Декабрь 2006 года выдался особенно снежным. А уж за городом, куда Пушкаревы были приглашены старым армейским товарищем Валерия Сергеевича, оказалось просто сказочно. Приближался день рождения Кати, а там недалеко и до Нового года. Накануне своего дня рождения Катюша выглядела задумчивой и своим отсутствующим взглядом пугала Елену Александровну, которая то и дело пыталась растормошить дочку.  Чтобы не обижать маму и не давать повода для лишних вопросов, Катя решила прогуляться. Взяла свою сумочку с телефоном (чтобы быть на связи) да парой фруктов, положенных заботливой мамой, и вышла за порог, получив наказ далеко не уходить и скорее возвращаться. Было морозно и солнечно. Снег искрился, скрипел под ногами, и было так приятно шагать по нему все дальше и дальше. Девушка и не заметила, как оказалась в лесу. Деревья в зимних нарядах приветливо качали ей своими посеребренными головами и манили вглубь сказочно-красивой чащи. Когда она очнулась от своих невеселых дум, то даже вскрикнула от неожиданности: перед ней стояла избушка на курьих ножках. Катя оглянулась вокруг и не увидела ни одной дорожки или тропинки – даже ее следов, которые непременно должны были остаться на гладкой поверхности снега, не было.
- Что за чертовщина? – неизвестно у кого спросила она. – Не по воздуху же я прилетела.
Катя вновь посмотрела на избушку, которая никуда не исчезла, как можно было ожидать.
- Раз так, может, еще и баба Яга мне покажется, - усмехнулась она и обратилась к сказочному строению. – Избушка-избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом.
Избушка заскрипела так, будто никто не обращался к ней с этой элементарной просьбой уже лет триста. Наша путница даже вздрогнула от скрежета, с которым старушка-избушка стала поворачиваться, и застыла в напряженном ожидании того, что она вот-вот развалится прямо на глазах. Но этого не произошло, и непрочное сооружение благополучно повернулось, так сказать, «лицом» к просительнице. На фасаде избушки оказалась кое-как висевшая на петлях кособокая дверь. Издав душераздирающую скрипяще-свистящую трель, она отворилась, явив Катиному взору абсолютно банального вида бабу Ягу, подбоченившись стоявшую на пороге с метлой в руке, измочаленными прутьями вверх.
- Здравствуй, красавица! Давненько в нашем лесу гостей не бывало. Да если и бывали, все больше молодцы захаживали. За какой такой надобностью пожаловала? – обратилась она с приветственными словами к неизвестно откуда появившейся в их глуши девице.
Рациональный ум Кати-экономиста все еще продолжал сопротивляться и никак не хотел верить в то, что видели глаза и слышали уши. Но, потихоньку ущипнув себя за руку и убедившись в том, что она не спит, воспитанная в уважении к старшим, Катя Пушкарева сочла невежливым молчать в ответ на обращение старой женщины.
- Вы меня извините, если я потревожила Ваш покой. Видимо, я заблудилась.
- Что ты, что ты, какие извинения. Столько лет без человеческого общения живу – одичала совсем. Ты проходи, милая. Порасскажешь, что в мире делается, какие нынче тенденции в моде. Может, и печаль свою поведаешь, а вдруг да я тебе помочь смогу, - ласково запела Ягуся, одновременно с этим подходя к Кате и мягко подталкивая ее к своему жилищу.
Девушке ничего не оставалось, как войти в избушку. Старушка оказалась приветливой, гостеприимной и, на первый взгляд, совсем не злой. За стол усадила, чаем с сушками напоила, а потом уже расспрашивать начала: что да как. А уж как повыспросила обо всем, сильной любовью к Катюше прониклась.
- Вот уж спасибо тебе, девица – уважила ты меня. Лет двести, ежели не больше, не беседовала ни с кем вот так-то всласть. Хочу отплатить тебе за твою сговорчивость да покладистый характер.
Яга встала из-за стола и скрылась в одном из четырех невероятно захламленных углов избушки. Какое-то время оттуда слышались лишь возня да невнятное бормотание, но вот бабуся с победным возгласом вновь появилась перед Катей, неся в руках небольшое закопченное блюдо.
- Вот. Это моя тарелочка волшебная да яблочко наливное. – Она поставила блюдо на стол и бросила на него сморщенное яблоко. – Задумай, кого или что увидеть хочешь, - приказала она и начала произносить волшебные слова. – Катись-катись, яблочко, по тарелочке. Покажи моей гостье, что желанно сердцу ее.
Все, что осталось от некогда наливного яблочка, а теперь больше напоминавшее сухофрукт, вздрогнуло и несмело, словно спотыкаясь, покатилось по тарелочке, постепенно расширяя траекторию своего движения. По мере его приближения к краю тарелочки перед Катей открывалась ясная живая картина, будто на экране телевизора. И картина эта совсем не обрадовала ее. Увидела она своего любимого Андрея, которому так и не смогла простить предательства, в окружении многочисленных красоток. Все они были облачены в восточные одежды, да и сам Андрей был похож, скорее, на падишаха, владельца гарема, чем на президента преуспевающей в мире моды компании. Ягуся увидела, как судорога исказила лицо девушки, махнула рукой над блюдом, и картинка сразу исчезла.
- Ты уж не серчай. Капризничает моя тарелочка. Давно уж в нее никто не заглядывал, вот яблочко-то и усохло, а эта строптивая посудина вот таким образом свой протест выражает – небылицы всякие показывает. Кабы было молодое яблочко, так тарелочка и показала бы всю правду.
- Ой, бабушка, у меня ведь есть какие-то фрукты с собой, – встрепенулась Катя, раскрыла сумочку и достала оттуда мандарин. – Может быть, это подойдет?
Баба Яга с сомнением посмотрела на заморский фрукт, но все же взяла его и бросила на тарелочку, повторив слова волшебные.
От вида Андрея, сидящего за решеткой, Катя схватилась за сердце. Пришлось Ягусе снова «выключать» свой неисправный «телевизор».
- Видать, без яблочка наливного ничего не получится. Вот же вредная какая, - бабка замахнулась на несговорчивую утварь кулаком, – не по вкусу ей, видите ли, незнакомый фрукт.
Катюша, без всякой надежды, снова сунула руку в свою сумочку. На ее счастье, там обнаружилось и яблоко, румяное, красивое. Как только оно оказалось на тарелочке, та сразу преобразилась – копоть с нее вмиг исчезла, будто и не было ее никогда, и засияла тарелочка, как новенькая. Вот только и на этот раз картинку показала безрадостную. Увидела Катя, что сидит ее Андрей один-одинешенек, потемневший от переживаний, смотрит на маленькую черно-белую фотографию, на которой девушка узнала себя саму, а в уголках его глаз застыли прозрачные капельки.
- А что, бабушка, верно ли, что теперь тарелочка правду показывает? – то ли с надеждой, то ли с сомнением спросила у старушки.
- Даже не сомневайся, красавица. Истинную правду.
На лицо Катеньки легла тень, а картинка затрепетала, будто по ней прошла водная рябь, и исчезла.

За разговорами не заметили, как вечер наступил – совсем темно стало.
- Ох,  и засиделась же я у Вас, - всплеснула руками Катерина, поглядев в окошко. – Как же я по такой темноте дорогу домой найду?
- Не печалься, девица. Переночуешь у меня,  а завтра, по свету, и пойдешь. Я тебе и клубочек волшебный дам – он тебя проводит, куда тебе надобно.
- Да что Вы, никак я не могу у Вас остаться. Там мои родители уже, должно быть, с ума сходят от беспокойства.
- И об этом не переживай, красавица. В сказке время-то совсем иначе идет, чем у вас, в реальном мире. Никто тебя и не успеет хватиться. Так что, полезай-ка ты на печку да спокойно засыпай. Сама, поди, знаешь, что утро вечера мудренее. И так вдруг Кате спать захотелось, что глаза сами собой закрываться стали. Только успела голова ее на подушке умоститься, как она уже спала.
Среди ночи разбудил ее какой-то странный шум: будто кто-то к избушке на коне подъехал. А потом и в дверь постучали. Хозяйка, недовольно ворча, пошла встречать незваного гостя. Катю же любопытство охватило, кто это мог к Яге в такую пору в гости пожаловать. Отодвинула она занавесочку, за которой спала, и увидела ночного посетителя. Узнала его сразу: тощий (только кости торчат), страшный – ну, как есть, Кощей Бессмертный. А лошаденка под ним такая изможденная, что непонятно, как она его на себе везет.
- Ой, здорОво, рыцарь печального образа, - насмешливо приветствовала его баба Яга. – Ты чего по ночам шастаешь, людЯм спать не даешь?
- Да вот, решил попроведовать, давненько не виделись, - каким-то старческим голосом, что никак не вязалось с его прозвищем, заговорил Кощей.
- И еще бы столько не видеться. Это же надо время такое выбрать, чтобы в гости проситься. Говори, чего тебе понадобилось, да проваливай, - забыв о гостеприимстве, сурово отвечала хозяйка.
- Ох, и хитра ты, карга старая. Чую, есть у тебя, чем соседа угостить по старой дружбе.
- Есть-то оно есть, да не про твою честь.
- Яга, не по-соседски это.
- Вот что, друг Кощей. Наш лес и так уже несколько сотен лет люди стороной обходят, а ты первого же за столь долгое время забредшего к нам гостя со свету сжить надумал? Не бывать этому. Ты лучше утречком, как я снаряжу девицу в путь, проследи, чтобы никто ей поперек дороги не становился.
- Да ты что, старая? Нас людишки и так уже не боятся. Даже детей малых нами пугать перестали, а ты такой шанс упустить хочешь?
- Ох, и недальновидный ты, Кощеюшка. Коли мы добро человеку сделаем, так о нас помнить будут, детям рассказывать. А ежели погубим девицу-красавицу, так все наши сказки вовсе забвенью предадут.
- Ну, гляди, Яга, - с сомнением покачал головой Бессмертный. – Поверю на этот раз. Только ведь спрошу с тебя, коли не по-твоему получится, - пригрозил он напоследок и поплелся на своей дряхлой кобылке восвояси.
Катя, пока происходил весь этот разговор, лежала ни жива ни мертва: а ну, как бабка специально оставила ее у себя ночевать, чтобы умертвить? Лишь когда в избушке закрылась дверь за ночным гостем, девушка успокоилась и снова уснула.
Утром баба Яга накормила Катерину блинами со сметаной, напоила чаем с малиновым вареньем, а потом дала в руки клубок, как обещала, и ласково распрощалась с нечаянной своей гостьей.
Стоило Кате выйти на улицу и бросить клубок на землю, как он побежал между деревьями. Там, где он пробегал, тотчас появлялась широкая дорога. Вот только позади себя, сколько ни оглядывалась, наша красавица так и не смогла заметить, ни тропинки, ни следа человеческого. Только лес стеной да заснеженная земля. И избушка пропала, как сквозь землю провалилась. Клубок путеводный бежал быстро. На опушке леса он нырнул в сугроб и исчез. Катя усмехнулась последнему чуду и посмотрела перед собой. Невдалеке она увидела коттеджный поселок, только вот он совсем не был похож на тот, в котором гостили они с родителями. Но делать было нечего – не назад же идти – и девушка направилась в первый же дом, показавшийся ей обитаемым. Ворота, хоть и были высокими и выглядели солидно, открылись легко, и Катя очутилась в просторном дворе. От ворот к дому между двумя высокими сугробами, пролегала тропинка. Она двинулась по ней к красивому двухэтажному зданию и, поднявшись по ступенькам крыльца, позвонила. В ожидании хозяев стала осматривать двор и чуть не ввалилась в дом, когда дверь неожиданно распахнулась. Упасть Кате помешали две крепкие руки, вовремя успевшие ее подхватить.

Когда, смущаясь собственной неловкости, Катерина попыталась принять устойчивое положение, чтобы взглянуть на своего спасителя, ее чуть не сбило с ног от звука голоса, негромко назвавшего ее по имени. Медленно, словно опасаясь, что она все еще в сказке, Катя подняла глаза и встретила взгляд самых любимых, часто снившихся ей долгими одинокими ночами, глаз.
- Андрей! – не сумев сдержать своей радости, прижалась она к мужчине, обхватив его руками.
Андрей, не веря своему счастью, осторожно опустил руки на плечи обнимавшей его девушки. Убедившись в том, что она не плод его больного воображения, взял в ладони такое родное, не однажды являвшееся ему в сладких грезах лицо и вновь заглянул в любимые глаза. О чудо! – в них больше не было ненависти или равнодушия, они сияли от счастья.
- Катенька! Это ты… - только и смог сказать он, но вдруг встрепенулся. – Что же мы на пороге стоим? - и втянул ее внутрь, закрыв входную дверь.
Не разнимая объятий, они прошли в гостиную.
- Как ты здесь оказалась? – Андрей не мог отвести удивленного взгляда от буквально упавшей в его руки Кати Пушкаревой.
- Я заблудилась, - смутившись, только и ответила она.
- Откуда же ты пришла?
Когда Катя назвала поселок, в котором остались ее родители, у Андрея вытянулось лицо.
- Это же в сорока километрах отсюда. Как тебе удалось столько пройти? Сейчас еще только утро, - бросил он взгляд на часы.
Что она могла ему ответить? Лишь пожала плечами да опустила глаза. Андрей снял с нее варежки и сжал холодные ладошки.
- Да ты продрогла вся. Я сейчас сделаю тебе ванну. – Не успела Катя ничего ответить, как он уже мчался на второй этаж дома.

Пока его неожиданная гостья согревалась в горячей ванне, Андрей заварил для нее чай. Как бы ни хотелось ему в тот момент оказаться вместе со своей любимой девочкой, он решил не спешить и дать ей немного времени привыкнуть к нему снова. Но терпения его хватило ненадолго, и сразу попить чаю Кате не удалось. Когда она, розовая после купания, закутанная в огромный пушистый халат, в подоле которого путались ее ноги, спустилась вниз, Андрей не смог больше сдерживаться. Стремительным шагом он подошел к чудному виденью, скромно стоявшему на нижней ступеньке, поднял его на руки и понес обратно, вверх по лестнице. Перед комнатой, служившей ему спальней, Андрей остановился.
- Кать, я люблю тебя, - сбивающимся голосом произнес он.
- Я тоже тебя люблю, - улыбнулась в ответ Катя, – и никогда не переставала.
Вот и все. А большего ему и не надо было, и влюбленные скрылись за дверью.
Оставим их на время вдвоем – они так давно не были вместе.

Чуть позже, когда они уже садились в машину, Андрей взял Катины руки в свои.
- Кать, я так счастлив, что мы снова вместе. Ведь мы же вместе? – и после ее счастливого «конечно» продолжил свое признание. – Правда, ты появилась так неожиданно, что я даже не успел придумать, что подарить тебе завтра на твой день рождения.
- Ну, что ты, глупый. Ты – мой подарок. Самый лучший подарок, о котором только можно мечтать, - убеждала Катя Андрея.
Но всю дорогу к дому папиного сослуживца девушка с удивлением думала о том, как же могло получиться, что она вышла прогуляться вчера, а сегодня еще не наступило, несмотря на ночь, проведенную в странной избушке со странной старушкой. А может, дело именно в том, где она провела ночь? Выходит, права была Ягуся, когда говорила, что в сказке и в реальной жизни время по-разному течет. Да и была ли сама Ягуся? А если нет, как же Катя очутилась так далеко от дома, из которого вышла? Чудеса да и только. То ли было, то ли не было…

С того самого дня жизнь Кати  и Андрея в очередной раз совершила крутой поворот. Трудно было найти человека более счастливого, чем эти двое.
А о своем приключении в волшебном лесу Катя никому так и не рассказала. Разве что Андрею, мужу своему. Но ему можно – уж он-то поверит и не станет смеяться. Ведь вся история их любви, с самого начала, была такой невероятной - почти сказочной.

Конец.