Архив Фан-арта

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Архив Фан-арта » Ramayana » Розыгрыш


Розыгрыш

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Розыгрыш.
Забавы молодых…
Альт, каких еще поискать. В смысле – поборникам традиционного сюжета просьба попробовать смириться и ничем тяжелее тапок  не кидать. Заранее благодарна. Ваша  я.

Катя/Андрей, Катя/Саша, Катя/Денис.

1.
- Господи, как же хорошо! – девушка с темно-каштановыми, почти черными волосами подставила солнечным лучам смуглое лицо и зажмурилась. – Словно лето еще не закончилось. И все таки-и-и листья зеле-о-о-ного цве-е-ета, и все-таки лето-о-о, лето-о-о…
Она закинула за голову тонкие руки унизанные разноцветными фенечками и многочисленными браслетами и блаженно замерла.
Подруга не разделяла ее радости. Она облокотилась на стол и запустила  пальцы в рыжеватые локоны, тоскливо гипнотизируя запотевшую бутылку с холодной минералкой. Та никак не реагировала на пристальный взгляд, как положено неодушевленному предмету.
- Ничего хорошего, тридцать первое августа. Завтра снова в универ. И в личной жизни не везет. Макс  оказался таким гадом…
- Все будет хорошо, Машуль… Появится новая любовь. - В разговор включилась третья девушка, сидевшая до сих пор с мечтательным взглядом в тени зонтика летнего уличного кафе.
- Машк, может, новая любовь уже совсем близко? Вон, парень за соседним столиком никак взгляд не оторвет от  твоего четвертого размера.
- Нет, я больше никогда не полюблю! – трагически воскликнула Маша, одернула футболку, чтобы она лучше облегала грудь и скосила глаза на соседний столик.
Смуглянка расхохоталась, привлекая окружающих низким тембром чувственного смеха.
- Амура!  - Третья девушка поморщилась. Громкие звуки окончательно распугали ее грезы  и вернули в реальность.
- Молчу, Катюнь. О чем мечтаешь?
- Не скажу. – Катя смутилась.
- О принце на белом коне, о чем же еще? Катерину нашу романтичную не знаешь? – Маша ласково погладила подругу по руке. – Кать, а давай сегодня не поедем в деканат? Узнаем расписание по телефону…
Амура неожиданно не поддержала ее.
- Надо ехать! Мне Лариска с первой группы сказала, что у нас в этом семестре новый препод по экономике. Молодой, красивый, как бог… Может, увидим? У них сегодня заседание на кафедре.
- Семинары будет вести? – оживилась Маша, – а Данилкина куда дели, на пенсию отправили?
- Нет, только курс лекций прочтет. Он как приглашенная звезда. Получил «бизнесмен года» и приглашение попробовать свои силы в преподавании. Садовничий обожает привлекать свежую кровь… А Данилкин будет нас на семинарах мучить. Чур, новенький – мой!
- Евгений Максимович замечательно ведет семинары! – заступилась Катя за учителя. – А с преподавателями романы крутить неэтично.
- Еще бы! С Данилкиным – точно, неэтично. Хоть ты у него и любимица, умница-разумница. Катьк, и как тебе удается отлично учиться, ты же вроде не зубрилка…
Катя пожала плечами. Зачем заучивать, когда все так интересно и увлекательно. Как разгадывание кроссворда. Не оторвешься.
- Когда стихи нравятся – ты же их не зубришь… Они сами собой запоминаются.
-Кать, ты говори, да не заговаривайся… Сравнила  стихи и экономику.

-Девочки, я вас вечером приглашаю в «Бонус». Мне случайно перепали два пригласительных на пати. И каждый на две персоны. – Амура при этом сообщении таинственно понизила голос.
- Ура! «Бонус»! Это же закрытый клуб! Там вся золотая молодежь тусит… а кого четвертым возьмем? – Маша, напротив, от радости  шумела на все кафе.
- А возьмите с собой каких-нибудь ребят… - робко предложила Катя.
- Ха! В Тулу – со своим самоваром! Возьмем того, кто первый подойдет ко мне в универе. И еще – ты идешь с нами. Возражения не принимаются!
Катя вздохнула, встала из-за стола и вышла на солнце. Русые волосы с каштановым отливом были завязаны в хвостик. На лице красовались  очки в овальной металлической оправе, мешая рассмотреть темные выразительные глаза. Почему-то все считали, что глаза у Кати карие, - просто видели, что очень темные и автоматом решали, что карие. Она не спорила. Какая разница – карие или серые. Но внимательная Амура разглядела эти необычные «очи цвета маренго». Как натура экспрессивная, благодаря далеким африканским предкам по папиной линии, она не уставала восхищаться необычным оттенком и отмечать моменты, когда он начинал отливать синевой или даже фиолетовым, в зависимости от освещения или настроения хозяйки. А Катя стеснялась столь пристального внимания к собственной персоне. В отличие от подруг, к которым как нельзя кстати подходило слово «яркие», она старалась поменьше привлекать внимание к своей внешности. Миниатюрная, милая, женственная, она носила такие вещи, которые не выделяли ее из толпы, скрадывали некоторые особенности фигуры. Сейчас на ней была длинная джинсовая юбка, трикотажная кофточка-двойка, аккуратно камуфлирующая высокую грудь, туфли-мокасины без каблуков. На Амуре красовался броский сарафан, дополненный крупными бусами и серьгами, и плетеные босоножки на высоком каблуке. Мария была обтянута, как перчатка коротковатой футболкой с глубоким вырезом и джинсами-резинками, обута в туфли на шпильке. Кепку-бейсболку она носила исключительно козырьком в сторону.
Девушки рассчитались за кофе и минералку, взяли сумочки и направились к метро, игнорируя потянувшиеся за ними шлейфом взгляды мужчин.
У входа в корпус на них вихрем налетел Денис, в одну секунду он успел приобнять за талию Амуру, чмокнуть в щеку Катерину и ущипнуть за аппетитный зад томную Машу. После любимого ритуала прикрыл руками голову, ожидая по обыкновению града ударов сумочками, но получил лишь один тумак от Кати.
- И почему этому паразиту так везет? Карма? – Задумалась вслух Амура.
- Только не он! – закатила глаза Машка.
Денис заволновался, но Катя с унынием в голосе объяснила ему про вечернюю вылазку. Парень просиял.
- Да я… Да я… Я теперь ваш вечный раб! Едем на моей машине!
Расписание переписали быстро, нового преподавателя, к разочарованию Амуры и Маши, увидеть так и не удалось.  Поэтому решили отправиться по домам и готовиться к вечеру.
Амура и Катя  были соседками по комнате в университетском общежитии, а Маша снимала квартиру, в которой жила вместе с сыном. Она умудрилась родить Егорку в конце первого курса, осталась в декретный отпуск и познакомилась с подругами уже на новом,  втором курсе. Егорку чаще забирали к себе  Машины родители, давая юной мамочке возможность учиться… Или устраивать личную жизнь. Она предпочитала в ущерб учебе активно  заниматься последним.

В общежитии разгорелась нешуточная борьба. Амура пыталась уговорить Катю надеть вечером что-нибудь более броское, эффектное. Катерина отчаянно сопротивлялась. Наконец, под сильным нажимом Мурочки, она согласилась соответствовать требованиям дресс-кода. Подруга распустила Катины волосы, завила, нанесла легкий с ее точки зрения макияж на бледное личико.  Отобрала из немногочисленного студенческого гардероба узкие брючки, но не позволила прикрыть их длинным пиджаком, а напялила на подружку свой топ с блестящим африканским узором и с множеством лямочек, которые красиво падали с плеч. Топ был Кате чуть тесноват, поэтому выгодно обрисовывал грудь. Амура добавила пару цепочек на шею, колечки в уши. Заранее припрятанные мокасины никак не находились и их пришлось заменить на туфли.
Катя стояла у зеркала, пытаясь охладить раскрасневшиеся щеки прохладными ладошками.
- Это не я!
- Сегодня  ты – именно эта нарядная девица!
- Я не смогу танцевать на каблуках!
- Пара коктейлей – и сможешь!
- Я не пью! Я с вами не пойду!
- Хочешь пойти одна? Эгоистка!
Перепалку прервал стук в дверь.
Денис заглянул в комнату, выразительно раскручивая на пальце ключи от машины.
- Такси до Дубровки заказывали? Я к вам еле прорвался. Сегодня баба Дуся на входе дежурит… Катьк! Ни фига себе! Я тебя не узнал сразу. Клааасс! Всегда так ходи, на курсе будет просто фурор!
- Спасибо! – девушки ответили хором, Амура – весело, а Катя – мрачно.

2.
Заехали за Машей, а потом  красиво подкатили к клубу на Мерседесе папаши Дена. Невольно затрепетали перед грозными очами охраны. Но пригласительные флаеры с золотой полосой и внешний вид четверки не вызвали никакого подозрения, и гости были допущены на пати.
Приземлились за свободным столиком и заказали по коктейлю, чтобы иметь время оглядеться в полумраке, то и дело вспыхивающем разноцветными огнями.
- Почти как наш «Светлячок». А меню в четыре раза дороже. – Сделала вывод после осмотра Катя.
- Ну, ты даешь… Смотри, какой контингент! Ой, я скоро приду, не скучайте. – Амура помахала кому-то рукой и пошла к бару.
Видимо, светловолосый парень, устремившийся навстречу Мурочке, и был таинственным «доставателем» пропуска в рай. Он улыбался, как популярный киноактер: белозубо, уверенно в своей неотразимости, обаятельно. Глаза сверкали, как у мартовского кота, а руки уже лежали по-хозяйски на талии девушки.
Кате он не понравился, а Маше – очень. Через некоторое время Ден, и Маша вытащили Катю танцевать. Действительно, после коктейля двигаться в пульсирующем ритме оглушающей музыки оказалось гораздо легче. Катя расслабилась и слилась с дергающейся массой. Ден шаманил вокруг какой-то классической длинноногой блондинки в розовом. Мария поискала глазами Амуру и кивнула Кате в сторону огромной басовой колонки.
Амура воском таяла в объятьях своего кавалера, а тот… Тот внимательно присматривался к ссоре двух мужчин. Черноволосый и широкоплечий эмоционально жестикулируя, изливал ярость на поджарого собеседника с медной шевелюрой. Рыжий отвечал спокойно, лениво, ехидно что-то цедя и упиваясь гневом противника. Окончательно выйдя из себя, брюнет выскочил из зала. Ухажер Амуры поцеловал ее в губы и последовал за злюкой.
«Неужели голубые? Вот Амурка попала…» - подумала Катя. А подруга тем временем приняла приглашение на танец от другого парня.
Катя решила передохнуть и вернулась на свое место. Вскоре и Маша с Амурой подсели к ней, чтобы освежиться  «Розовым фламинго».
- У вас свободно? – Рокочущий баритон принадлежал оставшемуся на поле боя спорщику.
- Занято, - машинально ответила Катя.
- Свободно! – хором воскликнули подруги.
Ден по-прежнему нарезал круги вокруг своей блондинки.
- Алекс. – Мужчина представился и сел напротив Кати. Через пять минут за их столиком раздался первый взрыв смеха. Потом – второй…
Алекс оказался очень общительным, хотя и посматривал на окружающих немного свысока. Очень тонко и язвительно он высмеивал кого-нибудь из танцующих, заставляя студенток хихикать до изнеможения. Он что-то рассказывал, флиртовал с Амурой, обжигал неожиданными взглядами черных глаз Машкино декольте, снова рассказывал.
Отсмеявшись, Катя сделала попытку обратиться к подругам:
- Девочки, нам уже пора… Завтра вставать рано.
Они возмущенно уставились на «совесть группы».
- Катенька, - Алекс положил изящную и холеную ладонь поверх девичьей ручки, наклонился к ней через стол, чтобы не перекрикивать музыку, - Катенька, не волнуйтесь, всех домой доставим. Всех развезем. Еще несколько танцев…
Девушке вдруг стало жарко. Оглядевшись, она не обнаружила ни Дена, ни блондинки. Согласно кивнула Алексу и нахмурилась. Предатель Ден! Завтра он свое получит.
Алекс потянул ее на танцпол, обнял и деликатно, но плотно прижал к себе. Чувствовал музыку  он превосходно.
- Катя, давайте поедем ко мне… - раздалось вкрадчиво около ее уха.
- Зачем? – растерянно и удивленно спросила Катя.
Алекс улыбнулся.
- Зачем же вы тогда с девочками заигрывали? Или вам просто все равно с кем флиртовать, с кем домой ехать?
- Я просто наблюдал за тобой, пока с ними общался. Я и подошел-то к столику из-за тебя. Ты необычная. Словно сама себя стесняешься.
Катя поежилась. Странный мужчина. Сразу видно - умный,  дураков она терпеть не могла. И с чувством юмора. И с характером. А какой сексуальный…
- Мы все здесь случайно.
- Нет, подружки твои – они бы здесь ассимилировались за один вечер, если бы возможность была. А ты не отсюда. Не поедешь? Не отвечай, я и так догадался. Но  не простил бы себе, если бы не попытался… А как насчет встретиться как-нибудь. Поужинать, например. Как там сейчас студенты развлекаются? В кино ходят?
- Вы со мной в кино пойдете? Смешно.
- А если на закрытый конкурсный показ?
- На таком мероприятии я вас могу представить.
- А себя рядом со мной? Представляешь?
Катя опустила голову и не ответила. Она представляла. Очень даже. И  не только в кино.
- Кать, у тебя уши покраснели. Ладно, не буду тебя терзать. Поехали, отвезу вас по домам.
Расстроенную Машу высадили первой. Притормозили у общежития. Алекс удержал Катю за руку, не давая выйти за Амурой.
- Катюш, давай, покатаемся?
Почему она кивнула под гипнотическим взглядом?

Черный автомобиль взревел мотором и рванул с места, разгоняясь все быстрее. Ветер, врывающийся в открытые окна, трепал волосы, выбивал слезы из глаз. Бешеная скорость, горящие возбуждением глаза водителя, восторг, распирающий грудную клетку изнутри… Все смешалось в какую-то вакханалию эмоций. Они носились по опустевшим ночным дорогам, закладывая крутые виражи, выжимали  максимум из автомобиля, превратившегося в дикого зверя, пустившегося в погоню за добычей…
Бензин был уже почти на нуле, когда Алекс резко затормозил у круглосуточной заправки, сунул не глядя купюру парню в комбинезоне и без всякого перехода начал целовать Катю так же неистово, как только что вел машину.
Находясь еще на волне сумасшедшей гонки, она ответила не сдерживаясь, не пытаясь контролировать свои действия. Работник заправки уже залил бак и с любопытством наблюдал за страстной парочкой.
Алекс оторвался от припухших губ, медленно тронул машину с места. Бросил мимолетный взгляд в зеркало заднего вида. Усмехнулся.
- Я так и думал.
- Поясни, – она решилась заговорить, лихорадочно собирая в кулак мысли в опустевшей голове, вспоминая о любимых понятиях «логика», «целесообразность», «дозволенность».
- Опыт почти нулевой, но потенциал… если этот огонек подкормить, дровишек подбросить… Стихийное бедствие начнется. Тут пожарный расчет не справится.
- Я, наверное, зря с вами поехала…
- Не зажимайся! Кать, тебе же понравилось! Хочешь гонять – гоняй! Хочешь любить – люби! Живи на всю катушку!
- Нельзя терять голову. Мало ли кому чего хочется.
- Иногда можно. Забудь, что ты умная и правильная… Если очень захочется. Отпусти вожжи и, пусть несут тебя кони…
- Как бы не разбиться…
Алекс нащупал плед на заднем сидении и протянул девушке. Она благодарно улыбнулась, укрылась и стала смотреть в окно. Запоздало испугалась, как далеко заехали – темень, лес какой-то. Наверное, за город выехали. Мужчину это совершенно не беспокоило, он выглядел уверенно и спокойно, словно ехал по Калининскому проспекту, словно и не было недавнего безумства… Его невозмутимость передалась Кате. Страхи отступили, и девушка задремала под мягкую музыку, льющуюся из колонок.

Нежное касание губ вывело ее из сонного оцепенения. Алекс осторожно целовал ее, но не прикасался руками.
- Пора, да? – она обнаружила, что машину стоит у общежития.
- Может все-таки ко мне? Не бойся, ничего не будет… не будет того, чего сама не захочешь.
- Уже светает. Сегодня первый учебный день. Спасибо за прогулку, было здорово… - Катя мысленно уже вышла из машины и будила бабу Дусю – строгую комендантшу Евдокию Петровну. Вот удивится, когда увидит не Амуру, а отличницу Катерину!
- Я тебя найду. – Алекс улыбнулся многообещающе напоследок и уехал.
Катя вздохнула. За весь вечер он ни разу не распустил руки, лишь целовал. Но как целовал. Спасло чудо – убеждение, что впереди ее ждет необычная встреча с тем самым принцем и головокружительная любовь. Они не позволили отправиться с Алексом, а ведь как хотелось. Но собственные принципы гласили: мало ли чего тебе хочется? Думай о последствиях! Да еще Алекс не настаивал, не делал  борьбу с собой еще более мучительной. Гормональный бунт, достойный тинейджера, был с сожалением подавлен.

3.
Утром Катя подскочила раньше звонка будильника. Три часа на сон было очень мало, но многолетняя привычка победила. Оказалось, что не спалось не одной Кате. Машка прискакала к подругам чуть свет и, мешая собираться, потребовала полного отчета о продолжении вечера.
А уже совсем перед выходом заявился Ден с огромным тортом и тремя розочками – по одной для каждой девушки.
- Девчонки… Умоляю, простите… Хотите, на колени встану… Не смог я устоять против Яны. Такая шикарная девица!
- Значит, ты один из нас провел время с пользой и удовольствием. – С завистью заключила  Маша.
- Как, а Роман, а тот рыжий?
- Рома, бросив нашу Мурочку, умчался успокаивать своего нервного приятеля. А второй… Представь, Ден, Алекс выбрал Катюху, а она…
- Прочла ему курс по инженерному менеджменту? – ухмыльнулся Ден.
- Нет. Но сбежала после пары поцелуев. Такой мужик пропал!
- Все было не так… - протестующее подала голос Катя.
- На суде оправдываться будешь, мисс недотрога! Опаздываем!

Влетели в аудиторию вместе со звонком, уселись на последнем ряду поточной аудитории.
- Здравствуйте. Я ваш новый преподаватель. Андрей Павлович Жданов. Любить не обязательно, но внимательно слушать придется. Если заметите, что ошибся – обязательно поправьте. Я, как и вы, сейчас учусь, учусь объяснять понятно то, чем занимаюсь. Постараюсь, чтобы вам было со мной интересно.
- Это будет не просто интересно. Это будет незабываемо…- прошептала Амура. – Иду на «вы».
Воспользовавшись тем, что мужчина отвернулся к доске, она пересела на ряд ближе. К середине лекции она уже восседала за первой партой и преданно смотрела в глаза Жданову.
Катя не могла не узнать в преподавателе вчерашнего противника Алекса, но теперь у нее была возможность рассмотреть его получше. Чуть за тридцать. Стильный ухоженный мужчина из бизнес-тусовки. Дорогой серый костюм на великолепной фигуре. Небрежно расстегнутый пиджак, белая с едва заметным голубоватым оттенком рубашка без галстука. Начищенные штиблеты. Этакий ненавязчивый шик. Идеальная прическа, выбритость. А еще… Было в нем что-то подкупающее, живое. И небольшое волнение пред первым занятием, пробивающееся через броню уверенности. И пытливый взгляд в сторону аудитории: Кто вы? Вам со мной интересно? Мы подружимся?
Вот он повернулся  и неожиданно застиг Мурочку во время очередного перемещения. Улыбнулся уголками губ понимающе, чуть наклонил голову влево и промолчал. Холодок по Катиной спине…
- Катьк, смотри, все девчонки слюнки пускают… - Ден толкнул локтем девушку в бок.
А студентки и, правда, заворожено следили за каждым жестом Жданова.
- Сомневаюсь, что хоть кто-то из них сейчас вникает в смысл его слов. И вообще… Увлекаться преподавателем… Они же, как врачи, существа бесполые. – Кого Катя уговаривала? Себя?
- Кать, обалдела что ли? Это Андрей Палыч бесполый? Глаза открой пошире! – Машка возмутилась до глубины души.
Катя посмотрела еще раз на Жданова и упрямо покачала головой. Автоматом продолжала строчить конспект, не давая мыслям сбиться с экономического направления. Не будет она отвлекаться на этого красавчика. Есть то он есть, да не про нашу честь. Не про Катенькину, точно.
- Кааать. Ну глянь. Как говорит. Как ходит… Картинка!
- Не отвлекай! У кого потом списывать будешь?
- Зануда! Синий чулок!  Молчу, молчу…пиши.

После лекции из аудитории расползались неохотно.
Андрей Палыч сунул под мышку  папочку с парой листков, послуживших ему планом занятия, и,  легко преодолевая ступеньки, направился к выходу, на ходу кивками прощаясь со студентами. Катя не ждала его прощания, просто случайно подняла голову, когда он уже достиг двери. Он и ей кивнул. Улыбнулся и вышел. А ее словно к месту пригвоздили. Разве можно улыбаться – тепло, как доброй знакомой, обаятельно, будто перед ним писанная красавица, интимно, словно вокруг ни души… И сидит Катенька Пушкарева, как дурочка, счастливая… А вдруг он и есть ее принц? Принц ее  приметил, улыбнулся только ей… И еще восьмидесяти студенткам.

Надо ли говорить, что на семинаре Данилкина говорили в основном о Жданове?  Амура спросила у Евгения Максимовича, как давно он знает Андрея Павловича, и старика понесло… Расписал про студента Жданова, который вместе с лучшим другом  Романом Малиновским прогуливал и лоботрясничал… Но сумел взять себя в руки, переломить ситуацию, когда отец заболел. Пришлось ему одновременно учиться и осваивать азы модельного бизнеса. Красного диплома не получил, но сразу по окончанию университета возглавил семейную фирму. Малость наколбасил в начале, а потом… Модернизацию оборудования провел, несколько идей внедрил, и вывел компанию на новый уровень.  Филиалы множились, росли, как грибы после дождя, открывались магазины в стране и за рубежом…
Всем было интересно, но Катя слушала с особым волнением. Воображение рисовало битвы корпораций за рынки сбыта, взлетающие на головокружительную высоту объемы продаж, крахи и подъемы… Почему никто из студентов не видит  чувственную, страстную  сторону бизнеса за сухими цифрами отчетов и балансов? Разве можно зубрежкой разобраться во всех экономических перипетиях?…
В каком интересном мире все-таки живет Андрей! Андрей Павлович. Когда-нибудь и она выйдет в большой мир, и будет учиться на практике тому, что сейчас постигает в стенах университета. Может с простой секретарши начнет… Наберется опыта, пройдет ступень за ступенью все уровни, как в компьютерной игре. Быть может  встанет вровень с такими, как Жданов. Да, Пушкарева, кто бы знал… Наполеоновские планы. Но ни капли тщеславия или карьеризма  в этом стремлении нет. Кого-то в космонавты тянет, кого-то в писатели, кого-то в учителя…
Звонок прозвенел, Катя заторопилась в библиотеку. Надо было получить еще несколько учебников. Но на выходе из кабинета ее перехватили крепкие мужские объятья.
- Алекс! Как ты…
- Прошел через вашу охрану без студенческого? Нашел тебя? Было бы желание… Катюш, ты торопишься куда-то?
- Есть еще дела.
- Отменить сможешь? Я хотел тебя на свидание пригласить, но вынужден улететь в Лондон. Срочные дела. Не проводишь меня в аэропорт?
Он заметил ее волнение и разочарование, как она ни старалась казаться невозмутимой. Эти наблюдения его очень порадовали. Жаль, что надо уехать, завоевание дикого сердечка придется на время отложить. Не хотелось загадывать заранее, чем закончится эта история, но процесс огранки  брильянта обещал быть увлекательным…
Они собирались выйти на лестницу, но Катя вовремя заметила Андрея Павловича, резко затормозила и переждала, пока Жданов поднялся на пролет выше. Не хотелось встречаться с ним, идя под руку с Алексом. Сама удивилась этому непонятному порыву. Уж не влюбилась ли? Что за глупости! Смешно.
В этот раз они поехали на другой машине, тоже дорогой и красивой. Сидели на заднем сидении, отделенные от водителя тонкой перегородкой, прозрачность которой Алекс быстро отрегулировал до непроницаемости. Целовались до одурения, до помрачения рассудка. Этим же занимались и в зале ожидания. Мужчина, наплевав на собственную солидность, зажал студентку в дальнем углу и продолжал сводить с ума умелыми поцелуями.
- Алекс. На нас смотрят.
- Пусть смотрят. И завидуют. Есть время сохранять лицо и заботиться о репутации, а есть время – получать удовольствие от жизни. Я буду вспоминать эти минуты все время, пока буду сидеть на переговорах. Слушать, торговаться, спорить… И думать о твоих губах.
Поправил галстук, нежно провел напоследок пальцем по податливым губам и пошел на регистрацию. Когда отстранился – стал чужим и далеким. Наваждение развеялось. Шла к машине и уже думала о Жданове. А как он ухаживает за девушками? Как целуется?
Водитель отвез Катю обратно, но высадил по ее просьбе за пару кварталов до общежития. Не хватало еще обсуждения ее личной жизни всем университетом.

4.
- Ден, с ней надо что-то делать. Ты слышал, она не реагировала даже на Палыча. Тут что-то не так. – Машка взволнованно теребила пуговицу на рубашке однокурсника.
- А при чем тут я? – пожал плечами парень.
- Поухаживай за ней. Ты же умеешь дать девушке почувствовать себя неотразимой и желанной. Встряхни ее.
- За Пушкаревой? С ума сошла? -  он хотел продолжить, но вспомнил вчерашний вид Катерины. – Хотя… Могу попробовать.
- Ты только не переусердствуй. Немного внимания, чтоб наша спящая красавица проснулась. Но если ты ее обидишь… Маша помахала для наглядности кулачком перед носом приятеля.
- Понял, не дурак. А что мне будет за успешно выполненное задание?
- И не надейся. Что прошло, то прошло.

Катя не стала дослушивать разговор на лестничной клетке.
Машуля в своем репертуаре, заботится о подругах, как может. И  с чего она решила, что Катю надо «будить». Не может она, как Амура и Маша демонстрировать всенародно свои переживания, в том числе и эротические. Но это не значит, что их нет. Да и сама Маша не всегда так уж открыта, вот и про роман с Деном не рассказывала. И про отца Егорки  секрет хранит.
А Жданов… Надо признать, и ее, Катю Пушкареву проняло. Писала конспект, поглядывала на спокойного Андрея Палыча и вспоминала, как он бушевал в клубе. Такой разный… Такой… Президент модного дома, наверное, не успевает отбиваться от моделей, да и среди светских львиц нарасхват идет. Так что не стоит голову себе забивать. Этого не может быть, потому что не может быть никогда!

Амура наконец-то проявила интерес к учебе. После каждой лекции задавала Жданову вопросы, готовилась, чтобы не выглядеть глупой. Даже обзавелась очками с простыми стеклами для солидности.  Препод отвечал подробно и дружелюбно, но старательно обходил все попытки студентки к сближению.
- Непрошибаемый… - стонала Мурочка после очередного провала миссии завоевания. – Может, голубой, а? В модной тусовке это распространено. И эта их дружба с Ромочкой…
- Это сейчас везде распространено,– подтвердила Машка. – А давай за ним последим. Где живет, чем занимается, с кем еще дружит.
- Девочки, оставьте человека в покое. Вам что, парней не хватает?
- Это дело принципа, Кать! Мы же не замуж за него хотим! Просто узнать, каково с таким классным мужиком быть… Офигительно, наверное!
- А я бы и замуж не отказалась. – Маша взгромоздила сапожки на шпильках на столешницу. -  И стала бы королевой всея российской моды Марией Ждановой.
- Ага. И сама золотая рыбка была бы у тебя на посылках… - подсмеивалась Катя. – Тему для курсовика выбрала? Вылетишь с третьего курса и будешь всю жизнь рассказывать: «когда я училась в университете…»
- За-ну-да! – отчеканила Маша. Повернулась к Амуре и стала разрабатывать план операции «Узнать все».
Катя наклонилась над учебником. Зануда, да. Поэтому и удается отгонять непрошенные мысли  об Андрее Павловиче. Воображение рисовало идеальный образ, а рассудок твердил – ты о нем ничего не знаешь, видишь одну внешнюю оболочку… Нельзя влюбляться в неизвестно кого, не разобравшись… К тому же, зная, что он тебя никогда не заметит, не выделит из общей массы студентов. Так же вот млела в школьном возрасте по Абдулову после первого просмотра «Обыкновенного  чуда» -  сладко, волнительно и  безнадежно… Ничего, прошло.

Через несколько дней подвели итоги. Из Инета и стопки глянцево-журнальных статей выяснили все про семейство Ждановых и про «Зималетто». Про недавно закончившуюся историю отношений с Кирой Воропаевой, элегантной высокомерной блондинкой. Узнали, в какой тренажерный клуб ходит, в каких барах бывает вместе с Малиновским. А особенный восторг вызвал тот факт, что он снимал квартиру в том же доме, что и Маша. И, естественно, не стандартную однокомнатную, а самый, что ни на есть пентхауз.
Маша и Амура строили коварные планы, обсуждали подробности жизни Жданова, и Кате приходилось волей-неволей проникаться этими подробностями. Отговаривать подруг она уже перестала, да и в успех их действий не верила. Призывала вернуться к учебе, но уже без былого энтузиазма. Незаметно втянулась в ежедневное прослушивание новостей, будто сериал просматривала. Складывала в памяти кусочки информации в картинку-пазл, дополняла воображаемый образ новыми чертами.
Но девочки не собирались останавливаться на достигнутом. Точнее, на недостигнутом… Записались в спорткомплекс - два раза в неделю сеанс в тренажерном зале плюс бассейн для Кати. 
Воду Катерина обожала с детства, несмотря на то, что шесть раз тонула в возрасте с девяти месяцев до десяти лет. Первый раз бабушка в руках не удержала, когда волна накрыла ее с головой и бросила на острые камни. Отец выловил сокровище так быстро, что малышка и не поняла ничего. Была и другая история – Катя, Елена Александровна и тетя Люда шли на озеро купаться. Пока женщины заболтались, подошли к воде – на песке платьице, трусы, сандалии, а по поверхности озера – пузыри… Тетя Люда Катю  за волосы ухватила и вытащила.  А совсем анекдотичный случай на даче произошел. На прогулке Катенька за бабочками бегала вдоль кромки пруда, споткнулась и упала. Голова в воде, ноги на берегу… И смех, и грех. Как она так быстро успела нахлебаться воды…
Закончилась эпопея с утоплениями на юге. Кате уже десять исполнилось, а Верочке – одиннадцать. Подружились они на пляже, быстро выяснили, что одна с Забайкалья, а другая с Магаданской области и на большой земле бывали не часто. Шалили в воде, играли в «Баба сеяла горох...». Родители уже оделись, Валерий Сергеевич строго расхаживал по берегу и звал дочь. А Катя прыгала на волнах, взявшись за руки с Верунчиком. Вот после очередного «И сказала - Ох!» и приседания девочки выпрямились и обнаружили, что над головой не небо, а пласт воды. То ли до ямки допрыгали, то ли еще что… Вера поплыла к берегу, а Катя прыгнула вверх, ухватила глоток воздуха и снова погрузилась… За этот короткий прыжок она успела увидеть растерянное лицо папы, который кинулся стягивать дрожащими руками спортивные штаны. Она так удивилась этой его растерянности, страху в глазах, представила, как ей попадет за непослушание, замолотила руками по воде и от ужаса …выплыла.
С тех пор любовь к плаванию окрепла. Из-за бассейна Катя и согласилась поддержать походы в спортклуб. А не из-за возможности лишний раз увидеть Жданова.

5.
Пару раз сходили, позанимались в свое удовольствие, но никого не встретили… А в среду им повезло – едва расселись на тренажерах, появился Жданов. Катя крутила педали и слушала музыку на плеере, не обращая внимания на то, что Маша бежала по беговушке  с раскрытым ртом, а Мурочка крутила обруч с такой яростью, будто от этого зависела ее жизнь. Проследила за взглядами девчонок и сама забыла, что сказать собиралась. Он тут! Совсем рядом!
Андрей Палыч сидел на тренажере, крепко ухватив  ручки и с усилием сводя их к груди. За спиной вверх-вниз скользил подвешенный груз.
Амура перешла на шагоступ. Катя пересела на наклонную доску, закрепила ноги вверху, зажмурила глаза, чтобы не таращиться на мужчину, и стала качать пресс. Но нет-нет, да приоткроет глаз, глянет на мощный торс, на первобытный танец напряженных мышц, на капли пота на высоком лбу. Хочется подойти, отереть лоб рукой, поправить слипшиеся прядки… Жданов и со штангой приседал, и со скакалкой прыгал, и… Катя не стала ждать, пока начнет слюни пускать, как Маша с Амурой. Перекинула полотенце через плечо, пошла в душ, а затем в бассейн.
Проплыла шесть раз туда-обратно в быстром темпе, но не успокоилась. Заметил ли он ее? Девочки вели себя почти неприлично… Вдруг подумает, что они сумасшедшие. И она, Катя, в том числе.
Поднялась на маленькую вышку, прыгнула, потом со средней. Как же ей нравилось ощущение полета, когда страх щекочет нервы, душа просит свободы, риска, волнения, а внизу манит бирюзовый прямоугольник бассейна… Забираясь  на самую большую, обнаружила, что в пустом бассейне появился зритель. Без очков не разобрала кто, застеснялась, но все же красивой ласточкой вошла в воду… вынырнула, отдышалась и снова шесть раз туда-обратно. Уцепилась за бортик, чтоб отдохнуть, а сверху кто-то прыгнул в воду мощным снарядом. Почти без брызг. Вынырнул и поплыл в ее сторону. Катя близоруко сощурилась, пытаясь навести фокус но,  рассмотрев черноволосую голову, запаниковала, быстро оттолкнулась от бортика и под водой рванула на другую сторону бассейна. Там вылезла и бегом в душ.
Устроила себе контраст – лед-кипяток-лед-кипяток. А потом сообразила, что дверь в сторону бассейна не заперта. Конечно, Андрей Палыч не пойдет в женский душ, он же не маньяк… А вдруг дверью ошибется? От таких мыслей Катерину из душевой, как ветром сдуло. Кое-как досушила волосы, вышла из клуба, а Жданов машину открывает. Хотела юркнуть незаметно за колонну, но нелегкая принесла Дена.
-Кать!
«Кричит, как оглашенный», - сердито подумала Катя.
«Выполняет Машкино поручение. Ишь, примчался на мерсе встречать… Надеюсь, Жданов не обратил внимания на его вопли и на мою скромную особу. Какое ему дело до меня. Нет, сюда я больше не ездок. Карету мне, карету…
Неет, это неправильные пчелы и они делают неправильный мед. Неправильные реакции правильной и  вроде бы приличной  девушки. Ничем я от Амурки и Маруси не отличаюсь… А бедный Жданов и не подозревает, какой ажиотаж вызвал среди третьекурсниц… Оно ему и даром  не нать… и с деньгами не нать…»

Катерина решила бороться с проявлениями непозволительной слабости. Не было в ее планах влюбленности. Не хотелось голову терять – ведь вышла уже из возраста, когда девочки грезят о своих учителях.
На лекциях садилась на самый последний ряд, подальше от Жданова. В спортклуб ходить не перестала, просто сменила время. Как-то пересеклась с преподавателем у входа, но удачно замаскировалась высоким поднятым воротником куртки. Погрузилась в учебный процесс с головой. Ден просил помочь ему по нескольким предметам,  и Катя согласилась, хотя снова заподозрила его в выполнении Машиного наказа. Но пока парень не проявлял никаких агрессивных действий в ее сторону, Пушкарева вела себя адекватно,  подтягивала отстающего с первозданным рвением отличницы.

Жданов дружит с  Виноградовой! Ошеломительную новость озвучила Мария. Юлиана Виноградова так же, как и Андрей Палыч, читала краткий курс маркетинга в качестве приглашенной звезды. Всегда веселая, строгая к лентяям, хорошенькая, одетая со вкусом и с неизменным зонтиком-тростью, служащим традиционно  мишенью для острот. Катерине она раньше нравилась, а теперь… Сразу возникло много вопросов: Что значит дружит? Насколько тесно? Откуда сведения? Почему стало вдруг так грустно? Неужели она… ревнует?
Источников оказалось несколько. Машка, усиленно гуляющая с соседской собакой у подъезда, подкараулила момент, когда Виноградова приезжала в гости к Андрею. Видела, как он провожал ее до машины.  Денис рассказал, что Ждановы и Виноградовы дружат семьями давно. И Юлиана росла вместе с Андреем Палычем и Романом Дмитричем. Причем о своем информаторе с загадочным видом умолчал.
Катя слышала, как Амура шептала Маше про роман Дена и Виноградовой и не торопилась верить. Но еще Амура планировала выбраться всей компанией в область, на пикник с условием, что Ден пригласит Юлиану, а та захватит Андрея. Ничего хорошего из этой затеи получиться не могло… Катя чувствовала спинным мозгом, что ей нельзя отправляться с ними.
Но до пикника еще было как до Луны, а у подружек созрела новая идея. Розыгрыш. Одна из них переодевается до неузнаваемости и идет в бар. Знакомится со Ждановым, флиртует. Потом сматывается. Они хохотали до изнеможения над разыгранным представлением – Маша изображала Жданова, а Ден – кокетливую девицу. Основной целью было все-таки выяснить ориентацию Андрея Павловича, который по-прежнему не поддавался никаким заигрываниям, и не был замечен внимательной слежкой с дамами. Что-то неясное тревожило Катерину в спектакле – не хотелось смеяться над Андреем, да и ревновала она заранее любую, кто пойдет с ним в бар.  Но вердикт компании убил ее наповал. Идти – ей!
- Кать, мы ему уже глаза намозолили… Я на первой парте сижу, вопросы задаю.
- А я у подъезда караулю… Не Дена же переодевать? А ты сидишь на галерке тихонечко, ни слуху  ни духу… Он и не узнает тебя.
- Нет. – Твердо ответила Катя. – Не пойду.
- Кааать. Неужели тебе неинтересно – голубой он или нет?
- Катюх, а не любопытно, как он на тебя отреагирует? Вдруг клеить начнет? Вот прикол, а?
- Катенька, давай попробуем изменить внешность, если сама себя не узнаешь, то, может, все же решишься…
На эксперимент Катя  согласилась. И переодевшись, накрасившись под руководством Амуры, действительно, себя не узнала. А дальше предательские мысли начали закрадываться в голову. Что, если… Совсем ненадолго. На десять минут. Просто посидеть рядом. Поговорить. С НИМ поговорить. Какой он в непосредственном общении? Доброжелательный? Надменный?  Обаятельный?… Сможет ли она заинтересовать его? Или он даже головы не повернет в ее сторону? Чем она рискует? Ничем. В крайнем случае, развеется образ кумира, и она сможет спокойно учиться дальше. А вдруг, наоборот, влюбится? Вот это вряд ли.
Соблазн был слишком велик. И когда однажды позвонила Маша и сообщила, что Жданов отправился в бар, Катя молча села в кресло и отдалась в руки личного стилиста – Амуры.

6.
Через полчаса, она вышла из машины Дена у «Эльдорадо», и на негнущихся ногах вошла внутрь.
Черный парик-каре немного изменил овал лица. Яркий вечерний макияж, дорогая бижутерия придали резкости чертам. Под короткой кожаной курточкой пряталась кофточка, открывающая плечи. Короткая юбка, отвоеванная у Амуры вместо Машкиных набедренных повязок, сапожки-чулки на платформе выставляли на обозрение точеную фигурку женщины-вамп.
«Хорошо, что родители не видят. Путана, да и только» - Катя облокотилась на стойку и растерянно огляделась. Жданова нигде не было видно. «Опоздала. Рвем когти, как говорит Машка».
- И кто это у нас тут такой хорошенький?
Девушка повернулась на голос и выдавила из себя улыбку. Громила неопрятного вида стоял позади нее и ухмылялся.
- Что дама будет пить?
- Дама с нами, прости приятель. – Мужчина в смешном джемпере с белочкой взял Катю за руку и повел вдоль стойки, имеющей форму подковы.
- Роман. Мой друг – Андрей. – Малиновский улыбнулся и показал на высокую табуретку, - присаживайтесь…
- Ивон. – Брякнула вдруг  Катя. – Можно Иванна или  Жанна.
Жданов оторвался от стакана, посмотрел на нее внимательно и снова вернулся к созерцанию спокойных вод цвета виски.
- Вам не жарко, Жанночка? – Рома вился вокруг девушки, хлопотал личиком, заботливо потянул курточку с плеч. Катя отдала ему куртку, вскарабкалась на табурет, закинула ногу на ногу. Жданов не реагировал. Тогда она от досады решилась на большее, с вызовом провела пальчиком вдоль края кофточки – от плеча до плеча. Рома моментально воспламенился, начал сыпать комплиментами. А Андрей лишь спросил:
- Что будешь пить?
Катя наморщила лобик и выдала - То же, что и вы!
Ну не знала она ни одного названия коктейля…
- Три виски!
Ей показалось, или он усмехнулся? Миссия завлечения провалена. Оставалось не ударить в грязь лицом, завершить разговор и бежать. Где-то на улице ее ждут в синем Мерседесе коварные подруги… как она могла согласиться? Все шло не так, как представлялось.
Под пытливым взглядом карих глаз схватила стакан, глотнула, поперхнулась… Опьянение почувствовала почти сразу. Посмотрела в упор на Жданова.
- Еще?
- Нет, спасибо! – Вышло слишком торопливо.
- Ивон, ты носишь цветные линзы? – Роман пытался обратить на себя внимание дамы. Она ответила, не поворачивая головы:
- Нет. Прозрачные.
Слова Андрея прозвучали неожиданно:
- Удивительно, но сейчас твои глаза кажутся фиолетовыми...
Роман обнял друга за плечи.
- Мне кажется, или я чужой на этом празднике жизни? А поеду-ка я домой, отосплюсь после командировки. Отчет завтра предоставлю, лады?
- Ивон, будьте с моим другом помягче… Его  уже второй месяц осаждает орда безумных от страсти студенток…
Поцеловал Катину руку в середину ладошки. Она пропустила и поцелуй и исчезновение Малиновского.
«Да, именно так. Орда безумных студенток. И я среди них, какой ужас».
- Мне, пожалуй, пора… - сказала неуверенно и замерла. Отпустит? Попросит задержаться?
- Приятно было познакомиться,  – он пожал плечами, замолчал.
Катя была готова разрыдаться от облегчения и разочарования. Накинула куртку, покачнулась, нечаянно смахнув на пол пустой стакан. Заторопилась на улицу, вдохнуть прохладного вечернего воздуха.
Синего Мерседеса видно не было.
- Девочка, ты не заблудилась? – Катя недоуменно уставилась на подошедшую девицу гренадерского роста.
- Здесь наша территория, убирайся подобру-поздорову…
- А то полетят от меня клочки по закоулочкам – машинально  выдала Пушкарева и вздрогнула. Гренадерша зачем-то начала засучивать рукава. Это было уже чересчур. Столько потрясений за один вечер для такой тихони.
Черный Porsche остановился прямо перед ними.
- Дорогая, тебя уже и на минуту нельзя оставить одну! – с чувством продекламировал Жданов через опущенное стекло.
- Уже иду, милый! – Катя смерила презрительным взглядом девицу и уселась на переднее сиденье. – Поехали, мама уже, наверное, устала с нашими шалопаями.
Отъехали пару кварталов и начали хохотать.
- Спасибо вам большое! Я чуть со страху не умерла. – Катя радовалась счастливому окончанию приключения.
- В следующий раз, ведите себя осторожнее. – Андрей снова стал серьезным. -  Ведь ты же не девочка для развлечений,... Ивон.
- А кто же? - Катя ощутила, как по ее спине пополз холодок.
- Легкомысленная девочка, вырвавшаяся из-под родительской опеки. Насмотрелся я уже вот на таких, как вы маменькиных-папенькиных дочек. Пускаются в приключения, не понимая, чем им это грозит. Потом расхлебывают полжизни.
- Ой, какие мы моралисты! – вдруг вспыхнула Катерина.
- Я уже давно взрослая и самостоятельная. Живу сама по себе, хожу куда хочу. Вас спросить забыла, добрый дяденька.
- Тогда, может, ко мне заедем? – он наклонил голову так, как часто делал это на лекциях, и девушка «поплыла».
- Что скажет взрослая и самостоятельная? Испугалась? – ждал ответа с интересом и усмешечкой.
- А поехали! – Катя залихватски тряхнула головой. «Мама, что я делаю… Дура набитая, во что ввязываюсь. Мало мне всего сегодняшнего?»

Жданов казался немного удивленным. Ехали молча до самого дома.
У подъезда пытливо заглянул в лицо.
- Не передумала?
Обнял девушку за плечи, повел в дом.
Как же  она потом жалела, что не воспользовалась последним шансом…

Квартира поражала просторностью и дороговизной обстановки. Все в цвет, все в едином стиле…
- Наверное, психоаналитика хорошо платят?
       - Интересуешься аппаратурой?
- Техника у тебя – супер.  Вот ща наклофелиню тебя и унесу, что подороже. – Сама не понимала, что за чушь несет.
- Тогда возьми домашний кинотеатр. Плазменную панель не унесешь, тяжелая.  Ноутбук не бери, старая модель.  Мобильный и дорогой и легкий. Часы. Кофейку выпьем? С коньячком? Музыку поставь пока.
Он ушел на кухню, загремел чашками. Катя перебрала диски и поставила случайно затесавшийся в подборку диск Фабрики звезд. Надо было соответствовать образу. Девица на диске низким голосом затянула:

Догоняла –ю-ла-ла
Догоняла я тебя,
Догоняла, догоняла
И догнать не смогла…
Я стучалась так отважно
В дверь твою, что было сил.
И не важно, что мне важно,
Что ты дверь открыл…
Why…
Птицы в небе,
Why…
Рыбы в море,
Why…
Ты – во мне…
Why…
Птицы в море,
Why…
Рыбы в небе,
Why…
Ты – во мне…
Why…

Хозяин вернулся с белоснежными чашками. Катя понюхала ароматный кофе, раздумывая, пить или не пить. К виски еще и  кофе с коньяком. Она сегодня попробует все разновидности крепких напитков. Текилу, водку и самогон. Нет, самогона он у себя в баре не держит…  Нехитрая песня продолжалась, удивительно ложась на Катино настроение…

Убегала –ю-ла-ла
Убегала от тебя,
Убегала, убегала
Убежать не смогла…
Я захлопнула отважно
Эту дверь, что было сил.
И не важно, что мне важно,
Что ты дверь закрыл…
Why…
Птицы в небе,
Why…
Рыбы в море,
Why…
Ты – во мне…
Why…
Птицы в море,
Why…
Рыбы в небе,
Why…
Ты – во мне…
Why…
"Бежать. Бежать отсюда со всех ног, без оглядки... Или плюнуть на все свои дурацкие принципы... Остаться. Один раз. Без имен и обмена телефонами."
- А я ведь пьяная, – протянула вслух.
- Домой отвезти, или… ? – спросил испытующе,  – как тебе перспектива - провести ночь с незнакомым мужчиной?

7.
- Домой отвезти, или… ? – спросил испытующе,  – как тебе перспектива - провести ночь с незнакомым мужчиной?
- Почему с незнакомым? То есть, мы же уже часа два знакомы.
Он поставил другой диск и пригласил девушку на танец. Положил руки на ее спину, погладил сверху вниз, задержался пониже поясницы…
- Остаешься? – вдруг осип и заволновался. Ощущение, что она на экзамене не покидало Катерину.
Никогда она не оставалась вот так  наедине с мужчиной, особенно с тем, в которого была влюблена. Влюблена!  Нашла время себе признаваться. И место.  А что делать? Остаться? Он же смеяться будет. У нее опыта – нелепых полторы минуты с другом детства Колькой, да поцелуи с Алексом… Придумать отговорку и смыться?  Руки на ее спине такие горячие. И взгляд обжигает… Пусть несут меня кони… Внутри все дрожит, сердце колотится… Надо сосредоточиться и придумать… придумать…  Не могу!
- Чего не можешь? – шепот над ухом заставил вздрогнуть. Как там еще Алекс говорил? Про костер и про дровишки… Надо бы водой огонь заливать, а она не мешает Андрею подбрасывать дрова и раздувать пламя. Горячие губы на шее. Кофточка приспущена ниже…
- Отпустим их на волю? – Катя не понимает вначале, о чем он. Только после того, как остается раздетой по пояс, соображает, ЧТО именно он отпустил  на волю.
- Я так не могу.
- Что тебе мешает?
- Я… я так не привыкла. Мне бы… травки покурить. – Стонет от собственной глупости. Натягивает кофточку на грудь.
«Пушкарева, ты ничего другого сочинить не смогла? Или вошла в образ юной прожигательницы жизни?»
« Сочинишь тут, полураздетая, потерявшая голову…»
- Травки нет. Но… - он исчезает на кухне и возвращается с малюсеньким белыми пакетиками. – Это будет покруче. Будешь?
«Ну и что? Выставила себя идиоткой! Отступать или продолжать?» Кураж прошел, от страха «колбасило» не по-детски.
Он присел на пол, открыл пакетик, высыпал содержимое на журнальный столик. Разделил кредиткой на две ровные кучки, пригласил жестом к пиршеству.
Катя себя сегодня не узнавала. И не потому, что переоделась, а потому, что Ивон поступала так, как никогда в жизни не поступила бы Екатерина Валерьевна Пушкарева.  Присела в кресло, наклонилась, вдохнула из одной кучки. Чихнула несколько раз. Потянулась к сидящему рядом на корточках Андрею. Тот зачем-то тронул пальцем  оставшийся порошок, слизнул крупинки. Изумленно посмотрел в затуманившиеся глаза девушки. А у Катерины уже все плыло, все кружилось перед глазами. Она сама поцеловала его, опустилась на колени рядом и закинула руки ему на плечи. Он все медлил, а она… Потянула рубашку вверх, скользнула под нее руками. И вот тут его прорвало.
Торопливое, несколько суетливое раздевание и медленно тающие  нежные поцелуи на коже… Он был везде и сразу. Только что ласкал грудь – и вот уже оглаживал бедра, изучал губами  шею и тут же восхищался округлостями ягодиц… Теребил, гладил, ласкал, покусывал, щекотал, скользил, проникал… Овладевал жадно, стремительно, неторопливо, яростно… Любовался отражающимися на ее юном лице ощущениями, замирал, чувствуя приближающееся наслаждение, восторгался ее отзывчивостью и сбившимся дыханием,  последующим безволием, расслаблением, утомленным и благодарным взглядом, брошенным из-под длинных ресниц.  Радовался ее удивлению, когда продолжал игру, подмечал зарождающееся вновь желание, ее неуверенность и попытки ответить столь же смелыми ласками. Уносился в ней вместе в неведомые дали…

Андрей не шевелился уже почти час. Катя залюбовалась тем, как он улыбался во сне, стиснув подушку. Самый красивый. Самый сексуальный. Нежный… А она… Что же она натворила! Раньше у нее была маленькая надежда, что Андрей заметит ее, Катю Пушкареву,  маловероятная, недосягаемая мечта. Теперь она не сможет показаться ему на глаза, постоянно будет помнить этот нелепый розыгрыш и бояться, что он раскроет  секрет Ивон. Что он тогда о ней подумает? Что думал сегодня весь вечер? Потрясающий вечер…

Тихонько поднялась, стала собирать свои вещи. Поправила сбившийся, несмотря на уйму невидимок парик. Надела куртку, юбку, сапожки. Остальное сгребла в кучу и прошмыгнула за дверь. Бегом, вниз по  лестнице, к спасительной Машкиной двери… Нажала на кнопку звонка, привалилась к стене и заплакала.
- Какого черта!... К-а-ать? - Амура открыла дверь, сняла палец со звонка и завела подругу в комнату.
- Кать ты, чего? Мы тебя ждали-ждали… Зашли внутрь – вас нет. Катюнь, он к тебе приставал? Боже, в каком ты виде! Кать, не молчи! – Маша тараторила без остановки, а Мурочка, наоборот, молчала и вглядывалась в Катино личико.
- Я сделала это! – Между всхлипами произнесла Катя. – Я сделала это.
- Кать, ты что, убила Жданова? – округлила глаза Тропинкина.
Но  Катерина продолжала долбить одну и ту же фразу – Я сделала это…
- У нее истерика.- Амура притащила стакан воды. – Пей, Катюш.
А Катя, обхватив руками голову, раскачивалась из стороны в сторону и повторяла – Я сделала это… Я сделала это… Я сделала это…
Машка собралась с духом и залепила девушке две пощечины. Катя моргнула и спросила:
-  Ты чего дерешься?
- Слава богу. Катька, давай, рассказывай, во что вляпалась?
- Да ничего особенного. Пошла в бар, выпила виски, кадрила своего преподавателя… Чуть не подралась с проституткой, принявшей меня за конкурентку. Поехала домой к малознакомому мужчине, пила кофе с коньяком, танцевала, нюхала кокаин, занималась сексом.
- Жданов тебя наркотой угощал? Ни фига себе! – Машка даже рот раскрыла. – И секс, говоришь, был? Значит, не голубой. По крайней мере, бисексуал. И как он?
- Маша, ты не о том говоришь. Спроси лучше, как Катя, – укорила Амура и стала разбирать клубок одежды.
- Как низко я пала. – Продолжала размышлять вслух Катя. – Я теперь еще и наркоманка, да?
Амура протянула пустой пакетик, который нашла среди вещей.
- Если он тебя из этого пакетика угощал, то не наркоманка.
Маша сунула палец в пакетик, потом облизала.
- Сахарная пудра…
- Пудра? – переспросила Катя,  - а как же…?
- Самовнушение, - мягко ответила Амура.
- Катька! Первый раз в жизни решила переспать с мужиком, который нравится, так на тебе! На наркотики свалила! Уж имей совесть признаться, что просто не устояла…
- Он на меня ТАК смотрел, когда я нюхала. И когда чихала. И когда забалдела и сама стала на шею вешаться… А он все смотрел и ждал, что я сбегу.  Да он меня  весь вечер провоцировал, пугал… Хотел на путь истинный наставить. Ду-у-у-ура несчастная.
Машка начала давиться от смеха, представляя похождения Катерины. Амура погладила Катю по голове, плечам.
- Катюш, тебе понравилось? Покраснела, значит, да… ну и не переживай. Все, что ни делается, все к лучшему.
- Кать, ну расскажи в двух словах, как он… - Маша жаждала подробностей. - Пугал, пугал, да сам увлекся?
- В трех могу. Темперамент. Нежность. Опыт. – Вздохнула. – Я сегодня на занятия не пойду. Сразу себя выдам. А что, если в академический отпуск уйти?
- Ага. В декретный. Вы хоть предохранялись?
- Кажется, да. Лучше на другой факультет перейти.
- Так. Глупости перестань говорить.  Вот тебе две таблетки от всего самого невозможного. Успокоительное и снотворное. Ложись, отдыхай. У тебя выходной. Мы после занятий приедем, проверим твое самочувствие. Всем спать! – Амура раздала приказы и сама отправилась на боковую.
После таблеток Катя погрузилась в забытье. Она не слышала, как ушли в университет девочки. Не слышала, как кто-то долго и настойчиво звонил в дверь. И ничего ей не снилось.

Проснулась под вечер с тяжелой головой, заполненной  безрадостными думами.
Загнала себя в ловушку. Теперь придется вспомнить о волевом Пушкаревском характере и держать удар. Лучше бы она раньше вспомнила о нем. Не пришлось бы сожалеть и казниться. Сожалеть? Пожалуй, все же нет. Казниться – это всегда пожалуйста. У нее же первый взрослый разряд по самоедству. Как пережить этот семестр?

0

2

8.
Собралась и поехала в общежитие. Чего разлеживаться, надо конспекты переписывать. Да еще по английскому эссе закончить. Все, отныне – учиться, учиться и учиться… Как наказывал Валерий Сергеевич Пушкарев. Это вам не Ленин, отец ежели что, такое устроит – Великая и Октябрьская детским утренником покажется.
Кате захотелось домой, к родителям. Столько лет они кочевали по стране, долго жили в Забайкалье, выйдя в отставку перебрались в Ленинградскую область… Менялись города, гарнизоны,  квартиры, но дом всегда был там, где запах маминых пирожков, где строгий отец заставлял по утрам делать гимнастику и закаливаться, где ее всегда любили и ждали. За широкой папиной спиной, под заботливым маминым крылышком тепло и уютно. Не надо ничего решать, нет соблазнов, все просто и ясно. От этой безмятежной жизни Катя и сбежала в шумную Москву, в большую и яркую жизнь. Сбежала, да сама не изменилась – в душе все такая же маменькина-папенькина дочка, правильно Андрей сказал. Но видимо и на нее начало действовать столичное безумство и отсутствие родительского контроля.

На следующий день подруги торопились на занятия и ворчали:
- Хоть бы учебу отменили… Погода такая, что в аудитории не усидишь.
- Кто бы бомбу подложил, что ли? Давненько эвакуаций у нас не было…
И Катя впервые соглашалась с девочками. Ей совершенно не хотелось на лекцию, но поточка с каждым шагом стремительно приближалась. У двери она затормозила, собираясь с духом, и почувствовала толчок в плечо. Андрей Павлович  торопился на занятие, разогнался, чтобы успеть до  звонка, попытался обойти резко остановившуюся девушку, но все же задел симпатичное препятствие.
Они вскинула на него испуганный взгляд и спрятала в карманы задрожавшие руки.
- Извините, ради бога… Сильно ушиб? – Он осторожно дотронулся до ее плеча. Катя вздрогнула, а он решил, что это боль от прикосновения к синяку.
- Простите… Что же вы не заходите? – Вежливо пропустил ее вперед. Катя шагнула в аудиторию и плюхнулась на скамью рядом с Денисом, который тут же привычно чмокнул ее в щеку.
Жданов как-то странно посмотрел на них и заспешил вниз, к доске.
«Фууу. Не узнал…» - пронеслось в ее голове. И тут же заморгала, прогоняя непрошено закипевшие слезы.-  «Слепой дурак!»
- Кать, ты чего? – Денис толкнул ее локтем в бок. – Ты забыла меня стукнуть, юная склеротичка…
- А, потом… - вяло отмахнулась Пушкарева. – Подкоплю и поколочу за все сразу.
Жданов что-то рассказывал, а Катя смотрела в окно. Действительно, начавшийся октябрь оказался удивительно теплым. Листья еще не все пожелтели, а ведь должны были уже осыпаться… Сейчас бы в парке погулять… Перевела взгляд на преподавателя. Он сегодня впервые пришел не в костюме, а в джинсах, тонком джемпере с воротником под горло и пиджаке. Решил перейти на демократичный стиль, наверное? Захотел выглядеть моложе, быть ближе к студентам, после того, как доказал свою солидность. Сейчас она не дала бы ему и тридцати. Вздохнула,  начала все-таки записывать, оставив пустой первую страницу.

За неделю Катя несколько успокоилась, переживала все, что с ней случилось уже не так остро. Но о том, чтобы совсем забыть и речи не шло. Да и как тут забудешь, когда четыре раза в неделю по полтора часа перед глазами маячит живое напоминание.
Настоящим спасением от мысли «Что же я наделала?» оказался вернувшийся Алекс. Затянувшаяся на пять недель командировка не мешала ему писать Кате письма на «мыло», с юмором расписывать свои заграничные мероприятия, сетовать на разлуку… Вернувшись, он стал ухаживать за девушкой: то в театр пригласит, то на концерт.  Для него как будто и не было расставания. Уезжал – положил эмоции на полочку рядом с телефоном в прихожей… Вернулся – нашел на том же месте. И не замечал, что Катя немного изменилась. Или замечал, но приписывал эти изменения своему влиянию? Отметил лишь, что она не идет на сближение, не горит желанием остаться с ним наедине, стесняется отвечать за поцелуи и объятья… Но и этому нашел объяснение – отдаление произошло из-за так некстати случившейся поездки в Лондон. И, как человек не слова, а дела, тут же наметил план преодоления отчуждения и завоевания Катеньки.
Самая первая встреча состоялась рано утром у входа в учебный корпус. Катя  успела отпрыгнуть от эффектно разворачивающегося кабриолета, но почти сразу оказалась стиснутой в стальном, но очень теплом кольце рук Алекса. Искренне обрадовалась его появлению, взвизгнула, разулыбалась, чмокнула в щеку от избытка чувств. После лавины обрушившихся ответных поцелуев и вручения охапки нежно-кремовых роз девушка пообещала кавалеру вечернее свидание и побежала на лекцию. Цветы отвлекали ее от конспектирования, распространяли благоухание, сбивали с серьезного настроя. Ден замучил с расспросами, некоторые студенты нет-нет да оборачивались, смущая прячущую улыбку Катю любопытными взглядами. Жданов недовольно морщился, но замечание делать не стал, ведь приносить цветы на урок не запрещалось…
Вечером Алекс заявился в общежитие, дожидаясь Катерину, покорил обхождением  Евдокию Петровну. Та два раза позвонила в комнату девочек, чтобы поторопить Пушкареву, хотя Алекс ее об этом не просил. После посещения выставки современной фотографии они перекусили в новом кафе на Молодежной, снова катались на машине. Как и в первую встречу, Алекс начал жадно и неистово целовать Катю, но почти сразу осознал, что что-то не так. Не вспыхивал огонек, не открывались послушно навстречу губы.
«Отвыкла, смущается», - подумал он. – «Но ничего, как отвыкла, так и привыкнет». Не стал настаивать, а уж тем более -  заходить дальше.
И со следующего дня начал регулярные посещения Кати Пушкаревой. Ни на чем не настаивал и впредь. Ждал, когда она почувствует себя с ним комфортно, перестанет дичиться. Иногда, когда у Кати не было времени на свидание, а такое случалось не раз, ведь она училась в университете не абы так, только на отлично, так вот, в таких случаях Алекс просиживал в Катиной комнате, наблюдал, как она готовит очередное задание, варил ей на студенческой кухне кофе к принесенным им же круассанам. Курил с Амурой на лестнице, слушал ее гадания, терпеливо ждал паузы в Катенькиной учебе. Быстро добился желаемого – Катя приняла негласно его в круг друзей, перестала недоверчиво сторониться, но и толика волнения в отношениях ушла. Алексу самому было удивительно: с Катенькой ему оказалось интересно и ново, а то, что она не поддавалась вот так уж сразу его обаянию, этот интерес подогревало. Раззадорила его, включила в процесс охоты – тихой, ненавязчивой, но все же охоты, а сама невинно хлопает глазками, не понимает, чего от нее хотят. Или прикидывается, что не понимает? И ни капли кокетства, свойственного ее полу…
О предстоящем пикнике Алекс узнал не от Кати, она о  событии и думать забыла. Проболталась Амура. Состав планировался  неизменный – Амура, Маша, Катя и Денис.  Мужчина тут же стал набиваться в компанию, справедливо полагая, что в нестандартных обстоятельствах  их отношения с Катей могут скорее перейти на новый уровень. Вот так и вышло, что Алекс отправился на пикник вместе со студентами.
Выбор места Катю очень удивил – какая-то турбаза на границе Московской и Рязанской областей. Выезд запланировали в субботу, через час после окончания занятий. Ночевка на турбазе, день на свежем воздухе и вечернее возвращение в столицу. На следующей неделе уже обещали похолодание, так что откладывать поездку было дальше некуда.

9.
Турбаза оказалась очень даже приличной. Машка нос воротила, привыкшая больше к городским апартаментам, а Катя не стала рассказывать ей про гарнизонные финские домики и двухэтажные строения, словно сошедшие с экрана фильма «Анкор». Она больше волновалась за привыкшего к шику Алекса, но тот и бровью не повел – комфорт и стиль оформления номеров занимали его меньше всего. Амура умчалась к администратору, разузнала, что сегодня заехала большая группа с какого-то предприятия, что вечером ожидаются танцы, а на ужин планируется плов. Катя пошла осмотреться, тоже побеседовала с дежурным на ресепшене, почитала прейскурант цен на спортинвентарь, приспособления для рыбалки, лодки, катамараны, велосипеды… Решила, что поучится играть в бильярд, пока девочки будут танцевать. Алекс давно обещал, что поможет освоить искусство загонять шары в лузы.
-Кать, вот ты где! А мы тебя ищем, ищем. Пойдем в столовку. Сейчас полдник – булочка и компот, я даже вспомнил свое детсадовское детство…
В холл спустились Денис и Маша. Катя уже собралась им ответить, да так и застыла с приоткрытым ртом.
В открывшуюся дверь ввалились Жданов и Виноградова.
- Здравствуйте! – радостно завопил Ден. - Какая неожиданная встреча!
Андрей Павлович недовольно нахмурился и посмотрел на Юлиану. Та сначала смутилась, потом приняла беззаботный вид и подхватила игру.
- Удивительное совпадение! Встретиться вот так со своими студентами!
Жданов получил ключи от забронированных комнат и пошел размещаться. Юлиана подмигнула Дену и засеменила за другом.

- Юля! – возмущено выговаривал Жданов.- Это уже переходит все границы! Ты меня обманула, затащила в тьмутаракань, пообещала приличную компанию…
- Я просто сказала, что тут будут наши знакомые…
- Это не знакомые! Это наши ученики, дети! Я надеялся, что отдохну, расслаблюсь… Придется с ними общаться… И, как я понимаю, все из-за этого Дениса? Он не слишком молод для тебя?
- В самый раз! – отрезала Юлиана. – Я за него  замуж не собираюсь. Так, короткий роман…
- Кстати, о Романе. Что у вас?
- Уже снова ничего. Ты Рому не знаешь, что ли?
- Знаю. Я вас обоих  давно знаю, и иногда сожалею, что родители в свое время купили дом рядом с Малиновскими и Виноградовыми. Вот когда закончились мои спокойные дни!
- Андрюша, ты же добрый, не ругайся… сейчас поедем на природу. Посидим у костра… Вечером потанцуем. А завтра…
- А завтра утром я еду в Москву. Так и знай.
- Но сегодня ты будешь паинькой? Андрюш, обещай…

Катя укладывала свою сумку,  не слушая возражения подруг. Бежать! И немедленно. И как она поверила, что затея завлечь Жданова сорвалась? Она не останется, не будет наблюдать, как девочки обхаживают Андрея, не будет ждать, затаив дыхание, его мимолетного  взгляда, его слова. Да еще Алекс. Как он отреагирует на появление Андрея? А Андрей – на него? Насколько глубоки противоречия между ними?
Амура предусмотрительно закрыла дверь на ключ и стала ей объяснять, что Машка аферу с приглашением через Дена и Юлиану провернула уже давно, что они просто не сказали Кате  вовремя, а потом забыли. Кое-как убедила Катю поехать в лес, на шашлык, не разбивать компанию.
- Поеду. Но утром вернусь в Москву! Так и знай.

Встретились в холле. Андрей и Алекс недоуменно уставились друг на друга. Юлиана тоже замерла с округлившимися глазами. Но выяснять ничего не стали, отложили до более удобного случая.
- Ты-ы-ы? – протянул, скривив губы Алекс.
- Чудесная встреча, - хмыкнул Андрей и отвернулся, заметив вскользь, что Алекс держит за руку  одну из студенток. Брови взметнулись было недоуменно, но он сдержался. Какое ему дело до Сашкиных подружек?
Вот и весь нехитрый диалог, что состоялся между мужчинами. Напряжение несколько отпустило Катю, и она все же соизволила заметить, что Алекс завладел ее рукой. Но вырываться не стала.
Загрузили все необходимое в машины и сами расселись. Машка  села к преподавателям. Алекс усадил Катерину рядом с собой и она была готова поклясться, что Андрея этот факт удивил еще больше неожиданной встречи. Карта была у Дениса, поэтому он ехал первым.
Ден уверенно свернул в лес и по просеке выехал на просторную поляну. Катя решила, что он здесь не раз уже бывал.
Закипела работа: Катя с Амурой собирали хворост, Ден притащил бревно, чтобы сидеть у костра, и отправился с Юлианой к ручью, набрать воды. Мария  вытаскивали запасы на скатерть-самобранку, Андрей и Алекс отыскали несколько толстенных веток и упавшее деревце-сухостой, порубили на части, заготавливая импровизированную поленницу, словно соревнуясь, развели  два костра.
- Зачем два? – удивилась Катя.
- У одного – сидеть. На углях другого – шашлык жарить, - пояснил Алекс. Улыбнулся девушке так, что она порозовела от смущения. Андрей перехватил обмен взглядами, покачал головой. Сашка старательно кадрит студенточку! Это с его-то запросами и послужным списком…
- А не сыграть ли нам в футбол? – кинула идею Маша. Ее просто распирало от бьющей через край энергии. – Пока не стемнело?
Разбились на две команды, договорились, что послужит воротами. Под началом  Андрея объединились Маша и Ден, а Алекса капитаном выбрали Катерина  и  Юлиана. Амуру подсадили на крышу Porsche, чтобы она оттуда наблюдала за игрой и судила. Игра была скорее похожа на яростную схватку между капитанами, силы оказались приблизительно равны, но Ден не удержался и постоянно поддавался Юлиане… К досаде Андрея, команда Алекса выиграла с небольшим перевесом. Жданов  отвернулся от радужной картинки раскрасневшихся и разлохмаченных хорошеньких игроков, повисших с радостными воплями на капитане, чтобы скрыть раздражение пошел снимать с машины Амуру. Девушка воспользовалась моментом и не спешила покидать приятное общество, щебетала, жалась к плечу Жданова.
Кате было неприятно это зрелище, а  Алекс насмешливо бросил:
- Жданов в своем репертуаре.
- В смысле? – Кате стало любопытно, хотя она подозревала, что Алекс не скажет ничего радостного.
- Жданов и женщины… Как Ленин и партия… Он не может без них, они без него. Андрюша у нас нарасхват. И этим беззастенчиво пользуется.
- Завидуешь? – Тут же парировал Андрей.
- А мне зачем? – пожал плечами Алекс. – Я не жаден до утех. Мне бы любви – одной, большой и чистой. – Скосил глаз на Катю.
- Ой ли? Твой список побед может и не такой длинный, как мой, но однолюбом тебя не назовешь. Ты сейчас на какой сотне? – Андрею доставляло удовольствие конфузить Сашу при девушках. Особенно при Кате.
- Саш, между прочим, Андрей стал гораздо серьезнее. Кирочка хоть и подруга мне, но надо признать, она умеет надолго отбить охоту к женскому обществу. И давайте прекратим эту перепалку. Вы тут не одни, –  Юлиана многозначительно обвела глазами притихшую компанию.
- Эх, - мечтательно произнес Ден, - если бы я работал в модельном бизнесе… Я бы развернулся, – и был награжден тяжелым взглядом Юли.
- Юлька, поздравляю тебя. Ты умудряешься вляпаться в таких, как Малиновских с завидной регулярностью. Денис, конечно, пока начинающий… -  Алекс хохотнул, подмигнул Юлиане и потянулся за порцией дров для костра.
- Ты бы развернулся… Сначала – взахлеб. Захотел бы объять необъятное. От дегустации к неумеренному потреблению. Со временем бы все тебе наскучило. Ты начал бы шарахаться от моделек, виснущих на тебе, понятных и примитивных. Стал  бы подозревать каждую женщину в неискренности, в том, что ей что-то надо от тебя… Искал бы тихую гавань, уютный тыл, а найдя - не смог бы отказаться от череды интрижек и автоматически продолжал это безумие. Понял бы, что и твоя единственная не отличается от остальных, она тоже вечно что-то требует, шантажирует, устраивает скандалы. И, в конце концов, послал бы все к черту! – тихо ответил студенту Андрей. – Но понять это можно, только пройдя последовательно все стадии. Не завидуй. У тебя есть то, что нужно для счастья – молодость, отсутствие проблем с общественным мнением, долгов перед близкими,  компания хороших девчонок,  - махнул рукой в сторону Кати, - пользуйся моментом.

10.
Катерина, опустив глаза, внимательно слушала. Впитывала новую информацию, отмечая попутно, что девочки не особо вникают в тираду, а значит,  будут продолжать попытки охмурения Андрея. Переворачивала шампуры и размышляла об открывающемся новом Андрее, занимающем ее мысли сильнее, чем прежний. Алекс присел рядом, потерся щекой о ее плечо, заставив вздрогнуть и ответить улыбкой на ласку.
- Кать, тебе никто не говорил, что у тебя глаза фиолетовые, когда в них пламя костра отражается? -  Вдруг спросил Ден.
- Фиолетовых глаз не бывает. – Твердо ответила  студентка.
- Бывает, – возразил Андрей. – Я  точно знаю. – Посмотрел сидящей напротив девушке в глаза. – Бывает.
И задумался о чем-то своем.
«Господи! Только бы не узнал! Ведь тогда  будет думать, что и мне от него чего-то надо». – Мелькнуло у Кати в голове.
- Скоро возвращаться! Уже совсем темно. – Юлиана решила перевести тему, посмотрела на запястье и жалобно воскликнула: - Мои часы!
- Забыла у ручья? – встрепенулся Ден. – Я схожу!
- Я с тобой. – Катерине надо было срочно удалиться от нежностей Алекса, от Машки и Амуры, присевших слева и справа от невозмутимого Жданова. От его странного пронизывающего взгляда. Юлиана  и  Алекс проследили ревниво за парой, но присоединяться не стали. Андрей улыбнулся неизвестно чему и в который раз за вечер покачал головой.

- Ты дорогу хорошо знаешь?
- Я сюда каждый год с родителями ездил. Последние лет шесть не был, но все не так уж сильно изменилось. – Ден быстро вывел Катю к ручью и через пять минут они нашли «Аппеллу» с  серебристым браслетом.
- Ну, Юлька, ну, ворона, – сунул часы в карман.
- Ты не торопишься?
Катя пожала плечами. – Нет. А что?
- Сейчас такое место тебе покажу – закачаешься! – Парень по едва заметной тропке вывел Катю к небольшому  озерцу.
В черной воде отражалась ясная, словно тщательно умытая половина луны. Ветер среди ветвей деревьев шептал быстрым речитативом что-то успокаивающее. Катя замерла очарованная ночным пейзажем.
- Ночная рыбалка, да?
Ден подтвердил ее предположение.
- Денис, а твои родители… Они развелись?
- Да. Папаша нашел себе помоложе и ушел. Он теперь и квартиру мне снимает, и машину регулярно дает, денег подбрасывает… Искупает вину. – ухмыльнулся нехорошо.
- А как ты догадалась? Хотя о чем я? Ты же все замечаешь, все понимаешь… Ты – человек, Катюх… Пойдем обратно?
Они побрели в сторону поляны, продолжая начатый разговор.
Но поляна не появилась ни через пять минут, ни через пятнадцать.
- Заблудились – констатировал недовольно Ден.
- Сейчас на дерево залезу, посмотрю, с какой стороны наши костры.
Забрался на корявую березу – ничего не разглядел. Засопел, сердитый на  себя, стал разглядывать мох на деревьях, искать – север-юг.
- А смысл? – удивилась Катя, - или ты автоматически примечал, в какую сторону идешь?
- Блин! – Ругнулся тихо Ден. – Я, кажется, ногу подвернул. Этого не хватало.
Катерина присела на корточки, осмотрела распухающую лодыжку.
- Вправлять будем? Тогда терпи.
Деловито стащила кроссовок, уперлась ногами в корягу и дернула, что есть силы. Денис промычал что-то нечленораздельное и громко выдохнул.
- Катьк, а ведь это ты должна была по законам жанра подвернуть ногу. Я бы тебе вывих вправил, по ножке погладил, а потом нес на руках…
- Ну, извини, что не оправдала надежд. – Катя улыбнулась. – Зажигалка с собой? Сейчас запалим маленький костерок, отдохнем, и поскачем к нашей поляне на трех ногах. Мне кажется, она совсем недалеко.
Они сели рядышком у пугливого огонька, залюбовались.
- Кать, расскажи про клуб шатенок, я слышал краем уха, но не понял.
- Все просто. Мы когда познакомились с Машей и Амурой, очень быстро выяснили, что у нас ничего общего нет, кроме каштанового оттенка волос. Вот и обозвались «Клуб шатенок».
- Действительно, вы все такие разные.
- Мы в первое же лето съездили в гости друг к другу, перезнакомились с родителями, с друзьями. Так интересно было узнать, кто чем живет. Просились вместе на юг. Знаешь, что мой отец сказал? «Я знаю, на что способна ты, и на что способны Маша и Амура в отдельности. И я догадываюсь, на что вы способны, когда вы втроем, вместе. Никакого юга!»
- Точно подметил. Ты в их обществе гораздо… смелей, что ли. И они при тебе сдержаннее чуть-чуть. Меня то примите в ваш клуб? Я тоже шатен.
- Нет. Это женский клуб. Расскажи лучше, как ты ездил сюда с родителями. А потом пойдем дорогу искать… Нога уже поприличнее выглядит.
Ден заговорил, сначала нехотя, с трудом подбирая слова. Катя слушала, изредка вставляла подбадривающие реплики, и парень, воодушевленный таким вниманием и сочувствием, незаметно для себя выложил всю семейную историю. Потом они замолчали. Надо было как-то прервать это молчание, начинать искать дорогу, но Ден вдруг обнаружил, что Катя задремала, притулившись к его плечу. Он тихонько переместил ее голову со смешными косичками с плеча на колени, стянул с себя куртку и накрыл девушку. Погладил, едва касаясь, по щеке.
- Спи, Катюх, я покараулю. Классная ты девчонка. И друг хороший.

А в лагере уже заметили, что парочка задержалась дольше, чем нужно. Юлиана прикусила губу и сердито помешивала палкой угли в костре. Алекс начал было ерничать, строить предположения, но эти предположения настолько не понравились ему самому, что он замолчал. Переругивался вяло с Андреем, а думал о Кате.
Наконец, он встал и начал ходить вокруг костра кругами. Маша и Амура запереживали, заохали, но Андрей решительно пресек все попытки нагнетания атмосферы.
- Так. Забирайтесь в машины и запирайтесь изнутри. Послушайте музыку, поспите. Мы пройдемся по округе, может, найдем наших робинзонов.
Вооружился мощным фонарем, убедился, что Алекс следует за ним, и шагнул со слабо освещенной поляны в темноту ночного леса.
-Сашк, а ты не боишься? - Андрей спросил и многозначительно замолк.
- Заблудиться что ли? – буркнул Алекс, делая вид, что ничего не понимает.
- Представь, мы их находим, а они этому вовсе не рады… Не пугает возможность застать свою Джульетту в объятьях Дена? Он парень не промах, как я понял…
- Сразу видно, что ты Катюшу не знаешь. Иначе бы не говорил так. Она же как из музея. Или из заповедника.
- Расскажи, где этот заповедник с непугаными девицами. Я тоже такую хочу. – Андрей рассмеялся. – Ты не идеализируешь ее?
- Я? Никогда к этому не имел склонности. Скорее наоборот.
- Знаю я этих… непуганых. Недавно познакомился с девочкой-цветочком, зачем-то изображающей из себя женщину-вамп с богатым прошлым. Думал, напугаю, она заплачет и к мамочке убежит. Но… понял в очередной раз, что ни черта в женщинах не смыслю.
- Хочешь сказать, что какая-то малявка изнасиловала первого плейбоя Москвы Андрея Жданова? – с издевкой ввернул Алекс.
Андрей поморщился, уже жалея об оброненном признании.
- Нет, конечно. Просто совсем меня запутала. Ни логики, ни смысла в поступках.
- А я их всех как на ладони вижу. Живут эмоциями, и логику искать – пустое занятие. – Александр хвастливо задрал нос и получил хлесткий удар веткой, не вовремя отпущенной Ждановым
- А хочешь, я у тебя твою Катеньку отобью? – задиристо спросил Андрей. – Дай мне две-три недели… Отобью.
Алекс остановился. – Ты не посмеешь! Катя – моя девушка!
- А она об этом знает? Похоже – нет!
Саша собрался разругаться со Ждановым, но тот лишь указал на виднеющийся сквозь ветки огонек. Присмотрелся к идиллической картинке – Ден наклонился над Катенькой, лежащей у него на коленях, и тихонько целует ее в затылок. Уже собрался выскочить на прогалину, оттащить студентов друг от друга, но Ден заметил их появление и приложил палец к губам.
- Я ногу подвернул,  мы решили немножко передохнуть. А Катя заснула, - сообщил шепотом.
- Вот мы и пришли вам на выручку. – Андрей посмотрел на Алекса с едва заметной насмешкой, - помоги Денису, пожалуйста.
А сам подхватил на руки сонную Пушкареву и пошел обратно.

11.
Показалось, что на расстоянии услышал, как заскрежетал зубами Воропаев, но ему было не до этого. Катя сначала прижалась к нему теснее, но потом распахнула испуганные глаза, отшатнулась, чуть не упав, и еще крепче ухватилась за шею… От всех этих манипуляций у него моментально прошло хулиганское желание досадить Сашке и потеплело в груди. Странное ощущение – ночь, хруст веток под ногами, девушка, которая готова вырваться и убежать, но вместо этого обвила руками шею и затаила дыхание… И ноша показалась такой легкой, приятной… Катюшин яблочный аромат смешивался с хвойным, разлитым в воздухе. И стало жаль выпускать птичку на волю.
- Отпустите меня, пожалуйста…Это у Дениса нога болит, - не то прошептала, не то выдохнула.
- Потерпите еще чуть-чуть мое общество. Почти пришли. Пусть мальчики поревнуют! – угадала в темноте, что подмигнул. – Отдыхайте, Катенька…
Позади пыхтел что-то себе под нос Алекс, и прихрамывал, опираясь на его руку, Ден. На поляну вышли слишком быстро. Так показалось Кате и Андрею.
Машка уже заснула самым бессовестным образом, развалившись в машине Дена. И Амура  дремала, не беспокоясь за подругу, находящуюся в надежных руках сразу трех рыцарей. Юлиана не спала по одной простой причине – она боялась всего: темноты, леса, гипотетических бандитов, кажущихся более реальными оборотней. Это там, в Москве, она отважная и задиристо-боевая… А здесь – маленькая потерявшаяся испуганная девочка. Увидала Дена – обрадовалась, протянула руки. Парень заторопился, бросил обеспокоенный взгляд в сторону Катерины и забрался в Porsche к Юлиане.
Катя выскользнула из рук Жданова и отвернулась. Настал черед Алекса торжествовать – он быстро разложил сиденья в автомобиле и пригласил Катю внутрь. Она растерянно огляделась. Спать с Алексом в машине? Наедине? Он, конечно,  не решится приставать к ней… Но как это будет выглядеть со стороны? Что подумает… Андрей?
А Андрей уже подталкивал ее в салон. Алекс тоже забрался, потянулся, как сытый кот, вот-вот заурчит. И вот тут его настиг удар. Вслед за Катей в машину скользнул Жданов и громко захлопнул дверь.
- Иди в свой Porsche! – разозлился Воропаев.
- Ого. Так ты меня еще ни разу не посылал… Там парочка влюбленная. Не хочу им мешать. Ты же не выгонишь меня, правда, Сашенька? – Андрей невозмутимо растянулся, повозился и затих.
Катя уже ни о чем не думала, просто лежала как парализованная между двумя мужчинами и старалась дышать незаметнее, не шевелиться и ничем не обозначать свое присутствие. Алекс взял ее руку и положил ладошку себе под щеку, предварительно поцеловав. Прижался лбом к ее лбу, ласково подул в лицо.  Девушка закрыла глаза, мечтая скорее уснуть.

Проснулась, уставилась на низкий светло-серый потолок, недоумевая, где она… Но уже через несколько секунд вспомнила вчерашние события, вспыхнула. А еще почувствовала тяжесть руки, переброшенной через ее живот. Повела глазами влево, различила спящего Алекса, заложившего руки за голову, даже во сне уверенного в себе и слегка высокомерного. Возникло странное предположение, будто он всех своих пассий после секса отправляет восвояси – уж слишком независимо он смотрелся.
Повернула голову вправо. Андрей лежал на боку, по-хозяйски прижав ее к себе. Мечтательная улыбка трогала его губы, сбегала, он хмурился, и тут же вновь лицо разглаживалось, и трогательно-детская улыбка возвращалась. Потянулся к Кате, выдавая привычку просыпаться рядом с женщиной, мягко тронул губами щеку и неожиданно отстранился. Катя успела плотно закрыть глаза и старалась не моргать. Так вот каково это – просыпаться рядом со Ждановым Андреем Павловичем… В прошлый раз она сбежала, но судьба подкинула еще один шанс, как испытание на прочность.
Поняла, что Андрей рассматривает ее, может даже пытается осознать, кто это рядом, как зовут, и откуда она взялась… Удивилась рваному ритму его дыхания, то замирающему, то похожему на последние глотки воздуха утопающего. Ощутила это дыхание на своих губах, но старалась и дальше притворяться спящей. А его губы осторожно коснулись ее, словно знакомясь, слегка прижались, пробуя поцелуй на вкус, язык попытался проникнуть внутрь, и ему это легко удалось, потому что девушка  неуверенно ответила, потеряв контроль над собственными эмоциями. И это проникновение вызвало воспоминание о другом, менее нежном, но страстном и жадном. Чувствуя, как в крови разливается огонь, как тяжелеет низ живота и начинает звенеть в ушах, Катя открыла глаза и отпрянула. Дальнейшие события развивались стремительно – резко отодвинувшись, она задела Алекса, тот спросонья ударил ногой по клаксону, подскочил, стукнулся лбом об потолок, ошалело заозирался вокруг. От громкого сигнала проснулись обитатели двух других машин, зашумели, недовольные ранним пробуждением.
Кате показалось, что на лице Андрея промелькнуло любопытство, сожаление и еще  что-то неуловимое, но тут же опустился занавес невозмутимости, она мысленно взмолилась, чтобы мужчина не прочел  всю гамму ее  чувств – от неловкости, смущения, непонятного томления до нетерпения, неприкрытого желания.
- Доброе утро, Катенька. Что-то приснилось? – Алекс чмокнул девушку в щечку, словно поставил  печать: «Моя!».
- Это был просто сон. – Катя постаралась быть убедительной, обращалась к Алексу, но ждала реакции Андрея. Тот демонстративно зевнул и ответил:
- Да-а-а… И чего только не приснится под утро.
Алекс подозрительно посмотрел на Жданова, но не нашел к чему прицепиться.
Катя выбралась, быстрым шагом направилась к ручью, умыться. Надо было срочно все обдумать, но ей помешал Ден. Он, судя по нескольким рыбинам в целлофановом пакете и сложенному спиннингу, возвращался с удачной утренней рыбалки.
- Завтрак?
- Да, сейчас костер разведем и запечем. Там народ уже проснулся?
- Просыпается. А ты ранняя пташка. Не знала.
- А я не знал, что ты пользуешься такой популярностью. Мужики вчера чуть не подрались из-за тебя.
- Так это не я. Это их разборки, междусобойчики.
- Я видел на рассвете. Один за талию во сне обнимает, со спины, другой руку держит, в нос целует. А ты дрыхнешь и ухом не ведешь. Посмеялся. А тебе кто больше нравится?
- Никто.
Плеснула в лицо ледяной водой и ойкнула. То, что ей  сейчас надо. Остыть. Очнуться от фантазий.
- Значит, твое сердце свободно? Можно и мне попытать счастья?
- Ты уверен, что это счастье? А Юлиана как же?
- Она классная! С Юлькой уйти в отрыв – мечта! Но у нее полно заморочек, да еще Малиновский постоянно рядом крутится. Ты мне больше подходишь.
- Ну, спасибо на добром слове. Теперь я действительно товар года!
Отвесила легкий шуточный подзатыльник.
- Пойдем уже, герой-любовник!

Костер уже развели. Машка, Амура и Юлиана, как кошечки протирали мордашки подушечками с кремом, умываясь по правилам «Космо». Катя расплела косички, причесалась, соорудила два пучка-шишки над ушами, став совсем девчонкой. Почистила вместе с Денисом рыбу, перешептываясь, толкаясь локтями и хихикая.
- Жалко, танцы пропустили, - вздохнула Маша.
- И обучение бильярду откладывается, -  подхватил Алекс. – Стоит еще раз приехать?
- А то в городе нет бильярда,- отозвался Андрей в приливе вредности.
Амура разложила на расстеленном покрывале карты для Юлианы.
- Король бубновый мечется, ищет тебя, яхонтовая моя. Себе не берет, другим не отдает, мается… Скоро увидишь его, совсем скоро…
- А мне что скажешь? – подал голос Ден.
- А тебя ждет скоро любовь, опасность, казенный дом…
Разбросала еще несколько раз карты. Пробормотала: «Вот это да!». Опять разбросала. Машка аж подпрыгивала от нетерпения.
- Что там?
- Странно, но у мужчин почти одинаковый расклад. Любовь, сомнения, поиск, казенный дом. Любовь, разочарование, казенный дом. Сейчас на Катерину попробую.

12.
- Не надо! – воскликнула подруга. – Не хочу знать, что было и что будет.
- Предпочитаете сюрпризы? – осведомился Жданов.
- Предпочитает, чтоб никто не лез в личную жизнь, да, Катюш? – вступился Алекс.

- И кто-то думает, что он и есть ее личная жизнь… - в полголоса парировал Андрей и неожиданно хитро подмигнул Кате. – А ведь он может ошибаться.
- Вам, наверное, виднее. У вас большой опыт в этой области. – Кате надоели непонятные намеки, и она решила закончить разговор.
- Что, съел? – расхохотался Александр. – Молодец, Катюня!
- Ешьте! Хватит глупости болтать, несносные мальчишки! – Призвала к порядку Юлиана. – Меня бубновый король ищет, а вы время тянете!
Завтрак затянулся, сдабриваемый шутками-прибаутками, кокетством окончательно  проснувшихся Мурочки и Маши. Ден балагурил, рассказывал анекдоты и даже спел под гитару «Girls» Битлов. Странно это было – петь не у ночного костра, а днем, но уж очень девочки просили…
Напоследок собрали весь мусор в пакеты, под крик Дена «По коням!» расселись по машинам и поехали обратно. На шоссе устроили настоящий стритрейсинг, лихо обгоняя друг друга и громко сигналя. Алекс обошел всех на финишной прямой и прибыл к турбазе первым.
На парковке, у ярко-красного спортивного БМВ курил Роман Малиновский. Рассмотрел поочередно каждого из походников, высыпавших из машин, задержал взгляд чуть дольше на физиономии Дена, на смуглом личике Амуры, махнул рукой Андрею, уставился хмуро на Юлиану. Она подошла, начала что-то негромко говорить, он так же тихо отвечал, оглянулись оба на компанию и пошли доругиваться в номер, без свидетелей. Ден ничуть не расстроился, а Андрей ни капли не удивился.
- Высокие отношения, - прокомментировал Алекс.

После обеда в полном составе собрались у машин. Постановили держаться друг друга до МКАДа, а потом разъезжаться. Довольная Юлиана перегрузила вещи к успокоившемуся Роману. На жалобу Андрея, что у него увели штурмана, Мария тут же вызвалась заменить Виноградову, тем более, что ехать им в одну сторону, к одному и тому же дому. Алекс наблюдал за пересадками, положив подбородок на Катину голову, а руки на худенькие плечи, и это не совсем дружеская поза чрезвычайно заинтересовала Рому. А Катя машинально отмечала все происходящее вокруг, грустила о том, что уже никогда не вернется  в ставшее для нее  особенным место, что с возвращением в Москву пропадет возможность общения с Андреем.
«Все хорошее рано или поздно заканчивается» - утешала она себя. «Ты и так получила больше, чем просила».

И снова Катя с замиранием сердца ждала встречи с лектором. Она уже не мучалась: узнает - не узнает. Не узнал. Теперь думала, как увидит его. Как поздоровается. Как сядет в дальний угол поточки, чтобы не изучать выражение темных глаз, не отвлекаться от учебы на резко очерченную форму губ. Да здравствует близорукость!
Готовилась, проводила тренинги у зеркала и все же растерялась, столкнувшись у аудитории, покраснела, опустила глаза.
- Здравствуйте, – сухо бросил Жданов и прошел мимо. А налетевший ураганом Ден закружил, защекотал, добиваясь улыбки, потащил на последний ряд. И всю лекцию нашептывал на ухо шуточки, не давал сосредоточиться.
- Пушкарева, Трофимов! Может, вы успокоитесь и перенесете выяснение отношений в другое место, где вы никому не будете мешать?
Слова преподавателя прозвучали как гром среди ясного неба, саркастично и громко. Вся аудитория обернулась, желая проверить нелепое обвинение Жданова. Катя ссутулилась под взглядами, отодвинулась от Дена, а парень, напротив, развалился  спокойно, улыбаясь всем и Кате особенно. Дождавшись, когда Андрей Павлович отвернется, Катя стала пробираться к выходу, но и тут ее постигла неудача. Уже в дверях до ее слуха донесся вкрадчивый язвительный баритон.
- А те, кто не явились на сегодняшнюю лекцию, или покинули ее в разгаре по неизвестным причинам, будут сдавать данную тему мне лично.
Девушку бросило в жар, затем в холод. К горлу вдруг подступили рыдания, но она сдержалась, разревелась уже в коридоре.
Что это? То подсмеивается над ней, то проводит безумную ночь. То нотации читает, то флиртует, заставляя ревновать Алекса. То целует спросонья, то здоровается сквозь зубы, то выставляет на всеобщее обозрение, как к позорному столбу. А что, если взять  и спросить у него во время сдачи темы – «Что вы против меня имеете?». Нет, не спросит. И сдавать не пойдет! Надо на кафедру к Данилкину обратиться. Пусть зачтет ей тему. Дохнула на стекло, вывела пальчиком витиеватую А.
К великому ужасу, на кафедре сообщили, что Евгений Максимович заболел, лежит в больнице. А семинары  пока будет проводить Жданов.
« Мне конец!» - тоскливо подумала Катя.
« И моему красному диплому!»

Жданов дождался, пока все студенты выйдут, и выдохнул с облегчением, отпустив строгое выражение лица. Накатившая волна гнева схлынула без объяснения своего визита.
Подглядел, как в коридоре Катя что-то написала на стекле, взяла сумку и пошла догонять своих. Он подошел к тому же окну, воровато оглянулся и тоже дохнул на глянцевую поверхность. «А». Значит, все-таки Алекс. Не Ден. Да и какая ему разница, в кого влюблена Катенька Пушкарева, девочка, созданная для поцелуев?

13.
Семинар проходил в маленькой аудитории, вытянутой от окна к двери, вдоль доски. В кабинете размещалось всего три ряда парт. Катя обычно сидела на первой, внимательно ловила каждое слово преподавателя и с легкостью отвечала с места на самые каверзные вопросы. Сегодня на первый ряд сесть она не решилась, пошла на галерку… Чем привела Дена в неописуемый восторг.
- Ба! Какие люди! И без охраны! Катьк, садись рядом, я тебе подсказывать буду.
Он смеялся, не подозревая насколько близок к истине.
В маленьком классе все двадцать четыре студента были как на ладони. Жданов заявился со звонком и сразу начал опрос.
«Волнуется», - отметила про себя Катя. – «Придется ему снова доказывать, что он толковый преподаватель, хоть и начинающий. А значит, будет для начала строгим, двоек понаставит… Все-таки он неприлично красив. Видно, что не из университетской среды и по ухоженности и по стилю одежды. Никогда не думала, что мужчина с маникюром может выглядеть так мужественно. Да я  о многом не думала. Например, утренний поцелуй. Мне всегда казалось, что он должен быть таким неприятным – зубы еще не чищены, лицо не умыто, организм сонный, не реагирует. Даже не подозревала, что простой поцелуй может вызвать бурю… в стакане воды.  Интересно, а что он почувствовал? Проснулся рядом с посторонней девушкой, потянулся к ней автоматически… Наверное, снова хотел Алекса позлить? Так тот спал и ничего не видел. Просто утренний порыв? Он сказал – чего только не приснится под утро... Допустим, он сделал это осознанно, ему захотелось поцеловать именно Катю Пушкареву. И тогда этот поцелуй значит гораздо больше, чем ночь с какой-то Ивон. Но из этого вовсе не следует, что для него сие событие стало столь же важным, как и для меня. Мало ли девушек он целовал за свою жизнь. Сам признался, что список побед длиннее, чем у Алекса… Однако, как далеко мои мысли ушли от темы занятия»
Она заворожено смотрела на Жданова, который остановился напротив нее и что-то говорил. Наблюдала, как он открывает рот, но не улавливала ни звука… Ден что есть силы пихнул ее локтем в бок.
- Итак, я третий раз спрашиваю, о чем думает студентка Пушкарева и собирается ли отвечать на поставленный вопрос…
Катя с изумлением поняла, что вопрос Жданова обращен к ней, представила, как она при всей группе пересказывает, О ЧЕМ она думала… Денис пытался шептать подсказку, но она только упрямо наклонила голову и молчала.
- А студентка Пушкарева, похоже, решила, что мы недостойны ее внимания…  - Заключил Андрей Палыч и повернулся к Амуре. Та бойко оттараторила ответ и довольно улыбнулась.
- Катька, не переживай! Я сколько раз в лужу садился, и ничего… Жив. Ты сейчас как большая помидорина, – зашептал на ухо Ден, усиливая ощущение катастрофы.
После занятий Денис потащил Катю в читальный зал, напоминая, что она обещала с ним заниматься. Правда, все время, пока они сидели в читалке, он старательно мешал ей объяснять материал, дурачился и хохмил. Катя шикала на него, терпеливо повторяла, стараясь не поддаваться на его уловки, добивалась, чтобы Денис ответил на все вопросы. Удостоверилась, что учение приносит свои плоды, немного расслабилась, повеселела.

Андрей Павлович решил подобрать материалы для своих лекций. Такая уж у него натура – всегда мало того, что есть, не хочется останавливаться на достигнутом… Потому и добивался успеха во всех начинаниях.
В читальном зале он устроился со стопкой книг у окна, начал прорабатывать литературу, делая пометки в конспектах занятий. Нет, никакой Интернет со всеми его необъятными ресурсами не сравнится с тишиной библиотеки, с ласкающей взгляд теплотой бумажного листа. Хоть и тянется порой рука кликнуть несуществующей мышкой. Андрей словно сбросил несколько лет, почувствовал вновь себя двадцатилетним студентом, окунулся в размеренную атмосферу, нарушаемую шелестом страниц, шепотом читателей. Померещилось вдруг, что он готовится к пересдаче, которую назначил ему Евгений Максимович.
Внимание привлекла пара, получающая книги у библиотекаря. Пушкарева и Трофимов. Чтож… правильно, раз завалилась, надо наверстывать, разбираться с недопонятым. Его сегодня очень удивило, что Катерина не смогла ответить на такой простой вопрос. Она казалась ему умненькой, здравомыслящей девушкой, а тут такой конфуз. Но сейчас, похоже, Трофимов будет подтягивать отстающую…
Странно, но все пошло наоборот: Пушкарева что-то объясняла Денису, заставляла прочесть абзацы из учебников и пересказать. Тот отлынивал по максимуму, но подруга не отставала. Может, он что-то упустил? Может, это Трофимов отвлек соседку, и она прослушала объяснение преподавателя, не смогла сориентироваться, когда вызвали? Надо спросить ее на следующем семинаре. Пусть реабилитируется – обоим спокойнее будет.
А Трофимов – нахал, каких еще поискать. То за руку возьмет Катю, то обнимет спинку ее стула, то на ухо что-то шепчет, касаясь его губами. Вроде ничего особенного, да и девушка не реагирует на заигрывания, но…  Уж с колокольни то своего опыта Андрей прекрасно видел, куда клонит Денис. Катя не понимала пока, не думала о подоплеке возникшей тяги к учебе. Что  он ей там шепчет? Не экономические же термины? Вот она улыбнулась Денису – ласково и одобрительно…
Почему это тебя задевает, Жданов? С чего ты решил, что имеешь какие-то права на Катеньку Пушкареву? Гони от себя эти опасные предвестники новой увлеченности, ведущей к добровольной кабале привязанности. Мало ли какие эпизоды в жизни бывают: отчаянные девушки, настаивающие на близости или скромницы, пугающиеся нечаянного утреннего поцелуя.
И все же эти два события постоянно притягивают твое внимание. С того момента, как ты принял «обет безбрачия», дал себе передышку после романов-однодневок, адюльтеров, гражданского брака с Воропаевой, поклялся больше не следовать зову плоти, не подкрепленному чувствами, с того момента эти два происшествия стали самыми яркими впечатлениями осени. Стоит ли лезть в психологические изыскания, искать причины, докапываться до истинных мотивов? Вдруг все объяснится элементарной неудовлетворенностью, последствием добровольного воздержания? Выбрось глупости  из головы, как это сделала милая студентка, глядящая в данный момент с нежностью на своего однокурсника.  Сдержи порыв подойти к ним и тряхнуть обоих как следует, крикнуть: «Не смейте!»  Спокойнее. Считай до  десяти… ста, тысячи, если понадобится.
Денис встал и протянул Кате руку. Она вложила в его ладонь свою, не подозревая, как истолкуют этот жест наблюдатели. Обернулась, интуитивно чувствуя пристальный взгляд, заметила Жданова. Мужчина усилием воли согнал с лица злость и заменил на мудрую насмешливость: «Да, я все понимаю… первая любовь…» И с удовольствием заметил возмущение Пушкаревой. Она разве что вслух не закричала: «Это неправда!» Смешалась, потянула Дениса к выходу.
Это неправда. Она в него не влюблена. Поразительно приятное опровержение собственных опасений. И тут же ложка дегтя: Сашка!

14.
Перед следующим семинаром Катерина достала всех:   Мурочка с Марусей по несколько раз выслушали вызубренную слово в слово лекцию. Зубрила Пушкарева впервые в жизни, более не полагаясь на свою логику и увлеченность предметом. Страшно волновалась, и, как оказалось, не зря. До момента, когда Андрей Павлович обратился к ней,  все шло хорошо, но стоило ему произнести: «А что нам по этому вопросу скажет Екатерина?», как знания улетучились из головы, заполняя ее звенящей пустотой.
«Не мучайте меня!» - говорил весь ее скорбный вид.
- Партизаны умирают, но не сдаются. Сегодня мы не узнаем ни явки, ни пароли, - пошутил Жданов, студенты рассмеялись.
Катя села на место, проклиная свою внезапную дурацкую немоту и остроумие  Андрея.
- Не реви, слышишь! – зашептала Амура. – Не вечно же Данилкин будет болеть. До сессии дотянем, а там – свобода! И никаких Ждановых!

Кате было и хорошо и плохо. Имя «Андрей» с завидным постоянством крутилось в голове, вызывая приступы эйфории и черного отчаянья. Затертая до дыр подборка статей о похождениях светского льва перекочевала на ее тумбочку. Учеба летела коту под хвост. Маша пыталась воззвать к ее чувству ответственности, заставляла вслух рассказывать лекции и материалы к семинарам. Амура раскладывала втихаря карты, но не объясняла, что там видит. Таскала Катю за собой по вечеринкам, но та просиживала в уголке, отвергая  приглашения на танцы. Впрочем, исключение было сделано для Дениса, который не вникал в странное состояние Катерины, веселил ее,  ухаживал, даже объяснялся в шутку в любви.

Алекс с трудом вырвался из водоворота  дел. Свидания с Катенькой были нерегулярными, а хотелось перейти к встречам на постоянной основе. Хоть он и назвал ее своей девушкой при Андрее, но прекрасно осознавал, что никакая она не «его». Процесс завоевывания неприлично затянулся, требовалось как-то поразить воображение Кати, заставить посмотреть на него прежними глазами, так разволновавшими  его в ночь на стыке между летом и осенью. И пригласил ее на клубную шахматную вечеринку. Суть шахматности состояла в том, что все гости должны были выдержать свои наряды в черно-белых тонах.
Предложил помочь с выбором платья, подразумевая, что вывезет Катю в бутик, оплатит покупку, но девушка категорически отказалась. Мысль предстать в образе Золушки перед продавщицами бутика ее совершенно не прельщала. Справедливо полагая, что раз Алекс пригласил ее, то будет рад появлению в любом виде, Катя решила достать платье, купленное для свадьбы двоюродной сестры. Подруги выбор одобрили и обещали помочь с украшениями и макияжем.
Воропаев старался не переборщить с элегантностью, чтобы Катерина в случае чего не испытывала неудобства рядом с ним, но переступить через врожденную тягу  к внешним эффектам не смог. Заявился в белом пиджаке, черных брюках и черной рубашке. Закурил картинно сигару в ожидании выхода Кати, а, услышав ее шаги, повернулся и … нервно поправил шейный платок.
Черное платье – не короткое и не длинное, приоткрывающее точеные коленочки, заманивающее взгляд не очень глубоким вырезом. Ничего особенно. И не в облипочку, и не широкое. Однако немодельные, чуть широковатые бедра контрастируют с тонкой талией. А та в свою очередь – с бюстом. Пробежался взглядом по перепадам линий фигурки, словно на американских горках прокатился, аж дух захватило. Выбросил недокуренную сигару, не удержался, поцеловал руку. Вот эта феноменальная Катина особенность к перевоплощению уже в который раз поражала Александра. Немного изменила прическу – подобрала волосы вверх, оставив свободными пару завитков на висках. Подкрасилась иначе. И все – перед ним стояла другая Катя – не похожая на студентку с пучком или футболистку с косичками, на веселую девчонку с дискотеки в блестящем топе. Откуда-то появилась гордая осанка и манеры. Как протянула руку – с достоинством и сознанием собственной значимости. И тут же смутилась и робко спросила:
- Как? Для клуба подойдет?
- Ты там будешь самая красивая. – Еще раз одобрительно оглядел девушку. Приятно порадовали туфли на высоченных каблуках. Он не переносил, когда под красивое платье надевали сапоги, пусть даже модные. Все-таки его напрягала неизвестность – в каком облике Катя предстанет перед его знакомыми, только теперь понял, когда облегченно вздохнул.  Она достойна показаться с ним вместе…
«Фууу, Воропаев. Неужели тебя до сих пор волнует, что скажут другие? Ты же привык плевать на всех с высокой колокольни. И ведь нутром чуешь, что Катерина достойней всех твоих бывших девиц.»
Долго себя стыдить он не мог – не был приучен. Помог накинуть пальто и повел даму к Bentley Continental, подогнанному к крыльцу общежития.
porsche
Вечеринка была в разгаре – Алекс никогда не приходил к началу. Не комильфо.  Сделал  холодное непроницаемое лицо, причем без особого труда, повел Катю к заказанному столику.  На небольшой сцене в клубах дыма зажигал шоу-балет.
Официант принес коньячную рюмку и выслушал заказ, который Алекс сделал для спутницы.
- Ты здесь завсегдатай?
- Нет, но мои вкусы многим известны.
Катерина перехватила пару взглядов брошенных на Алекса и на нее девицами из-за соседнего столика. Оценивающих. Насколько несвободен? Соперница ли? Одна – брюнетка, волосы свободно спадают локонами на плечи, не прикрывая глубочайшее декольте. Другая – блондинка с явной печатью стервозности на красивом лице.
Студентка чувствовала себя в клубе неуютно. Она не смущалась мужских взглядов, по одной простой причине – не замечала их, не впитывала каждой клеточкой, как делали остальные девушки. Она не переживала из-за гипнотизирующих Алекса глазок. Алекс не обращал внимания ни на кого, кроме нее. И все же чувствовала себя не в своей тарелке. Уж слишком все было пафосно на ее взгляд, угадывалось стремление к помпезности и шику.
Александру пришлось отойти, поздороваться со знакомым, но прежде он наклонился через стол и поцеловал Катю.
- Не скучай. Я скоро вернусь.
Из другого конца зала пронаблюдал, как к девушке подошел Петечка Сизов – известный ловелас. Катя только бровки удивленно взметнула  и отрицательно головой покачала. Отвернулся, наполненный гордостью и удовлетворением. А зря отвернулся. Потому, что в этот момент в зал зашли две женщины. Одна – маленькая, с короткой стрижкой, в легкомысленном костюмчике в крупных черно-белых ромбах. Другая повыше,  в жемчужно-белом платье в пол. Катя их заметила сразу, как дамы вошли.
Юлиана Виноградова и Кира Воропаева присоединились к подругам, ожидавшим их как раз за соседним столиком. Брюнетка тут же стала что-то нашептывать Кире. Та обернулась, скользнула по Катиному лицу абсолютно Сашкиным взглядом, холодным и высокомерным. Видимо, не нашла ничего, достойного ее внимания и отвернулась.
Алекс вернулся и присел рядом с девушкой. Обнял Катерину за талию, замурлыкал на ухо приятные нежности, поблескивая черными глазами.
- Привет, дорогой! – Кира подошла к столику, сымитировала поцелуй в щеку, опасаясь за ровно наложенный слой розового блеска для губ.
- Кирюш, это Катя, моя девушка. Катенька, это Кира, моя сестра.
- Очень приятно, - спокойно ответила Катя и улыбнулась.
Кира удивленно рассматривала очередное Сашкино приобретение.
- Вы модель? Хотя нет, роста маловато. Или для журналов снимаетесь? Или поступаете в театральный? – в голосе сквозило пренебрежение и усталость – «знаем мы таких».
- Катя  в МГУ учится, на экономиста. На красный диплом идет, между прочим. – Алекс легко выдержал взгляд сестры. – Мы с тобой завтра встретимся, а пока – давай отдыхать.
Кира вернулась к подругам.
- Саша, а эта брюнетка – твоя бывшая?
- Уже наболтали? Неужели сама догадалась?
- Да она своим негодующим взглядом на мне скоро дыру прожжет.
- Хочешь - уедем? В более уютное место? Поедем ко мне? – Он уткнулся лицом в Катину ключицу и с жадностью вдыхал аромат яблока и незнакомых духов с морской свежестью.

0

3

15.
- Ты этого так хочешь? А чего ты еще хочешь, Алекс? Зачем я тебе? Дамочек вокруг полно, зачем со мной возиться, ухаживать, покорять? – Катя вздрогнула от скользящего поцелуя за ушком, но не сбилась. – Неужели, просто для коллекции?
- Кать, я по тебе с ума схожу с самой первой встречи. Ты разве не замечаешь?
- Ты по каждой новой машине с ума сходишь. И что? Покатаешься пару недель и меняешь.
- Автомобиль – это другое. Это… Тьфу! Кать, ты меня заставляешь думать в такой вечер… а мне хочется ощущать.
Он произнес последние слова шепотом и начал целовать ушко, щекоча его языком. Со стороны это выглядело, будто он что-то рассказывает  Кате.
- Тебе не удастся  уйти от разговора. Алекс! – Она отодвинулась от него и нахмурилась. – Не пытайся убедить меня, что ты ничего сейчас не соображаешь, потому что весь во власти страсти. Мы с тобой классно проводим время, но… ведь это не любовь, Саш.
Лежащая на спинке ее стула рука очнулась от спячки, пробежала вдоль позвоночника, замерла между лопатками, совершила несколько поглаживающих движений, словно дикую кошку приручала, успокаивала…  Катя действительно почувствовала себя на несколько секунд кошкой тянущейся за лаской хозяина. Вопреки только что произнесенным сентенциям, она уже собралась было растечься в маленькую лужицу воска, но остановила себя. Сколько можно покупаться на одно и тоже. На блеск черных омутов, на шепот, плетущий паутину, на умелость ласк, неизменно вызывающих трепет. Теперь она точно знала разницу  - влечение, которому можно сопротивляться и  которому нельзя, но приходится. Алексу она сопротивляться могла.
- Саша…
Оба вздрогнули. У столика нарисовалась брюнетка. Кирина подруга…
- Я занят. – Сухо ответил Воропаев.
- Нам надо поговорить, – тон был виноватым, даже умоляющим, а взгляды, бросаемые на Катю – досадливыми и неприязненными.
- Я отдыхаю со своей девушкой. Ты здесь лишняя.
- Я… я хотела попросить у тебя прощения. – Девица выпалила это и снова наградила Катерину раздраженным взглядом.
«Ненужных свидетелей убивают» - мелькнуло у Катерины в голове.
Лицо Алекса изумленно вытянулось. Кажется, он даже впал в замешательство. Из этого Катя сделала вывод – бывшая подруга не часто просила прощения. И, может быть, много значила для него когда-то…
- Иди.- Катя произнесла это одними губами, но он понял. Все еще удивленный и заинтригованный, он наклонился, поцеловал Катеньку в  щеку.
- Я только переговорю, и сразу вернусь. Не исчезай!

- А я на вашем месте не послушалась бы и исчезла. – Кира заняла стул  брата, как только он отошел.
- Давайте,  останемся каждая на своем месте, – парировала Катя.
- Храбрая крошка,  – с наигранной жалостью похлопала студентку по руке. - Дина с Алексом встречались целый год. Какой у них был головокружительный роман. Ммм. Сказка. Она девушка его круга, ровня… Они чудесно жили вместе, но Дина начала настаивать на свадьбе, а мой брат не терпит давления. Начались скандалы, упреки, попытки заставить друг друга ревновать… наконец, Дина хлопнула дверью и ушла. Но он ее простит. Обязательно простит…
- А она, уходя, не поцарапала его машину? И не проколола колесо? Тогда, точно – простит. – В Кате неожиданно проснулось чувство юмора. Она ждала ответной реплики собеседницы, но та вдруг вся подобралась и обратилась в мраморное изваяние. Мимо проходила пара мужчин в черном и приостановилась.
- Кира! Сколько лет, сколько зим! – бодренько воскликнул Малиновский, - познакомишь со своей подружкой?
На голос тут же повернулась Юлиана и поманила Ромочку пальцем. Не обещая ничего хорошего…
- Здравствуй, Кирюш… - Андрей увлеченно поправлял манжету черной рубашки, потом поднял глаза и оторопел. - Здравствуйте, Катя.
Кира посмотрела ему вслед и процедила:
- Люди в черном остаются в черном… А девочка оказалась не так проста… Знает всех, кого надо.
- Только не надо мне рассказывать по второму разу про головокружительный роман и то, что Андрей тоже не терпел давления…
Зачем Катя это сказала? Когда набралась ехидства и сарказма?
Кира не разозлилась. Просто потеряла на миг лощеность и опустила плечи. И Кате стало стыдно за резкий выпад. Захотелось сказать что-то ободряющее этой роскошной женщине.
- Ничего. Ты это скоро тоже пройдешь,   – пообещала Кира без злорадства, скорее с сочувствием. – Я своего брата хорошо знаю. Беги отсюда, детка, пока можешь. – Устало поправила прическу, выпрямилась, сверкнула насмешливо прозрачными глазами. – Хотя, делай, как знаешь, совершай собственные ошибки. Жизнь – хороший учитель.
Вернулась к подругам, оставив Катю в растерянности.
Девушка осмотрела зал – не увидела нигде Алекса,  но зато наткнулась на внимательно разглядывающего ее персону Жданова. Знакомый холодок заструился по спине.
«Спокойно, Катя. Он тебя не съест. Но лучше все же смыться.»
Взяла сумочку, направилась к двери. Случайно вышла к курилке, вернулась, вышла через другую дверь, снова попала не туда – коридор вел к дамской комнате. Опять в зал. Заколдованное место. Он стоял у окна и наблюдал, как  она мечется, пытаясь вырваться из силков.
Следующая дверь вела к выходу. В гардеробе  выдали пальто, она схватила его, но  ее остановил  знакомый голос.
- Подождите. Давайте выпьем пару коктейлей, и я вас отвезу.

Они сидели в баре и пили «Морской Бриз». Катя ужасно мандражировала, но старалась  «держать лицо».
- Собралась на улицу в одних туфлях. Нет, чтоб такси вызвать по телефону, что ли… И Сашка тоже  хорош, как он вас отпустил?  - недовольно  ворчал Андрей.
- Я сама ушла. – Вступилась за Алекса Катя.
- Не надо было ему с Динкой на балконе беседовать, раз с вами пришел.
- У меня нет эксклюзивных прав на него.
- А у него на вас?
- Давайте поговорим о чем-нибудь другом.
- Давайте.
Они замолчали, не зная с чего начать.
«Зачем он меня остановил? Чего хочет?»
«Думай быстрее Жданов, а то уйдет… Соображай. Что-нибудь не тривиальное».
- Катя, о чем вы мечтали в четырнадцать-пятнадцать лет?
- О гитаре и мотоцикле. – Ответила честно, не раздумывая, и смутилась.
- Хорошо играете? - Андрей с любопытством ждал ответа.
- Совсем не играю. И не пою. Кто фальшивит – прекрасно слышу, а петь не умею. Нет, дома конечно пою, но только под пылесос… А хотелось – на сцене, с группой: волосы распущены, кожаные штаны в обтяжку, да с электрогитарой…
- С мотоциклом также?
- Папу почти уговорила. Он уже предвкушал, как будет возиться в гараже, чинить, перебирать мотор. А мама категорически не разрешила. Близорукая, рассеянная и трусоватая… какой из меня Спиди-гонщик.
- А хотелось – скорость, ветер в лицо, кожаные штаны в обтяжку… это дух авантюризма,  - улыбнулся Андрей. – Мою подростковую мечту ни за что не угадаете. Хотел, чтобы девочки начали обращать на меня внимание.
- Неужели такое было? Не жалеете, что сбылось?
Засмеялся и промолчал. Зачем он вообще сказал ей это, про девчонок? Не смог на ее обезоруживающую честность ответить выдумкой. Или захотел стать чуть ближе, поделиться, соприкоснуться давнишними мечтами?
- Что вам Кира наговорила? Не слушайте ее, она как никто умеет испортить настроение.
- Зря вы так. Она хорошая, но несчастная.
- Налаживаете контакты с будущей родственницей? – Теплые карие глаза вдруг стали колючими.
- Я должна отчитаться перед вами? Мы не на уроке. – После онемения и паники из Катерины вдруг поперла дерзость.
- На уроке вы, мягко говоря,  совсем не разговорчивы. – Не удержался. Уколол.
- А вы объясняете непонятно. – Она выпрямилась, ожидая отповеди. – Везите меня домой. Раз уж вызвались.
Жданов не нашелся, что ответить. Почувствовал обиду за столь нелестный отзыв о своем преподавании и удивление ее внезапной вспышке.

В машине Катя ругала себя последними словами. Кто ее за язык тянул? Мужчины, они такие самолюбивые… Вон, сидит, сопит. Ни слова не скажет. И хорошо, что молчит, а то - либо совсем разругаются, либо она сама предложит поехать к нему.
А Жданов сидел за рулем в шелковой рубашке, без куртки, брошенной специально на заднее сиденье, и не мерз. Личный обогреватель разместился на кресле справа от него, испускал притягательные теплые волны. Андрей боролся  с искушением пригласить  студентку в гости вопреки своим обетам и благим намерениям. Когда она вышла, вздохнул с облегчением - сдержался. А зачем? Да потому, что - дурак.
Она отошла на несколько шагов и вдруг решительно вернулась, постучала в стекло. Его сердце ухнуло куда-то и замерло.
- Андрей Павлович … не слушайте меня. Вы очень хорошо преподаете.
Побежала в общежитие, а он  разочарованно выдохнул. Не за тем вернулась.

16.
И снова семинар. И снова пустая, легкая голова, бессвязный лепет, повторяющий шепот Дениса. Недоумение в глазах Жданова. Вязкий ужас осознания очередного провала. Утешение подруг, не достигающее цели. Довольно-виноватый Александр, помирившийся со своей Диной, но все не выпускающий Катюшу из поля своего внимания. И надежда, слабо забрезжившая впереди после распространения слуха о скором возвращении Данилкина. Помощь и поддержка Дена, который таскался следом в читалку, терпеливо слушал объяснения, заполнял пустое время и пространство вокруг.
«Отличный парень – Денис. Умный, вопреки сложившемуся о нем мнению. Веселый. Интересный. На любую тему может поддержать разговор. Легкий в общении». Так Катя думала о своем друге, не подозревая, что тот  спит и видит, как бы перейти из разряда «друг» в разряд «друг сердца».
Он принес розочки, но в последний момент струхнул и раздал всем трём подружкам, пошутив про «День девочек». Он пригласил Катерину на дискотеку, на что она немедленно отозвалась:
- Ура! Девочки,  Ден ведет нас на танцы.
Все знаки внимания она простодушно принимала за проявления дружбы, а комплименты относила к шуточной галантности Трофимова.
Денис заводил разговоры о любви вообще, но Катя моментально замыкалась. Только однажды высказалась неосторожно:
- Любовь необъяснима. Можно встретить человека и влюбиться с первого взгляда, пойти за ним на край света… а можно находиться с человеком рядом и не понимать своего отношения к нему, пока какое-нибудь неожиданное событие не встряхнет, не заставит посмотреть на все другими глазами.
Каждый понял этот разговор по-своему. А продолжение он получил буквально через пару дней.
Катя и Амура уже собрались укладываться, но вдруг раздался стук в окно.
- Кто бы это мог быть? – Амура встала с постели и стала нашаривать ногой тапочек.
- Не открывай! – взвизгнула Катя и забралась с головой под одеяло.
- Не думала, что ты такая трусиха! Ведь любопытно!
Они препирались какое-то время, потом Амура решительно раздвинула шторы и посмотрела вниз. Почти одновременно раздался грохот. Катенька всполошилась, подскочила к окну и увидела Дениса, который отбросил в сторону кусок водопроводной трубы и захромал к машине.
- Вот. Довела парня, Катька… чуть не убился. Что так смотришь? Не прикидывайся невинной овечкой. А я то думаю, чего это он сегодня выспрашивал у меня, во сколько я вернусь со свидания…
- Мурочка, я никогда не давала ему повода, клянусь! Завтра же схожу и поговорю с ним.

Так она и поступила. Пользуясь отменой первой пары, заехала к Денису. Он пропустил ее на кухню, где готовил себе завтрак.
- Давай поговорим о ночном происшествии. – Выпалила заранее заготовленную фразу.
- О чем тут говорить. Я, как последний придурок, решил сразить тебя неожиданным поступком. Взять приступом, раз осада не помогла. Встряхнуть. Яичницу будешь или омлет?
- Спасибо, я уже позавтракала. А поговорить без всяких цирковых номеров ты не мог?
- Ты же не слышишь меня. Не замечаешь моих попыток, не реагируешь, как на мужчину. Поэтому и решил доказать свою любовь таким способом…
- Любовь. Я отношусь к этому слову с большой осторожностью. Ты уверен, что не принимаешь за любовь что-то другое – дружбу, симпатию, влечение…
- В себе я уверен.
- Но я не испытываю ничего подобного. И еще – я в курсе Машиной просьбы поухаживать за мной.
- Знаю - всего лишь друг. Но, может быть… когда-нибудь… А о Машкиной просьбе – забудь, как я забыл.
- Не стоит жить миражами. Не жди меня.
- Будущее тем и хорошо, что его нельзя предугадать. В нем все возможно. – Денис в который раз поморщился и  вытер испарину, проступившую на лбу.
- Ближайшее будущее таково – мы едем в больницу. Немедленно. Или вызвать скорую?
- Ерунда какая! До завтра все пройдет!
Но Катерина умела настоять на своем. Помогла натянуть куртку. Вызвала такси.
Рентген показал  два сломанных ребра и подозрение на трещину в лодыжке. Денис молитвенно сложил руки:
- Катюша, не оставляй меня здесь! Забери на любых условиях! С детства боюсь больниц.
Он был похож на дрожащего всклокоченного щенка, испуганного и забавного. Кате стало стыдно, что из-за нее Ден получил травмы, и она приняла решение самостоятельно поставить его на ноги.
Привезла его домой, уложила. Сходила за покупками, приготовила обед. От пережитого волнения ли, от травмы ли, но у Дениса поднялась к вечеру температура,  и Пушкарева не поехала в общежитие.
Квартира Дениса Трофимова преобразилась. Появился  уют,  с кухни доносились ароматы, от которых текли слюнки. Каждый день после занятий Катя торопилась домой, как настоящая замужняя дама – с сумками провизии. Больной терпеливо переносил все процедуры, служил подопытным кроликом и в кулинарных экспериментах, занимался по Катиным конспектам. Сначала он не возражал. На второй день он уже устал, а на четвертый взмолился:
- Катенька, я даже в младенчестве не был таким паинькой. Мне нужна передышка.
- На улицу ты не пойдешь. Давай девочек в гости позовем.
Ден положил руку на телефонную трубку, за которую взялась Катя.
- Не надо девочек. Посидим вдвоем. Дай гитару, пожалуйста.

Лишь опустится ночь, ты приходишь ко мне
И объятья свои раскрываешь…
Почему происходит это только во сне?
Почему? Я не знаю, не знаю…
Две фиалки цветут на прекрасном лице,
Поцелуев моих ожидая…
Почему просыпаться обязательно мне?
Почему? Я не знаю, не знаю…
Просыпаюсь один, отправляюсь искать
Ту, о ком постоянно мечтаю.
Где же та,  что меня заставляет мечтать?
Где же ты? Я не знаю, не знаю…

- Грустная песня…
- Помнишь, на пикнике я обещал написать песню о девушке с фиолетовыми глазами?
- Они у меня серые!
Денис вместо ответа поцеловал сидящую рядом спорщицу. Обнял осторожно, зашептал:
- Будь сегодня моей. Всего лишь один раз. Не противься желанию, я чувствую, как ты дрожишь…
«Господи… сговорились они что ли?  Я ведь тоже вот так думала,
что одной случайной ночи хватит – наивная…».
- А потом надо будет делать вид, что ничего не случилось? Дружба закончится, я буду себя неловко чувствовать в твоем присутствии, ты – напрасно ждать продолжения. Не думаю, что так стоит поступать.
- Значит, я ошибся. Твое желание не так уж велико, раз ты способна здраво рассуждать. Предложение снимается с повестки дня.
- Просто я думаю за нас обоих. Пойду  я, проведаю Амуру.

Катя отправилась в общежитие, где застала Машу, рыдающую на плече у  у Амуры.
- Ну зачем он ей? – приговаривала между всхлипами,  – ведь она его не люби-и-и-ит. Чем они сейчас там занимаются?
- Да ничем не занимаются, конспекты пишут, - успокаивала Амура.
- А может, она только делает вид, что равнодушна… Ден, он кого хочешь уговорит. По себе знаю.
- Не теряй рассудка, Марусь. Катюха бредит Ждановым, разве не знаешь. Ей не до Дениса.
- Тогда пусть разберется со своими ухажерами-и-и…

Катя постояла еще в дверях и пошла на улицу.
«Господи, какие шекспировские страсти кипят вокруг! Машка влюблена в Дениса. А ведь… что она рассказывала о Егоркином отце? Познакомилась в институте. Но она же старше. Училась на первом, когда мы еще на курсы подготовительные ездили. Курсы! А что,  это вполне мог быть Ден. Еще говорила – что из него отец – никудышный. Тоже подходит. Денис ветреный  и все шуточки на уме, вот наша Маняша и решила все сама. Дену не сказала, родителям, подругам. А забыть не смогла.  Неужели это правда?
И еще одно. Амура права. Я брежу наяву. Все мысли о нем, об Андрее. Ждала, что все пройдет со временем, но как увижу его, так хоть беги, в любви признавайся. Но я не смогу. Вот Ивон – смогла бы… А может, воскресить Ивон, отправиться в «Эльдорадо». Все повторить, утолить  жажду. А потом сойти с ума от ревности. Так и не понять, чем Ивон лучше Кати Пушкаревой, почему он предпочитает  ее, а не меня.
Потому что ей достаточно ночи,  а мне мало? Я бы хотела ходить с ним везде – в кино, например,  гулять, взявшись за руки, разговаривать, смотреть вместе телевизор, пусть даже футбол. Чтобы он был мой  весь, целиком, не на час, не на одну ночь. Только сбудется это не раньше,  чем я заговорю на суахили».
За размышлениями  Катерина не заметила, как ушла далеко от университетского городка.
- Вернуться к Денису или слушать нотации Амурки? Лучше тихонько прошмыгнуть мимо Дена. Он даже не проснется.

На следующий день с невинным видом попросила Машу навестить Дениса, сославшись на собственную занятость.

17.

- Евгений Максимович, посоветуйте, как мне быть. Возникли проблемы с одной студенткой, она  ни разу не ответила, ни на один вопрос. Не понимаю, в чем дело. То ли я объясняю не так. То ли она такая неспособная к предмету.
- О ком речь?
- Екатерина Пушкарева.
- Вы ничего не перепутали? Катенька – лучшая ученица на курсе. Идет на красный диплом. Взяли бы у куратора личное дело. Заглянули…
Андрей вздохнул. Не догадался. Учиться ему еще и учиться.
- Она вроде умная и  не ленивая. Постоянно в библиотеке сидит, занимается. Может, проблемы с устной речью? Стесняется?
- Пушкарева? Пойдите на любой другой семинар и послушайте под дверью. Красноречием не уступит Цицерону.
- А мы точно говорим про одну и ту же Пушкареву? – засомневался Жданов.
- Второй такой нет.
- Да уж. Второй – нет. Значит, остается одно объяснение. Она испытывает ко мне какую-то неприязнь или боится.
- Или влюбилась? – Данилкин улыбнулся тому, как вдруг смутился Андрей. – Андрюша, сделай одолжение, не порть девочке будущее.
Андрей нахмурился, и тогда  старший преподаватель поспешил разъяснить:
- Во время экзамена выйди из аудитории. Пусть она нормально сдаст. А пока устрой ей письменный зачет, прямо во время семинара.

На следующем же занятии он отсадил Пушкареву от Дениса и дал список вопросов. Следил, чтобы никто не мешал и не подсказывал. Катя сначала сидела с блуждающим взглядом, а потом начала строчить ответы.
После семинара стал проверять – коротко, исчерпывающе, безукоризненно-логично. И не слово в слово из учебника или лекции, по-своему. Екатерина действительно была в курсе изучаемого предмета. Но тогда  предположение Евгения Максимовича может оказаться правдой? Песенка из старого спектакля крутится в голове, как всегда, непонятно к чему… Разве что слова переделать?

Андрюша Жданов…
Андрюша, что с тобою…
Что за крылья за спиною,
Ты не заболел?

Он усмехнулся. Может и второй куплет спеть?

Ты Джульетта,
Милая моя Джульетта.
Я сегодня понял это...
Я прозрел…

Ну, уж это слишком. Вот бы Ромка поржал… Ромео за тридцать и Джульетта в очках, с косичками и красным дипломом МГУ. Прикол. А почему бы не поговорить с Пушкаревой?

На лекции Катерина неотрывно следила за Андреем Павловичем и пыталась понять, чем  он ее привлек? Кода это случилось? В баре? Пожалуй, раньше. В спортзале? Или с того памятного кивка в первый день учебы...
Несколько раз наткнулась на его внимательный, какой-то светлый взгляд. Резкий звонок оборвал переглядки.
- Екатерина Пушкарева, задержитесь на пару минут.
Жданов  сказал и повернулся к Виноградовой, зашедшей в аудиторию. Катя замерла на месте. Пока преподаватели беседовали, надо было прийти в себя и подготовиться к разговору  «виз-а-ви».
- Проблемы с Пушкаревой? У нее сейчас в голове одна любовь.
- Ты  осведомлена о личной жизни студенток или научилась читать чужие мысли? – Андрей радостно улыбнулся подруге.
- Так ты не в курсе? Новоявленный Ромео – Трофимов Денис решил залезть к своей Джульетте  по водосточной трубе на второй этаж в окно. За неимением классического балкона. Труба не выдержала накала страсти, Ромео сломал ребра. Милосердная девушка решила лечить пострадавшего и переехала к нему.
- Ревнуешь?
- А ты – нет? Думаешь, я не заметила, как ты сунул в карман бандану, в которой она играла в футбол на пикнике?
- Пока Юль. Ты ведь торопишься… Позже увидимся.
Дождался пока женщина уйдет и подошел к Пушкаревой.
- Извините, что задержал, Катя. Я уже получил ответы на все свои вопросы. Завтра Евгений Максимович выходит с больничного, можете вздохнуть с облегчением,  – и вышел след за Юлианой.
«Что он хотел сказать? Почему передумал? И почему вдруг погасла маленькая лампочка, что светилась внутри него всю лекцию?.. Не забивай себе голову. Думай о предстоящих экзаменах».
Вышла, а у крыльца Алекс.
- Кать, я снова в Лондон, наверное, надолго. Проводишь? Как раньше.
Спорт-кар Dodge Viper сорвался с места и помчал  пассажиров в ресторан. Потом снова  они всю ночь носились по дорогам, заставляя кровь стучать в висках.  Катерина вошла во вкус. Кричала: «Сделай его Алекс! Гони! Быстрее! Так их!»
И Воропаев гнал так, что стрелку спидометра зашкаливало. До самого рассвета.
И снова сидели в аэропорту. И Алекс снова пытался покрывать ее лицо поцелуями.
- Недавно мой лучший друг признался мне в любви. Сегодня ты вернулся, ошеломляешь меня натиском. Я немного растерялась от ежедневных сюрпризов. И устала от них.
- Значит, есть кто-то еще. Я давно подозревал. Влюбилась, Кать? Расскажи?
Она покачала головой. Уткнулась в его плечо, вздохнула.
- Все так безнадежно? А полетели со мной? Развеешься.
- А учеба? А паспорт? А..? – она замолчала, – ты теперь с Диной?
- Наверное, – пожал неопределенно плечами. Нежно поцеловал ее в висок. – Нам ведь было здорово вместе, правда?
- Просто классно! – искренне заверила она его.
- И мы еще не раз встретимся. Погоняем. Куда-нибудь сходим.
- Обязательно.
- Кать, я тебе вызову моего шофера. Нет? Тогда возьми такси, ладно? И никаких возражений, я тебя сюда завез, я и такси оплачу. – Прижал к себе порывисто и зашагал к стойке регистрации. Махнул рукой, не оборачиваясь.
На выходе наперебой предлагали такси, но пока Катя крутила головой, перед ней открылась дверца знакомого Porsche.
- Подвезти?
Изумлению девушки не было границ. Она поздоровалась  с Андреем Павловичем.
- Не стесняйтесь, я как раз в университет. Провожал знакомую на самолет. Смотрю - вы. Надеюсь, я не слишком навязчив?
«Чересчур много говорит…» - подумала Катя, а вслух сказала, - Вы меня очень выручите.
- Вы тоже кого-то провожали?  - он не собирался отставать.
- Друга. «И чего я перед ним отчитываюсь?»
- Александра? Я видел.
- Просил меня уехать с ним, – добавила как бы невзначай, повинуясь инстинкту, - да сами знаете, экзамены на носу.
- Так сдайте досрочно и поезжайте, – посоветовал мрачно и вдавил в пол педаль газа. Опять скорость. Но нет веселья и азарта, одно напряжение, разлитое в салоне. Чувствует ли он его?
- Высадите меня пораньше. Не хочу, чтобы видели нас вместе.
- Почувствовал себя преступником, благодаря вам. Неужели подвести знакомую девушку – такой уж непростительный грех?
У Кати много слов вертелось на языке, но она предпочла благоразумно промолчать.

Успела на последний семинар.
Девчонки обрадовались, увидев подругу.
-Кать, мы уж думали, ты с Воропаевым улетела.
- Угадайте, кто меня подвозил  от аэропорта? Жданов! Провожал знакомую и меня узнал.
Амура и Маша переглянулись.
- А о чем он с тобой говорил?
- Сначала без умолку – о всякой ерунде. Потом молчал. Странный такой.
- Знаешь, он сегодня всю лекцию смотрел на дверь. И Дениса сверлил взглядом. А потом… мы обсуждали – уедешь ты с Алексом или останешься… Думаю, Жданов это слышал.
- Да, а на другом потоке уже Данилкин читал. Теперь понятно, куда Палыч наш умчался.
- Мы встретились случайно. Он провожал знакомую. Поэтому и отпросился. – Катя упрямо повторила версию Жданова. О другой и думать боялась…
- Кать, к Денису пойдешь?
- Нет, Маш. У меня дело есть важное. А ты не можешь? Я бы тебе так благодарна была…

Катерина  отправилась в тренажерный зал одна. Студенты засели  за учебу – на носу уже была зачетная неделя, а для прочих посетителей, видимо время было неурочное, так что  зал оказался как никогда пустым. Она бежала по дорожке, когда услышала хлопок двери. Оглянулась - в другом конце зала Андрей взялся за штангу. Девушка отвернулась и прибавила скорость. Даже стоя к нему спиной ощущала его присутствие. Бросила быстрый  взгляд – Андрей качался с непонятным ожесточением. Еще прибавила скорость.
«Это похоже на умерщвление плоти», - усмехнулась про себя. Бежать еще быстрее она уже не могла. Отправилась в душ, и стоя под обжигающими струями продолжила себя уговаривать. « Ну почему бы не сходить в «Эльдорадо»? Рискнуть. Прощальная гастроль так сказать. И ни в коем случае не спать с ним. Посидеть, поговорить, почувствовать себя желанной. И уйти».

18.

Перебрав весь гардероб, Катя выбрала мини-юбку и пушистый джемперок с треугольным вырезом. Яркая косметика Амуры плюс ее же украшения и все те же сапоги-чулки. Парик. Самокритично оглядев себя в зеркале, вынесла приговор:
- Клоун! Или шалава.
Расплачивалась за такси дрожащими от волнения и нетерпения руками. Шагнула на тротуар, запахнула пальто и, собравшись с духом, направилась к ярко освещенному входу в бар.
Не найдя Жданова, сгорая от стыда,  расспросила о нем у бармена. Тот махнул рукой вглубь зала. Пробралась сквозь завесу дыма, нашла Жданова невероятно пьяным, тупо рассматривающим  две пустые бутылки из-под виски. Потрясенная это картиной, Катерина выдавила из себя:
- Привет! Ты меня помнишь?
- Пришла. Не прошло и полгода, – буркнул еще что-то нечленораздельное. Потом в пьяном мозгу наступило кратковременное прояснение:
- Ты – Ивон! Выпей со мной!
- По-моему, тебе уже хватит.
- Тогда пое-е-едем кра-а-асотка-а-а ката-а-аться…
- Да я не села бы к тебе в машину и под угрозой расстрела. Если только… Давай ключи, я отвезу тебя.
-Хорррошо мамочка. Отвези меня. Уложи баиньки.
Он встал, резко покачнулся. Ухватился за ее плечо, сжал так, что стало больно. Катя... нет, Ивон довела Жданова до дверей под понимающим взглядом бармена, а потом до автостоянки. Затолкала Андрея на заднее сиденье. Села за руль,  перекрестилась, завела мотор. Ехала аккуратно, не полагаясь на свой минимальный водительский стаж, ей даже пару раз посигналили на дороге, чтоб пошевеливалась.
Около дома процедура повторилась. Катя вытащила мужчину из машины с большим трудом, даже спину заломило. У двери прислонила его к стене, обшарила карманы пальто и пиджака, но ключей от квартиры не нашла.
- В шшшштанахх. -  прошепелявил Андрей. Ключи обнаружились в левом кармане брюк. Захлопнула ногой дверь и сконцентрировалась на последнем рывке – из прихожей до дивана.
- Разве можно так напиваться? Это же свинство! И чего это я такая жалостливая стала? – приговаривала Катерина, стаскивая с Андрея пальто и пиджак. – Ты хоть с горя или с радости нализался то? Или от скуки?
- С горрря. Она меня не любит.
- Это повод, – философски заметила Катя.
- Ну чем я плох? – продолжал бормотать Жданов.
- И этот туда же. Что ты, котик. Когда ты трезв, ты просто великолепен. Девушке стало вдруг смешно. Поприкалываться что ли над ним, чтоб не разреветься? Все равно ничего не вспомнит…
- Ви-и-идишь… а она меня не любит. Я от нее без ума, а моей принцессе на меня наплевать.
Хоть она и не верила в тот пьяный бред, который  он продолжал нести, но Кате взгрустнулось. Она накрыла растянувшегося на диване Жданова пледом и спросила:
- А ты хоть сказал ей, что любишь?
- Сегодня сказал. А она пропустила мимо ушей.
- Может, у нее есть кто-то другой? Или она плохо разбирается в мужчинах?
- Это ты меня так утешаешь? А вот ты… смогла бы полюбить меня?
- Конечно.
- Тогда скажи – я люблю тебя, Андрей Жданов.
Она помедлила. Потом искренне повторила:
- Я люблю вас, Андрей Павлович.
На глаза навернулись слезы. Не так она представляла себе это признание. Андрей закрыл глаза, наверное, задремал. Надо было уходить. Вышла потихоньку в прихожую, но замок не поддался. Катя стала искать ключ,  в прихожей его не оказалось, поэтому пришлось вернуться в комнату и перетряхнуть все вещи Жданова. Она даже заглянула под диван и вдруг услышала металлический звон. Подняла голову, наткнулась на взгляд Андрея.
- Ты это ищешь?
Он покачал связкой ключей.
- Ты не спишь?
- А ты опять хотела сбежать?
- Да вы..  ты вовсе и не пьян! Отдай ключи! Я немедленно ухожу! – Девушка была возмущена.
- Попробуй, возьми. - Он опять помахал перед ее носом ключами и отдернул руку.
Катя кинулась отнимать ключи, но Андрей моментально сунул их в щель между диванными подушками,  перехватил Катины руки и повалил ее на диван.
- Вот я расскажу твоей принцессе о том, как ты заманиваешь девушек к себе, притворяясь пьяным – мстительно выговорила Катерина, беспомощно барахтаясь под его телом.
- Я слишком  долго ждал тебя, чтобы отпустить теперь… А на что ты надеялась? Думала, придешь домой к одинокому мужчине, поговоришь о погоде, подразнишь и уйдешь? Нет. Ты знала, зачем шла. Специально разыскала меня в баре.
Его руки уже были под свитером. А губы… Они блуждали везде,  до куда могли дотянуться. И Катерине нечего было возразить. Но она продолжала попытки освободиться…
Мужчина тяжело дышал, словно пробежал десятикилометровый кросс.
- Ты и сейчас хочешь уйти?
- Отпусти меня, пожалуйста.
- Уходи. И больше никогда не возвращайся. – Он ослабил объятья. Сел.
Катя не могла поверить в столь внезапную перемену настроения. Медленно и неуверенно, шаг за шагом приближалась к выходу, сжимая в руке заветную связку.
- Сколько же ты еще будешь мучить меня, Катенька?
Голос Андрея звучал глухо и сдавленно… А Кате показалось, что перед ней разверзлась земля. Она повернулась и переспросила,  – Как ты меня назвал?
- Неужели вы, Екатерина Валерьевна Пушкарева, считаете меня тупицей, не способным различить черное и белое?
- И давно вы… ты.. знаешь?
- С первой минуты. Как только ты вошла в бар.
- Еще в тот раз? – ужаснулась Катерина,  – и ты… вы просто посмеялись надо мной?
- Я посмеялся? Вот уж не думал услышать такое. Это вы посмеялись надо мной! Втроем придумывали? Или Трофимов тоже в курсе? Наверное, долго веселились?
- Не пойму, о чем вы?

- Как только ты вошла в бар, я сразу сообразил – розыгрыш, или спор какой-то! И решил подыграть. Сначала это было забавно – ты демонстрировала свою лихость – этакая крутая подруга: выпила, поехала в гости, даже понюхала кокс! Хотел, чтобы ты испугалась и поняла, к чему могут привести такие фокусы. Но не думал, что ты можешь зайти так далеко. Признаюсь, меня тогда посетила мысль, что ты пришла ко мне потому, что я тебе нравлюсь… и я потерял голову. Знаешь, что я делал после того, как ты сбежала? Стоял у окна и  ждал. Долго. Но Маша и Амура вышли без тебя. Тогда я пошел к квартире Тропинкиной, звонил, стучал, надеясь, что ты там, не в форточку же вылетела…
Наблюдая за тобой в аудитории, на пикнике, опустился с небес на землю. Искал в тебе хотя бы малейшие признаки влюбленности, но… Ты была холодна, абсолютно безразлична… Сашка и Денис крутились вокруг тебя постоянно, и к ним ты была благосклонна. Когда на семинарах стала молчать и смущаться, я снова пришел в замешательство. Появилась надежда… сам не знаю, на что. Я дал себе слово поговорить с тобой начистоту, но узнал о подвиге Дена. И как он в окно лазил, и как ты переехала к нему жить.
Решил тебя забыть. И неожиданно  узнал, что Алекс может тебя увезти... вдруг представил, что никогда в жизни больше не увижу тебя. Бросил все, помчался в аэропорт, смотрел, как ты милуешься с Воропаевым, и  терзался от ревности. Да! От ревности. Мне не стыдно в этом признаться.
И вот ты заявляешься в «Эльдорадо», ищешь меня… Пока ты беседовала с барменом, я переставил к себе две пустые бутылки из-под виски с соседнего стола. Притворился пьяным, думал, не станешь связываться… Но нет. Ты настойчиво тащишь меня домой, укладываешь спать и пытаешься сбежать. Что ты хочешь от меня, Катя? Сколько еще будешь мучить - то давая надежду, то отбирая?
- Надо было сразу сказать, что узнал меня. Тогда многое вышло бы по-другому. Почему ты промолчал? – Катя выглядела потрясенной…
- Да потому, что еще первого сентября я заметил тебя одну среди толпы студенток. Ты была сама серьезность и собранность. Никаких безумных выходок. На фоне остальных это было очень броско. Ты,  небось,  думала, что без косметики и с пучком незаметная, да? Забыла, что я в модельном бизнесе столько лет, что умею различать красавиц без грима и  эффектных дам в трех слоях косметики. А уж в спортзале я тебя рассмотрел подробнее. И в бассейне. Меня поразила твоя тяга к острым ощущениям, бравада,  и одновременно робость, даже зажатость.
И вдруг ты разговариваешь со мной, кокетничаешь, остаешься у меня. Шепчешь любовные словечки… это как сон. Я поверил, что среда мой счастливый день. «Пусть все будет так, как она хочет. Пусть зовется Ивон, пусть приходит, когда сможет …» Я просиживал в баре каждую среду, но тебе понадобилась поистине мхатовская пауза… А сегодня ты пришла… И сказала, что любишь, пусть по моей просьбе, но сказала… нового взлета и падения я уже не вынесу…
- Ты так плохо думал обо мне все это время… – у Кати на душе творилось что-то невообразимое.
Андрей опустился на пол у ее ног. Обнял колени, посмотрел снизу вверх.
- Не слушай меня. Я не мог думать о тебе плохо, потому что люблю тебя. Не уходи, Катюша. Я столько ждал твоего возвращения… Я готов ждать еще столько же, если ты пообещаешь прийти снова.
Она опустилась рядом и сразу попала под перекрестный огонь рук и губ.
- Подожди… Ты должен знать, чего мне стоило сохранять спокойный вид и переносить твое равнодушие. Ты должен знать, как я боялась быть узнанной и как мечтала об этом. Как я ревновала тебя ко всем… Почему не смогла ответить Денису и Алексу взаимностью…
- Катенька…
- Я люблю тебя, Андрей Жданов. Все запуталось, но я точно знаю, что люблю тебя. И останусь рядом, если ты не прогонишь меня.
- Прости милая. Надо было давно объясниться, а не мучить и тебя и себя… давай выбросим ключи в форточку и останемся дома до тех пор,  пока кто-нибудь не придет грабить квартиру.
- Вынуждена тебя огорчить, мой дорогой безумец, через неделю придется взломать дверь и отправиться на зачеты и экзамены…
- Тогда пошли скорее в спальню. Я проконсультирую тебя по самым трудным билетам. Не мешкай – у нас всего семь дней!
- Еще одни вопрос. Ты знаешь хотя бы одно слово на суахили?
- Целых три:  "джамбо" - здравствуйте, "асанте сана" - спасибо, "саламу" - до свидания.
Он ответил, не раздумывая, для чего  ей это нужно. А Катя улыбнулась. И потянулась к нему губами.

0


Вы здесь » Архив Фан-арта » Ramayana » Розыгрыш