.

– Да… Да, Александр Юрьевич … Но я ведь в пятницу… Да, конечно… Конечно. 

– Что случилось, Коль? 

– Странно. Воропаев потребовал срочно предоставить информацию об остатках на счетах НикаМоды.

– Может, ЗимаЛетто потребовались дополнительные средства?

– Может. Но зачем? Ткани, фурнитура закуплены, зарплата выплачена. 

– Ты уверен? 

– Конечно. Ещё я все платежи проводил. За две недели ничего не могло случиться. 

– Может... Коль, может, тебе лучше переговорить с Андреем?

– Да. Думаю, ты права.

– Скажи, а вы с Николаем давно дружите? – спросил у Кати Михаил после того как взволнованный Зорькин покинул ресторан. 

– Да. Со школы. 

– Ты так близко к сердцу принимаешь его проблемы.

– Конечно. Он же мой друг. Как может быть иначе? 

– Конечно, Катюш, конечно.

13



Миша не знал, что ему и делать. Вроде все у них с Катей было хорошо, но всё же она оставалось для него какой-то далекой и загадочной. С одной стороны, это, безусловно, его и притягивало, с другой, эта её некоторая холодность, отчуждённость, пугала. Ведь вроде ничего такого он не сделал. Нет, конечно, он прислушивался к Юлиане, которая не раз говорила ему, что Катя девушка юная, неопытная, и поэтому её страхи вполне оправданны, и главное Мише не спешить. Он и не спешил, но всё же… Он бы понял, если бы Катя была в кого-то влюблена, была бы какая-то неприятная история в прошлом, а тут… Он и Зорькина подозревал, но и Катя и её родители повторяли, что Коля всего лишь друг, очень хороший, но друг. В итоге Миша решил действовать. Вот откроют они ресторан, а дальше у него будет больше времени, чтобы проводить его с Катей. К тому же в скором времени должны приехать его родители.

Катя и сама не знала, чего она боится или чего ждёт. Но если честно, в глубине души была рада, что дело пока дальше пары поцелуев не зашло. И была совершенно не уверена, что хочет, чтобы заходило. 
И вот великий день для Миши наступил. Открытие его первого ресторана в Москве. Всё должно было пройти на высшем уровне. Но проблемы начались с самого утра: то со светом, то с официантами, то с одеждой для них. Потом ещё и Корсаков, великий ресторанный критик, отказался приходить. Но всё же Кате удалось, и успокоить Мишу и уговорить Корсакова. 
Гости прибывали, рассаживались на заранее отведённые для них места. Катя стояла в сторонке и внимательно наблюдала за всеми, чтобы если вдруг что случится… Но всё шло своим чередом. 



14

Андрей не хотел никуда идти. Не было у него ни малейшего желания. Ему было абсолютно не до светских вечеринок, открытий или закрытий каких-то ресторанов. Он пытался поговорить с Александром, пытался выяснить, что происходит и с чего вдруг понадобились деньги. Воропаев же на все претензии Андрея заявил, что это не его дело, что он просто хотел проверить работу Зорькина в НикаМоде, имеет, кстати, полное право, а вот Жданов сует свой нос, куда не следует. Андрей по глупости попытался поговорить на эту тему с Кирой, но Воропаева была уверена, что её брат делает всё правильно, просто потому что иначе и быть не может, а всё недовольство Андрея вызвано лишь тем, что Александр его, мягко говоря, понизил в должности, но "Андрюша, ты должен признать, что всё это он заслужил." А Кирочка в свою очередь его поддержит, и в качестве такой поддержки его и их имиджа в общества, она и требует, чтобы он пошёл с ней на открытие ресторана. Так как сил на борьбу с вечной невестой у Андрея уже не было, он всё-таки согласился. 
Когда он обратил на Катю внимание в первый раз, она стояла в конце зала и успокаивала молодого человека, владельца ресторана, и Андрей на секунду позавидовал тому. Почему-то именно в её «всё будет хорошо», ему очень хотелось верить. И он невольно стал за ней следить, как она подходит к гостям, как им улыбается, как что-то подсказывает официантам, снова успокаивает героя вечера. 
Конечно, Кира устроила истерику. Конечно, начала она её ещё в ресторане, потому что Андрей снова на какую-то там глазеет, вместо того чтобы обращать внимание на свою невесту. Конечно, скандал продолжился и по пути домой. И в квартире Киры. И в какой-то момент Андрей вдруг осознал, что так оно всегда и будет. Вот эти истерики и придирки, и, в конце концов, как бы он себя не вёл, Кира всегда найдёт к чему придраться. Ну, просто у них так принято, заведено. А ему этого больше не хотелось. Хотелось чего-то совершенно другого: улыбки, тёплого взгляда. 

– Аааааатлично! Кира, раз я тебя так утомил, может быть, давай прекратим мучить друг друга?

– Андрей. Андрей, ты, что такое говоришь?

– Я только что на протяжении часа слушал о том, как я тебя обижаю, унижаю, оскорбляю. И я тебя спрашиваю, Кира, зачем я тебе такой нужен? 

– Андрей. Я… – Кира явно не ожидала такой реакции жениха, их разборки уже давно шли по одному и тому же сценарию и эти изменения её напугали.
– Я люблю тебя. 

– За что? За то, что я подонок и мерзавец? 

– Андрей! Андрей… Ты… 

– Я устал, Кир. И ты тоже. А раз так, то думаю, нам лучше… 

– Не говори этого, слышишь? Не смей!

– Всё кончено, Кир. Прости.

15 



Вечер обещал быть. Именно «быть», что Катю жутко пугало. В Москву приехали родители Михаила, и Миша загорелся идей познакомить своих родителей с родителями Кати, и с самой Катей, конечно. Всё это Пушкарёву нервировало. Она просто не знала как себя вести. Это слишком было похоже на обязательную программу, следующем пунктом которой будет предложение и ЗАГС, а Катя так для себя и не могла определиться, почему её ответ будет «нет». Хотя, если совсем честно, то она до конца не была уверенна, что ответить стоит именно так. Начался ужин далеко не в тёплой и дружеской обстановке. Представители старшего поколения вели себя на удивление очень настороженно. Но постепенно обстановка за столом наладилась и родителям даже удалось найти общие темы для разговоров. Основной из которых, к ужасу Кати, стала нахваливание детей друг друга. 
И вот в разгар очередного повествования Валерия Сергеевича о том, как Катюха помогала Мише в открытии ресторана, в зал зашёл посетитель. Постоянно оглядываясь, он прошёл к дальнему столику, за которым его дожидался представительно одетый мужчина. Катя бы может быть и не обратила бы внимания на этого человека, если бы сегодня утром по пути на работу не купила в газетном киоске журнал. Вообще, купила его Катя из-за статьи об открытии Мишенного ресторана, но кроме всего прочего прочла ещё и репортаж с недавней дегустации вин. И кроме самой статьи её заинтересовали фотографии. Она давно хотела увидеть Колькино руководство, пусть уже и бывшее, и тут ей повезло. В журнале были фотографии Жданова в обнимку с невестой. Они оба улыбались, но если у девушки улыбка была счастливо-надменная, то у мужчины какая-то фальшивая, наигранная, во всяком случае, Кате так показалось. Среди многих других была в журнале и фотография Александра Воропаева, нового президента ЗимаЛетто. Пушкарёва была очень удивлена, не столько его появлением в ресторане, сколько его странным поведением. Недолго думая, Катя, извинившись перед всеми, вышла из-за стола.

– Коля, ты можешь подъехать в Мишин ресторан?

– Катька, может, тебе и не хочется знакомиться с его родителями, но я их отвлекать не собираюсь, у меня дела. 

– Коль, тут Воропаев.

– Он что тоже решил с тобой познакомиться? 

– Коля, прекрати! Он тут с каким-то мужчиной. И ведёт себя очень странно. 

– Мужчиной? Ну, знаешь, Кать… 

– Такое ощущение, что он боится, что его кто-нибудь увидит или узнает. 

– Странно.

– Вот и я о том же. Коля… 

– Я сейчас подъеду.

16



– Катя, Вы уверены, что Хмелин передал Воропаеву именно деньги? 

– Нет, Роман Дмитрич, я просто видела какой-то пакет, но что там было… 

– Ром, это может быть всё что угодно. 

– Я согласен, Жданов, но и ты согласись, что как-то странно всё это. Что там ещё может быть? Детали для ремонта вышивальной машины? 

– Но зачем Воропаеву деньги? 

– А зачем ему остатки на счетах НикаМоды? Кстати, Николай, а сколько там было? 

– Немного. Мы же как раз проценты выплатили. А остальные в деле. 

Совещание проходило в караоке-баре «Планета Омега», куда Коля с Катей приехали, после проведённого Зорькиным «опознания» неизвестно мужчины. Он тут же позвонил Малиновскому и получил приглашение приехать и как можно быстрее. Коле каким-то чудом удалось уговорить Валерия Сергеевича, что Катина помощь просто необходима и без неё он ну никак не справится. Пушкарёв всегда гордился незаменимостью своей дочери, поэтому и согласился её отпустить, естественно под Колькину ответственность и естественно ненадолго. Была бы воля Михаила, он бы этого, конечно, не позволил, но его никто не стал спрашивать. 

Роману с Андреем удалось в этот вечер выяснить, что поломка вышивальной машины, произошедшей недавно в ЗимаЛетто, из-за чего выпуск коллекция откладывался на неопределённый срок, была совсем не случайна, и получение денег Воропаевым от директора главного конкурента ЗимаЛетто было крайне подозрительным. 

– Странно всё это, действительно очень странно, – задумчиво проговорил Жданов. – Спасибо Вам, Катя, – улыбнулся он девушке. 

Пушкарёва и до этого испытывающая какое-то странное волнение в присутствии этого человека, теперь не знала, куда деваться от охвативших её эмоций. Его улыбка… его глаза… Они были какими-то родными и какими-то опасными. Словно она знала этого человека когда-то давно, и словно он её однажды… Странное ощущение, очень странное.

– Не за что. Рада, если смогла Вам хоть чем-то помочь, – смущённо улыбнулась Катерина. – Но мне пора. Я пойду.

– Кать, давайте я Вас подвезу, – к ужасу Пушкарёвой предложил Андрей. 

– Нет. Спасибо. Коля… 

– Пушкарёва, но я вообще-то собирался… 

– Не беспокойтесь, Катенька, Вам абсолютно ничего не грозит, – и снова эта улыбка. 

За всю дорогу, пока они ехали, перебросились от силы парой фраз, да, и то Катя просто говорила Жданову, где лучше повернуть. Напряжение и неловкость чувствовали оба, и оба не могли понять из-за чего. И всё же когда пришло время расставаться, Катя искренне поблагодарила Андрея за прекрасно проведённое время, потому что, несмотря ни на что, окончание вечера понравилась ей гораздо больше его начала.

17



Удивительные и давно забытые ощущения: идти с девушкой по парку, просто гулять, разговаривать. Этого так давно не было в его жизни. Катя смогла ему напомнить. А может и не напомнить, потому что, кажется, он никогда не испытывал ничего подобного, что чувствует рядом с ней. Её очень хочется защитить, и где-то внутри живёт уверенность, что защитить именно от самого себя, очень хочется быть для неё сильным, мужественным, героем, одним словом, но при этом понимаешь, что на самом деле она прекрасно обойдётся и без твоей защиты. Хотя откуда это понимание взялось, как раз и непонятно. Она прекрасный экономист, всегда готова прийти на помощь, причём практически бескорыстно – это то, что узнал за несколько месяцев знакомства с ней абсолютно точно. А вот все остальные его мысли, ощущения, эмоции, знания о ней – как будто откуда-то извне. Словно они уже когда-то были знакомы, очень хорошо знакомы. Андрей не хотел себе в этом признаваться, но рядом с ней он испытывал какой-то непонятный страх. Чего именно он боится объяснить не смог бы даже себе. Да и вообще не был уверен, что боится именно её, а не за неё. Первое время списывал это на её близкого друга – Михаила Борщёва. Боялся, что у Кати полно других важных дел, нежели помогать им с Колей. Но через некоторое время господин ресторатор благополучно исчез с Катиного небосклона. Как удалось выяснить у Коли (выяснял исключительно из дружеского интереса, конечно), Михаил сделал Кате предложение, а она отказала, несмотря на реакцию родителей, которым Борщёв очень нравился. Катя вместо замужества бросилась на помощь им, троим неудачникам. К этому времени они уже успели выяснить, что деньги Воропаеву были нужны для выплаты долга перед казино, и что Хмелин действительно передал ему деньги за такой своевременный выход из строя вышивальной машины. Жданов-старший был поражён всем произошедшим, и, в конце концов ему пришлось снова встать у руля компании. И вот тут троице было необходимо приложить максимум усилий, чтобы убедить Павла Олеговича вернуться к их плану по выводу ЗимаЛетто из кризиса. И когда Андрею это всё-таки удалось, Катина помощь оказалась просто незаменимой. План планом, но жизнь вносит свои коррективы и надо пересчитывать заново, учитывая все победы и неудачи. Да, и сам план можно дорабатывать и дорабатывать. 
Вот с этой постоянной работой они и стали больше общаться, и как-то так получалось, что провожал её всегда Андрей. У Ромки с Колькой обнаруживалась масса других интересных дел на вечер. А он был с Катей. Сам себе не отдавая до конца отчёт зачем. Перевести их отношения чуть в другую плоскость очень хотелось, но всё тот же страх сделать это никак не давал. Да ещё и Кира. С ней всё было кончено, во всяком случае, для Андрея. А вот она, похоже, этого понимать и принимать ну никак не хотела. Вот и вспыхивали у них постоянные ссоры. 
Но сегодня вечером всё было далеко и неважно. Они шли с Катей вдвоём по парку, наслаждаясь «снегом» – тополиным пухом, окутавшим всё вокруг. Остановились под одним из тополей. Она что-то рассказывала ему, пытаясь объяснить, что подобная стратегия принесёт прибыль, но он давно уже её не слушал. Наслаждался её голосом, любовался её восторженно горящими глазами и следил за её губами. А потом сдерживаться совершенно не хотелось. Она ответила на поцелуй, закрыла глаза, наслаждаясь нахлынувшим на неё ощущениям. 

«Воспоминания» нахлынули на них одновременно. Картинки вспыхивали одна за другой, вся история, о которой они однажды захотели забыть, все эти месяцы, которые они неизвестно почему смогли прожить по-другому, их работа, её любовь, его защита, её смелость, его страхи, её вера, его ложь, их ночи, инструкция, её вранье, его ревность, предательство. Всё это за какие-то несколько мгновений. Катя отшатнулась от Андрея и бросилась бежать.

18



– Кать, ну ответь ты уже. Или дай мне трубку, и я объясню Мишане, чтобы он больше не звонил. 

Общение с Малиновским явно пошло на пользу Колькиной самоуверенности. Он стал чувствовать себя настоящим «мачо», и был уже практически уверен, что любое море ему по колено.

– С чего ты взял, что это Миша?

– Нет? А тогда кто тебе названивает весь вечер уже два дня подряд? И почему ты не берёшь трубку? 

– Беру. Только выйди из комнаты. 

– Да, пожалуйста. Как насекретничаешься, позови. Я буду на кухне. 

– Конечно на кухне. Где же ещё.

– Злая ты, Катерина. Может мне с ним всё-таки поговорить? 

– С кем? 

– С Борщёвым.

– Коля, иди. 

Конечно, телефон к тому моменту, как Колька вышел, наконец, из комнаты, звонить перестал. И что теперь делать? Глупо прятаться от Жданова. Но и видеть или слышать его не хочется. Или хочется? Не должна она на него обижаться, права такого не имеет, или имеет? Она ведь даже не знает, что это было. Но почему-то уверена, что не сон, не бурная фантазия. Всё было настолько реально: чувства, эмоции, ощущения. И он тоже всё это «увидел», иначе бы не названивал ей два дня подряд. А может быть названивал? Ведь она так быстро убежала, что… Может, решил, что она испугалась, что он её чем-нибудь обидел, вот теперь и звонит? Как и следовало ожидать, телефон вновь разразился весёленькой мелодией. 

– Да. 

– Привет, – как-то уж слишком неуверенно это прозвучало.
– Спасибо.

– За что?

– Что всё-таки ответила. Кать, давай встретимся и поговорим. 

– О чём? 

– А ты думаешь не о чем? 

– Я не знаю. 

– Кать, мы просто поговорим. Ведь ты… Ты тоже «вспомнила», я прав? Вот давай об этом и поговорим. Пожалуйста… Ну почему ты молчишь? Ведь это был не я. Я бы так никогда…

– А я бы сделала...

– Что сделала?

– На совете настоящий отчёт бы раздала, жалела бы потом об этом, но раздала. И потом доверенность… 

– Вот давай об этом и поговорим.

19

Когда она убежала, когда ей звонил, когда уговаривал встретиться, не думал об «увиденном», как будто посмотрел фильм, где чувства и эмоции главного героя понятны и легко объяснимы, но не твои. Он даже не задумывался о том, как бы повёл себя в той ситуации, как бы поступил, на чтобы смог пойти. Главным здесь и сейчас было успокоить Катю, а остальное совершенно неважно. Он был в этом уверен, пока не услышал от неё «я бы сделала». Она бы предала его, подставила, перешагнула и пошла бы дальше. Она в этом уверена, он по голосу это понял. И зачем ему тогда её в чём-то убеждать, и на что-то уговаривать? Ему это надо? Чтобы женщина, которую он любит, могла… Любит? Тот Андрей Жданов любил ту Катю Пушкарёву. Любил до такой степени, что всё остальное стало неважным. Президентское кресло, фирма, уважение отца, Кира – всё это для того Андрея потеряло всякий смысл. Он готов был отдать всё что угодно, лишь бы его Катя была с ним, лишь бы она его простила. А ты, Жданов, любишь? Нет, во всяком случае, не так. Да, она нравится, наверное, даже очень нравится, но вот так, чтобы ради неё бросить всё и вся, нет. А хотел бы? Потеряв президентское кресло, ты ведь понял, что жизнь на этом не заканчивается. Да, фирма по-прежнему для тебя очень и очень важна, как и отношение к тебе отца. Во многом из-за этого ты расстался с Кирой. Потому что она хотела тебя только для себя всего целиком и полностью, и ревновала тебя даже к ЗимаЛетто. Но тот Андрей Жданов нашёл что-то другое, более важное для себя, более ценное. И нашёл он это именно с этой девушкой – Катей Пушкарёвой, которая его предала, переступила и далее по списку, но, несмотря на это, он продолжал её любить, иногда почти ненавидел, но всё равно любил. 

– Спасибо, что пришла. 

– Ты как-то слишком часто стал меня благодарить.

– Не злись. Пожалуйста.

– О чём ты хотел поговорить?

– Я же тебе сказал: о том, что мы «увидели». Я подумал над тем, что ты мне сказала и… Я бы тоже смог. 

Катя усмехнулась и кивнула:

– Тогда о чём говорить?

– О тебе и обо мне. У того Андрея не было шанса объяснить… 

– И ты решил это сделать за него? 

– За себя. Можно? Я понимаю, почему она его не захотела слушать, а ты почему не хочешь выслушать меня? 

– Я не смогу доверять человеку, который так легко может… 

– Кать, если бы я хотел тебя обмануть, я бы не стал тебе говорить о том, что поступил бы также. Да, и зачем мне тебя обманывать? Мне зачем? Тому Андрею понятно, но мне? Просто выслушай. Когда начались проблемы в компании, мне было… Мне не на кого было положиться, только Ромка и Николай. Я был в них уверен, только на них мог рассчитывать, и всё зависело только от них. Если бы Зорькин проболтался …

– Кто бы совращал Колю?

– Я бы не стал точно, – усмехнулся Андрей. 
– Какая выпала той Кате честь…

– Я и не знал, что ты такая язва, Катенька.                                                                             
От этого «Катенька» теплее стало обоим. 

– Не называй меня так, – почти тут же опомнилась Катерина. 

– Почему? Мне нравится. Послушай, Кать, всё, что было написано в той инструкции – это всё правда, от первого до последнего слова. Но правдой – это было только сначала…

– А потом он влюбился… 

– Он чуть не умер без неё…

– Это неправда.

– Зачем мне тебе врать? Скажи, зачем?

– Я не знаю. Я просто… 

– Но если забыть о них. Тебе ведь было хорошо со мной? Ведь было, правда? И мне тоже, Катюш. 

– Прекрати.

– Если бы я, именно я, хотел тебя обмануть, я бы старался тебя убедить, что обо всей той истории не стоит даже думать, потому что с нами этого не было и никогда не будет. Но я не хочу и не буду этого делать. Потому что… Я завидую тому Жданову. 

– Чему? 

– Ну, хотя бы том, что ему досталось гораздо больше, чем один поцелуй. 

– Ещё скажи, что ты меня любишь. 

– Не буду. Но я знаю, что он любил ту Катю. Любил так, что… для него она стала важнее всего, он был готов ради неё на всё. И она любила его, так как никто никогда не любил.

– И предала. 

– Зато была честна. Перестала врать и притворяться.

– Она пожалела… Почти сразу…

– Кать… Катюш… Катенька… Ну, посмотри на меня. Пожалуйста. Давай попробуем. Им ведь было хорошо вместе. 

– Как в сказке… Для неё всё было, как в сказке, пока она… 

– И у него, у меня такого никогда не было и ни с кем. Попробуем? 

– Я не люблю тебя… пока… 

– А знаешь, что меня радует в этом твоём «не люблю»?

– Что?

– «Пока». Скажи, ты поэтому хочешь отказаться, пока не поздно? – Кивнула. – Уже поздно, Катюш. Я тебя не отпущу.

– Несмотря на то… 

– Ему было страшно посмотреть тебе в глаза. А мне бояться нечего. 

– Ты же тоже не любишь. 

– Но тоже только «пока».

Эпилог

– Привет, Пушкарёва. 

– Коля? Я уже думала, что со своими гулянками с Малиновским ты совсем забыл дорогу до нашей кухни.

– Злая ты, Катька. Да, ещё и завидуешь мне.

– Ну, конечно. А есть чему завидовать?

– Есть. Я женюсь.

– Что? Коль, ты шутишь? 

– Нет. Я кстати за этим и пришёл. 

– В смысле? 

– Не в том, Пушкарёва. Тебе придётся искать себе другого жениха… 

– Уже… 

– Что ты сказала? 

– Ничего. Так мне тебе надо посочувствовать, а поздравить Клочкову? 

– А ещё подруга называется. Вика тут не при чём. Я женюсь на совершенно другой девушке. 

– Коль, ты меня пугаешь.

– Да, ладно тебе, Катька. У нас в ЗимаЛетто работает одна модель – Марьяна. Она недавно рассталась с… 

– И ты её утешил?

– Чему ты удивляешься. Это я могу. 

– Не сомневаюсь. Коля, а ты уверен?

– Кать, ну что за вопрос? Конечно, уверен. А ты не расстраивайся. У тебя тоже всё будет хорошо. Вот придёшь ко мне на свадьбу. Познакомишься там… 

– Держи.

– Что это? 

– Приглашение на свадьбу. 

– Чью? 

– Мою, Зорькин! 

А вот появлялся бы Колька у них почаще и знал бы обо всём. И о тех странных «воспоминаниях», и о том, как она в них верила, и о том, как она с ними боролась, и о том, что боролась она с ними не одна, о том, кто ей помогал, и как она этого помощника боялась. Ведь и правда сначала очень боялась. Как будто кто-то всё время ей напоминал, что верить ему нельзя. Только вот не верить было гораздо труднее и, в конце концов, она сдалась, о чем ни на секунду ещё не пожалела. И не пожалеет. Уж Андрей постарается. Не сомневайтесь.

Конец

0


Вы здесь » Архив Фан-арта » jedilady » Звездочка